Дом
Шрифт:
нравиться, конечно, если она именно это имела в виду.
Он плохо спал и проснулся еще до рассвета, позавтракал на заднем дворе –
там было спокойней, и он мог подумать в относительной тишине. Он часто
думал о девушках, о их губах, шеях, руках и остальном. Но он еще никогда не
увлекался силой духа, потому что Дэлайла хоть и казалась хрупкой, но все же
была сильной.
Какая из них получилась бы пара? Ее внутренний огонь был таким
мощным, что вырывался наружу. А весь его мир был настолько крошечным, что
она вряд ли его увидит, даже если он будет нависать над ней.
***
Хотя Гэвину нравилось лицо Дэлайлы, он так же любил сидеть позади нее
на уроках английского. На следующее утро она не решалась обернуться и
посмотреть на него, но он ощущал, как все ее внимание было сосредоточено на
происходящим у нее за спиной и направлено на него.
Она была такой миниатюрной, такой женственной. Гэвин представил, как
бы уложил ее на бок на траву и играл бы на ее коже, как на фортепиано.
– Мистер Тимоти?
Он моргнул, чтобы сфокусироваться, и понял, что мистер Харрингтон
смотрел прямо на него.
– Да, сэр?
– Эта неделя посвящена По. И я спросил, какое произведение вы выберете, чтобы прочитать и обсудить с нами. Или вместо этого вы надеялись прочитать и
обсудить мысли мисс Блу?
Гэвин почувствовал, как по лицу расползлась улыбка.
– Тогда бы мне сильно повезло. Но нет, я буду рад обсудить «Овальный
портрет».
Тут у Дэйлалы появился повод обернуться и посмотреть на него. Ее глаза
были широко раскрыты и сияли любопытством. Она больше не пойдет за ним
домой – он был совершенно уверен, что она прислушается к его вчерашним
словам – но так легко от него не отступится.
Глава пятая
Она
Дэлайла зашагала по лужайке, игнорируя тяжелые взгляды на своей спине, пока смело направлялась к одиночке под деревом.
«Тогда бы мне сильно повезло».
С того урока английского и возмутительного комментария Гэвина у нее в
голове вертелись сотни различных толкований его слов. Биение ее сердца
учащалось с каждым шагом, пока она не почувствовала, что как только
доберется до него, не выдержит и выскажет все.
Гэвин сидел на траве, прислонившись спиной к дубу, и читал.
– Что ты имел в виду под «тогда бы мне сильно повезло»? – выпалила
Дэлайла и съежилась. Стоило бы подойти и начать с чего-то более нейтрального
и дружелюбного. Например, с приветствия. «Привет. Давай начнем все с
начала после вчерашнего. И первый вопрос: как это возможно, что за эти
годы ты стал еще симпатичнее?»
Вместо этого она не успела взять себя в руки и бесцеремонно ляпнула.
Он медленно оторвал взгляд от книги, словно не мог отвлечься, пока не
дочитает предложение. А потом улыбнулся.
– Привет, Дэлайла.
– Привет, – ответила она, переминаясь с ноги на ногу, пока ждала ответ.
Наконец она снова спросила: – Так почему ты это сказал?
Он приглашающе похлопал по траве рядом с собой.
– Там нет скрытых смыслов. Просто подумал, что тебя будет интересно
попытаться разгадать.
– Я – загадка?
– Для меня – да.
Она неохотно села и попыталась прогнать румянец.
– Почему ты вчера не захотел, чтобы я видела твой дом?
На какое-то время он задумался, а потом ответил:
– Потому что я знаю все слухи. Думаю, мне было бы неудобно видеть тебя
там.
Дэлайла ощутила тяжесть поражения. Это было из-за того, что говорили в
городе? Или он думал, что она тоже такое говорит? Или же не хотел ее там
видеть, и это… уже совсем другая причина.
– Я никогда не обсуждала твой дом, ты же знаешь, – заметила она.
Его длинный большой палец скользнул по корешку книги, что он читал, и
она задрожала, представив, что почувствовала бы, если этот палец скользнул по
ее спине.
– Знаю, Дэлайла, – ответил он, но не поднял взгляд.
И это все? Это так и останется неизменным: она битый час смотрела на
него в первый день в школе, следовала за ним до дома, а теперь и унизилась
сегодня. Она оттолкнулась от земли, чтобы встать.
Гэвин схватился длинными пальцами за ее предплечье.
– Не уходи. Мне все еще хочется услышать парочку историй об ужасах
католической школы.
– Ужасах? – сев обратно, спросила она. Ничего ужасного не приходило в
голову. Только постоянные наказания в углу и скука, когда изголодавшиеся по
отношениям девочки устраивали драмы там, где в них не было нужды.
– Изгнания демонов, – предположил он, задумчиво сжимая губы. –
Жестокие монахини. Общежития с привидениями. Расскажи что-нибудь
интересное, Дэлайла.
Она вдохнула и задержала дыхание, глядя на него. Он был слишком хорош, чтобы быть реальным, и ей хотелось, чтобы он как-то показал ей, что она в нем
не ошиблась.
– Как насчет дикой лесбийской оргии?
Его глаза игриво округлились.
– Я весь внимание.
– Тогда ты будешь разочарован. Там не было ни жестоких монахинь, ни