Дойти до неба
Шрифт:
Взгляд наткнулся на подол короткого больничного халатика, и Слава внутренне крякнул. Взлетевшая мысль рухнула из ближнего поднебесья, но язык остановить не успела.
— Красивые ноги…
Ирина вздрогнула и с коротким вскриком стремительно развернулась.
— Кротков… — чуть ли не простонала она, глядя на развалившегося у стены бывшего ротвейлера.
Ира, ворча, отвернулась и принялась за прерванное занятие.
— Что ж вы творите, Вячеслав Соломонович? Нельзя ж так пугать бедную женщину… Думаете, легко попасть иглой в вену? Младенцу! На черепе!!! — она ненадолго замолчала, пока Слава с трудом поднимался на ноги. — А я, кажется, попала…
Слава, наконец-то, нащупал устойчивое положение и, облегченно выдохнув, рискнул снова поднять взгляд на маму Сергея. И столкнулся с насмешливо-сердитым прищуром светло-карих глаз. Следует признать, к пепельным волосам такой цвет очень даже…
— Только ноги?
Взгляд Вячеслава снова непроизвольно уперся в голые коленки.
— Э… Ну, это первое, что видит мужчина… И, когда красиво, он об этом говорит.
Ирина легко и неожиданно сорвалась с места, в несколько невесомых шагов пересекла палату и, ударившись с разбегу о грудь Кроткова, припечатала его к стене. Тонкие руки девушки сомкнулись на Славиной шее, а прямо под его носом щекотно пристроились светлые волосы. Пахло от волос не духами и даже не шампунем, а больницей, но это было почему-то приятно.
— Где же тебя носило, Кротков?…
Оказавшись зажатым между холодной стеной и ощущаемым даже сквозь халат жаром налитой молоком груди только что родившей женщины, Слава не сразу нашелся, чем ответить на такой напор. Он осторожно прокашлялся и бережно обнял девушку за хрупкое основание спины.
— Я… Мне… Так понимаю, представляться не надо?
Ирина откинулась назад, чуть ли не повиснув изгибом позвоночника на локте Вячеслава и пристально, снизу вверх, вгляделась в его лицо.
— Нет, не надо. А вот, кровь с физиономии смыть не мешало бы.
— А еще я понимаю, что теперь могу получить ответы на все мои вопросы?
Ирина покрутила головой в стороны, быстро осмотрев палату, легко выскользнула из захвата и, схватив Кроткова за руку, потянула его к кровати.
— Да. Только… — она усадила Вячеслава на скрипнувшую сетку и метнулась к тумбочке. — Сначала я сделаю Сережке укол. У него сеп…
Стекло.
Слава быстренько проконтролировал идущие внутри собственного тела процессы регенерации и переключился внутренним взором на младенца в люльке. Ну да, сепсис. Заражение пошло от ранки на пупочке. Уже несколько часов… Ерунда, щелчок пальцами, и — готово.
— …сис. Я нашла подходящий антибиотик…
— Не надо.
— Что? — Ира откинула крышку стерилизатора и застыла, повернувшись к Славе.
— Не надо уколов. Я его уже вылечил. Я умею.
Ирина все-таки взяла в руки шприц, повернулась к люльке и внимательно присмотрелась к сыну.
— Да?… — она приложила палец к лобику младенца. — Ах, да…
Подойдя к кровати, она устало опустилась рядом с Вячеславом и положила голову ему на плечо.
— Втянулась, совсем мозги набекрень… — Ира чуть шевельнула головой, бросив на Кроткова снизу вверх быстрый взгляд. — Наверно, я должна объяснить. Это все…
— Ненастоящее… — устало подхватил Слава.
— Компьютерная…
— Игра…
Девушка распрямилась, чуть отодвинувшись.
— Скорее, имитация. Там, в настоящем, вы…
Слава легко прикоснулся к ее руке.
— Может, на «ты»?
Ирина сосредоточенно кивнула.
— Там… ты, Вячеслав, в коме. А я — ваш… твой… лечащий врач.
— А программа — твоя новая методика. Понятно… — Слава вздохнул.
Ирина встала и отошла к люльке.
— Не совсем. Это была Сережкина идея. А я купилась… Так или иначе, вам… тебе… нам пора отсюда выходить. Слишком уж все неконтролируемо… Подробнее расскажу… там.
Ира аккуратно вынула иглу капельницы из вены младенца и взяла сына на руки. С улыбкой прижала Сережку к груди и слегка покачала, напевая что-то сквозь сжатые губы.
— Маленький… — она вздохнула, поцеловала крошечный носик и уложила ребенка обратно в люльку. — Пора нам…
— Действительно, пора…
Голос Вячеслава Ирине как-то не очень понравился, и она резко обернулась. Проследив за направлением взгляда Кроткова, она вскрикнула и прыгнула с ногами на кровать. Из-под закрытой двери, пожирая размазанную по всему полу собачью кровь, в палату стремительно просачивалась все та же зеленая масса.
Слава поджал ноги, прижал девушку к себе одной рукой и закрыл ей рот ладонью.
— Т-с-с, тихо. Это — игра. Так?
Лишенная возможности говорить, Ирина согласно кивнула.
— И нам пора отсюда выходить. Так?
Кивок.
— Ну, так давай команду, — Слава убрал ладонь с Ириных губ.
Девушка молча хлопала ресницами, испуганно глядя в глаза Кроткову.
— Что? — Вячеслав нахмурился.
Губы Иры дрогнули, но ни единого звука с них не сорвалось. Слава помахал перед распахнутыми карими глазами растопыренной пятерней.
— Але, девушка! Я с кем разговариваю? — заметив наметившееся движение Ириных зрачков в сторону пола, не очень строго прикрикнул: — В глаза смотреть!
Ирина вздрогнула и проглотила комок в пересохшем горле.
— Я не знаю…
— Что? — Слава взял ее за плечи обеими руками и чуть отодвинул.
— Выхода не знаю… Команды…
Кротков наклонился чуть вперед и окинул взглядом почти скрывшийся под слоем зелени пол. Крякнув, дотянулся до люльки, придвинул ее ближе к кровати и осторожно достал младенца.
— Замечательно. Супер, — он осторожно уложил ребенка на подушку и огляделся. — Отечественная медицина — самая отечественная в мире.
Ирина виновато отодвинулась к спинке кровати.
— Сережка сказал, вы перехватили функции координатора… — чуть не плача, прошептала она, от расстройства перейдя на «вы».
— Лучше бы он сказал тебе, как отсюда выйти.
Оба одновременно посмотрели на занявший подушку одушевленный сверток. Ребенок шевельнулся, разлепил на мгновение веки и смешно сморщил личико.