Драфт
Шрифт:
Улыбаюсь.
– Все так.
– Ты точно хочешь, чтобы Эбби снова вернулась к этому?
– Точно.
– Но ей вроде нравится в школе. А если сейчас она снова начнет тренироваться, то ей придется перевестись обратно на домашнее обучение.
Шумно выдыхаю.
– Я просто дам ей эту возможность. Если она захочет заниматься парным фигурным катанием, я ее поддержу. Если нет, то тоже буду рядом.
– Ты идеальный брат, – с улыбкой произносит Лиза.
– А ты идеальная соседка, знаешь?
– Соседка? – Она смеется. – Так вот кто я для тебя?! Это все меняет!
Я смеюсь и притягиваю ее к себе для поцелуя. Разница в росте невероятно раздражает, потому что рядом с ней я чувствую себя Хагридом, так что я приподнимаю ее, и только потом целую. Нежно касаюсь ее губ своими, не торопясь и не стремясь углубить этот сладкий поцелуй. Лиза сдается первой и раскрывает языком мои губы. И только тогда я беру инициативу в свои руки и углубляю поцелуй.
Целовать Лизу Требиано – это отдельный вид удовольствия, который мне хочется растягивать на бесконечное количество часов. Но сейчас у меня нет такой возможности, поэтому я отрываюсь от нее и прислоняюсь лбом к ее лбу.
– Ты только моя соседка, – шепчу я.
– Очень романтично. Не хочется тебя разочаровывать, но на нашей улице двенадцать домов, – шепчет в ответ она. – И все их жители являются моими соседями.
Улыбаюсь.
– А как же я?
– А что ты?
– Я не особенный сосед?
– Ну-у-у… Не сказала бы.
Я вскидываю бровь и отстраняюсь от нее. Лиза начинает хохотать.
– Эштон Уильямс, я не знаю, что ты хочешь от меня услышать. Особенно после того, как только что назвал меня соседкой.
– Ты знаешь, – усмехаюсь я.
– Даже не представляю, о чем ты, – пожимает плечами Лиза, и я начинаю ее щекотать. – Перестань, – сквозь смех приказывает она. – Если ты хочешь воплотить план в жизнь, нам нужно поторопиться.
– План подождет. – Я не перестаю ее щекотать.
– Ладно. Ладно. Ты особенный, потому что ты мой парень, – хохочет она, и тогда я снова целую ее.
Каждый раз, когда слышу это из ее уст. Каждый раз, когда осознаю то, что вот уже целый месяц могу целовать ее губы. И каждый раз, когда смотрю на нее… я чувствую невероятное счастье. Рядом с ней я забываю обо всем на свете. Когда вижу ее, то поражаюсь, что она моя. Слышу ее смех, вижу улыбку, и в груди разливается тепло. Каждое ее прикосновение равносильно удару молнии. Все мое тело пронзают импульсы удовольствия, когда она рядом. Как сейчас, пока наши губы сливаются в поцелуе, наши языки сплетаются в танце, а наши сердца стучат в унисон.
– Нам нужно поговорить, – взволнованно произносит Лиза, когда мы проходим в ее комнату.
Я сажусь на ее кровать, застеленную пушистым розовым покрывалом, и сцепляю руки в замок. Она закрывает дверь и начинает ходить из стороны в сторону, скрестив руки на груди. Ее серьезное лицо меня пугает.
– Котенок, что происходит? – спрашиваю я спустя несколько минут молчания.
Лиза останавливается и набирает полную грудь воздуха, а затем шумно выдыхает и нервно облизывает губы.
– Ты мне изменяешь? – тихо спрашивает она.
Вскидываю брови от удивления.
– Что?
Она еще раз коротко выдыхает и начинает часто моргать, пытаясь сдержать слезы.
– Ты спишь с кем-то?
Я ошарашенно смотрю на нее и приоткрываю рот. Откуда эта хрень в ее голове?
– Иди ко мне.
Лиза не двигается с места. Она все еще не смотрит на меня, поэтому мне приходится немного потянуться вперед, чтобы взять ее за руку и притянуть к себе на колени. Лиза неловко ерзает на моих ногах, по-прежнему избегая зрительного контакта со мной. Мягко касаюсь пальцами ее подбородка и прошу повернуться ко мне.
Ее зеленые глаза влажные от слез, и я тянусь и оставляю на ее лбу быстрый поцелуй.
– Нет. Я тебе не изменяю. С чего ты так решила?
Лиза нервно убирает за ухо прядь своих распущенных волос и опускает взгляд вниз.
– Котенок?
– Мы вместе почти полгода, а ты ни разу… Мы не… – Она облизывает губы, и на ее щеках появляется румянец, а затем она шепчет: – Ну ты понимаешь…
Улыбаюсь.
– Только потому, что я не пристаю к тебе и не демонстрирую своего возбуждения, когда ты рядом, ты решила, что я тебе изменяю?