Чтение онлайн

— Крепкое приветствие тебе, драконир, — промолвил эльфийский кузнец, отложив в сторону длинные щипцы, которыми он удерживал шипящую полосу раскаленной стали, и утерев пот со лба.

— Приветствие принято и возвращено, Лукула. День нынешний да узрит тебя пребывающим во здравии и довольстве.

Судя по довольному виду кузнеца, ему приятно было услышать из уст драконира это старинное эльфийское благословение.

— Воистину, ты друг эльфов.

«Интересно, — подумал Релкин, что сказали бы сейчас Играющие Владыки Тетраана?»

Работа над ножнами близилась к завершению. Уже были нанесены руны, способные умиротворить дух клинка. Яриться клинку надо лишь в бою, а пребывая в ножнах, он должен вкушать отдохновение. Девятифутовые, обтянутые черной кожей стальные ножны, испещренные изнутри руна ми, снаружи не имели почти никаких украшений, кроме медного наконечника и медного же кольца у рукоятки. В это тяжелое кольцо был вделан камень — кошачий глаз. Оставалось лишь приварить тяжелые пряжки для портупеи. Именно из-за пряжек работа застопорилась: они были заказаны в Кроватской фирме, что на Портовой улице, но до сих пор не поставлены. Однако к утру следующего дня все обещали сделать.

Релкин забежал в драконий дом и убедился, что Базил все еще в оружейной — с него снимали мерку для набедренников. Пурпурно-Зеленый громко жаловался на наголенники — они жали под коленом. Драконир отправился по Водяной улице к конторе Лагдален. Дождь наконец прекратился, небо очистилось. Внизу раскинулся город, а дальше, до самого горизонта, голубели воды залива.

Молодая женщина, встретившая его в приемной Лагдален, сообщила, что леди беседует с важным посетителем. Релкину предложили посидеть и подождать.

«Подождать так подождать», — решил юноша и принялся размышлять о ближайших, вовсе не огорчительных перспективах. В Эхохо плыть не придется, и зиму он проведет здесь, на побережье. Это даже лучше, чем в Кеноре. Боевые действия в Аубинасе не внушали ему опасений. Едва ли зерновые магнаты выставят целую армию троллей, а в то, что люди выступят против боевых драконов, он не поверит до тех пор, пока не увидит это собственными глазами. Скорее всего, повстанцы прибегнут к партизанской тактике, а в та кой войне драконы особой роли играть не будут.

В конторе Лагдален царила деловая суета. Две молодые женщины спустились по лестнице и вновь удалились. После недолгого разговора с особой, сидевшей за столом в приемной. Пришел какой-то мужчина: он положил на стол сумку, наполненную свитками, после чего откланялся. Другой муж чина принес большой свиток, который оставил в приемной после того, как получил расписку. Курьеры появлялись то и дело: одни приносили бумаги, другие, наоборот, уносили. Время от времени из-за двери, ведущей в помещение цокольного этажа, появлялся парнишка с деревянным подносом, заваленным бумагами.

На Релкина вся эта кипучая деятельность произвела впечатление: не канцелярия, а настоящий улей. Время тянулось, но он не досадовал, ибо грезил о том, что сулит ему повышение. От приятных мечтаний его оторвал тихий, спокойный голос спускавшейся по лестницы женщины. Звучал он приятно, но всегда предвещал опасность. Спустя несколько мгновений в приемной появилась Лагдален, а рядом с ней шла сама леди Лессис. Завидев Релкина, ведьма улыбнулась и протянула ему руку.

— Ну, вот мы и снова встретились. Думаю, это добрый знак, Релкин из Куоша. В прошлый раз мы вместе сражались и выстояли. Судьба снова сплетает свои узоры, не так ли?

Релкин встал, приветствуя высокопоставленную колдунью. Лессис одной рукой взяла за руку его, а другой Лагдален. Глаза ведьмы светились — такой он ее прежде не видел.

— Вы знаете, мне никак не выпадало случая поблагодарить вас за все, совершенное в Туммуз Оргмеине. То было воистину героическое деяние.

Канцеляристка за столом вытаращила глаза. Она пре красно знала, кто эта хрупкая женщина в поношенном се ром платье, и была просто ошеломлена, увидев, как Великая Ведьма пожимает мозолистую руку драконопаса. И произносит слова, от которых дух захватывает.

Некоторое время Релкин и Лагдален стояли неподвижно, удерживаемые магическим полем Лессис. Затем оно рассеялось, и Лессис обернулась к Лагдален:

— Теперь, раз уж этот юноша здесь, я смогу заодно заняться и еще одним делом. Как говорят, двух куропаток одной стрелой.

Релкину стало немного не по себе. Он хорошо знал, чем занимается Лессис из Валмеса.

— Но прежде чем заботы не заставили меня совсем позабыть о вежливости, скажи, как поживает наш великий друг? Оправился ли он от ран, полученных при Куоше?

— Почти. Еще пара недель, и все будет в полном порядке. Виверны исцеляются быстрее, чем люди.

— М-м-м, — Лессис почесала подбородок, принимая к сведению услышанное.

Не в первый раз Серая Леди узнавала что-то новое от этого драконопаса.

— Великолепные существа эти виверны. Недавно мне довелось читать интереснейший отчет о вскрытии драконьего мозга.

Релкин насупил брови, и Лессис тут же пояснила:

— Дракониха умерла от старости, а перед смертью дала согласие использовать ее тело для научных исследований.

Ну, и что удалось обнаружить? — спросила Латдален.

— Оказывается, мозг вивернов больше похож на птичий, чем на человеческий. У разных живых существ разные отделы мозга развиты в различной степени. Сухопутные животные и киты имеют мозг, сходный по строению с человеческим. Ученые склонны предполагать, что процесс мышления осуществляется в особой, складчатой области в верхней части мозга У человека эта область развита куда лучше, чем у животных. Но у драконов складчатый слой очень мал. Вместо него имеется утолщение спереди, в лобовой части. Нечто подобное есть и у ворон, а они самые умные из птиц.