Чтение онлайн

— Слышал я всякие истории насчет того, что он прячет в подвале. Ты ведь это имел в виду?

— Говорят, у него там демон. — Милкерт забарабанил пальцем по кубку. — Так оно или нет, но какой-то нечистью он обзавелся. И молчит.

— Боится, как бы ведьмы не прознали. Они выискивают и уничтожают демонов, не останавливаясь перед самыми жуткими средствами.

— Чертовы ведьмы. Будь они прокляты, вместе со всеми бабами, вбившими себе в башку, будто им положены те же права, что и нам.

С этим мнением согласилось бы большинство влиятельных мужчин Неллина.

— За наших славных воинов! За свободный Аубинас! — воскликнул Милкерт, прервав дудевшего что-то на счет «марнерийских злодеев» Глэйвса.

Гости обернулись к Валнеру и поддержали его патриотический порыв аплодисментами. Впрочем, могло показаться, что таким способом они пытаются подогреть в себе увядающее воодушевление. Через стол Милкерт встретился глазами с Вексенном. Фалтус улыбнулся, вежливо кивнул и вернулся к разговору с сидевшим с ним рядом бароном Гурдом.

Вексенн чувствовал, что атмосфера в зале становится все более напряженной. Собравшиеся нервничали. Он, Вексенн, — нет. Он всегда умел справляться со страхом. Да и чего бояться? Победа считай что в кармане, а эти трусы сходят с ума от беспокойства. Надо их приободрить. Фалтус приказал вновь обнести гостей элем.

— Что там могло случиться? — пробормотал барон Гурд, высокий, угловатый мужчина, на бледном лице которого выделялась угольно-черная ухоженная, остроконечная бородка.

— Война имеет свои превратности, — уклончиво отозвался Вексенн.

— Но мы уже давно не получаем никаких известий. Что это может значить?

— Понятия не имею, — фыркнул Вексенн, — но уверен, что генерал Неф осуществил задуманное и открыл до рогу на Марнери. Предполагать что-то иное — значит сомневаться в нашей победе.

— Вот именно, — подхватил, сидевший напротив Гурда Сальва Ганн.

«Сальва, во всяком случае, держит себя в руках, — отметил Вексенн. — А остальные дрожат, как перепуганные кролики».

— Да, да, — не унимался барон. — Но почему к нам не прислали гонца?

Вексенн раздраженно уставился в свой кубок.

— Насколько я понимаю, со всадником может случиться все что угодно. Например, он может свалиться с лошади. Гонец прибудет, надо просто набраться терпения.

Гурд что-то пробурчал и умолк. Ганн наклонился вперед, навис над столом.

— Я думаю, коли Неф разогнал остатки легионеров, ни что не помешает нам дойти до Пеннара.

— Мы должны взять Марнери, — возразил Вексенн.

— Мы рискуем застрять у стен белого города. Нужно использовать успех и не останавливаясь продвигаться к океану. Захватить Пеннар и Би, благо они укреплены гораздо хуже, чем Марнери.

Вексенн покачал головой и ткнул пальцем в столешницу:

— Взяв Марнери, мы одержим сокрушительную победу. Этого будет достаточно, чтобы закончить войну одним ударом.

— Легко сказать — «взять». Это не удалось даже Мач Ингбоку с его ордой демонов.

— У Мач Ингбока не было в городе добрых друзей, готовых в нужный момент восстать и открыть ему ворота.

Барон Гурд хмыкнул. И в этот момент со двора донеслись возбужденные голоса. Кто-то громогласно выкликал:

— Дорогу! Дорогу гонцу!

Спустя несколько мгновений в зал ввели растрепанного, взмокшего и заляпанного грязью после долгой скачки посланца. Он тут же направился к сидевшему во главе стола Вексенну.

— Господа, я прибыл с донесением с поля боя, от генерала Нефа.

Все взоры обратились к нему.

— С донесением о победе, как я понимаю, — сказал Вексенн.

— Нет, сэр. Не совсем так.

— Нет? — с искренним изумлением воскликнул магнат.

Он стиснул свой кубок так, что побелели костяшки. — Выкладывай, что случилось?

— Генерал Неф приказал доложить, что произошло ожесточенное сражение, но врагу не удалось разгромить славную армию свободного Лубинаса. Наша доблестная пехота понесла некоторые потери и в настоящее время отошла для перегруппировки в Посилу.

— Как в Посилу! — воскликнул барон. — Это же далеко в тылу! Если мы понесли лишь «некоторые потери», зачем было отступать так далеко от первоначальных позиций?

— Генерал Неф полагает, что этот маневр позволит ему установить полный контроль над окрестностями Посилы.

— Но нам не нужна Посила! — взревел Ганн. — Мы должны идти вперед, до самого океана!

Покачиваясь на нетвердых ногах, Ганн воздел руку с воображаемым мечом.

— Надо полагать, мы разбиты, — произнес чей-то неуверенный голос, и гостей охватила паника. Послышались крики:

— Разгром! Поражение!

— Мы обречены!

— Скоро здесь будут легионеры!

— Моего коня!

— И моего! К утру мы будем далеко!

Все вскочили на ноги.

— Прекратить! — рявкнул Вексенн. — Вы кто, люди или мыши?! Держите себя в руках, чтоб вам провалиться. Настало время проверить, кто из нас чего стоит. Нужно все выяснить: неудача — это еще не поражение. Мы по-прежнему сохраняем численное преимущество. Все поправимо, и мы не можем позволить себе падать духом. Нам всем есть чем заняться.

Речь Фалтуса произвела определенный эффект. Смущенно переглядываясь, гости снова расселись по своим местам. Барон, устремившийся было к выходу, вернулся за стол и был встречен с шумным одобрением. Слуги торопливо наполнили кубки, и гости выпили сначала за здоровье хозяина, потом за Портеуса Глэйвса. Фалтус Вексенн справился с ситуацией и показал, что способен командовать. Собравшиеся неожиданно осознали, что чамперийский магнат стал вождем восстания. Конечно, расстановка сил в правящей клике Аубинаса постоянно менялась, ибо многие магнаты ревниво следили за возвышением Вексенна. Пожалуй, наиболее болезненно переживал это Портеус Глэйвс, чье влияние замет но ослабло за то время, пока он пребывал в заточении в Марнери. Равно как и его богатство. Часть собственности Глэйвса была конфискована Короной, часть распродана за долги: борьба за власть обходилась недешево. Портеус не гнил больше в марнерийской тюрьме, но звезда его закатилась и лидером повстанцев он числился лишь формально.