Чтение онлайн

Она всадила десять пуль в худое тело старика. Тот рухнул на пол, и кровь потекла на толстый ковер.

Лицо Далии было бесстрастно. Коротышка взял у нее пистолет. До этого момента он даже раздражения не слышал в ее голосе: Далия тщательно скрывала свою жестокость.

— Никакой кавалерии, мистер Килер… В машине ждет фотограф. Пусть остается поблизости и посмотрит, кто сюда явится. Ждать не меньше суток. Инструкции те же, что в прошлый раз.

Отдав приказ, блондинка вышла из кабинета, унося с собой книгу, в которой Килер записал не только местонахождение карты, а значит, и ключа атлантов, но и имена живущих ныне Древних.

Ричмонд, штат Виргиния

Старик шестидесяти шести лет от роду смотрел по телевизору Си-эн-эн, но кадры наступающих северокорейских войск его не интересовали. Он и без маленькой надписи внизу экрана знал, что видео взято из архива. Уж что-что, а силу северокорейской армии этот человек представлял хорошо, кроме того, он отметил, что те были в старой форме пятнадцатилетней давности, а значит, кадры тоже старые.

Стакан молока на кофейном столике так и остался нетронутым. Рядом, на серебряном подносе, лежали таблетки, которые хоть как-то помогали ему справляться с болью. Наконец мужчина моргнул и обратил внимание на экран: диктор из студии в Атланте переключился с угрожающего развития ситуации в Северной Корее к новостям из мест, менее отдаленных.

Кармайкл Ротман сел прямо как палка, и нестерпимая боль пронзила спину чуть ниже шеи. На экране было старое офисное здание из темного кирпича. По фронтону золотыми буквами шла надпись: «Эванс, Лоусон и Килер». Голова журналистки в кадре закрывала несколько букв, но Ротман без труда прочел название фирмы.

По-прежнему не обращая внимания на слова репортерши, он на автомате взял с серебряного подноса три маленьких таблетки морфия и дрожащей рукой положил их в рот. Затем потянулся к стакану с теплым молоком, но тут пальцы отказались повиноваться, и стакан опрокинулся.

— С вами все в порядке, сэр? — Незаметно вошедшая служанка мгновенно оказалась у кресла. — Сейчас я возьму тряпку и вытру.

Горькие таблетки растворились во рту. Пожилая женщина стала собирать осколки, однако старик замахал руками и в конце концов сумел оттолкнуть служанку.

— Марта… соедините с Мартой… немедленно.

Служанка так и осталась стоять на коленях у кофейного столика.

— Миссис Лафлин уже на проводе. Я зашла сказать, что она звонит, но не знала, стоит ли вас беспокоить.

Ротман откинулся на красную кожаную спинку кресла и закрыл глаза. Таблетки понемногу стали действовать, и убийца-рак временно отступил, ослабил болевую хватку.

— Телефон, прошу вас, — прошептал старик.

Женщина встала, сняла трубку беспроводного телефона с базы и вложила в руку Ротмана. Не открывая глаз, он попытался собраться с мыслями.

— Кар, ты слушаешь?

Он ответил не сразу: нужно было собраться с силами.

— Кар, это…

— Я слушаю, моя радость. Что будем делать?

— Ты, главное, успокойся. Наши люди из Бостона переслали мне пару мелочей с места преступления. Одному из них удалось спрятать улики от вышестоящих чинов. Не вздумай отключиться: нам срочно нужно многое обсудить.

— Уверен, это не совпадение… активировали волну… я должен был догадаться… и ты тоже… о чем мы только думали?

— На коалицию работает кто-то очень толковый. Надо же, сумели распутать историю с Килерами — ведь столько лет прошло! Слушай, еще неизвестно, узнал ли тот, кто это сделал, хоть что-то про карту.

Ротман сел прямо и жестом велел служанке выйти. Он проводил ее внимательным взором и убедился, что вишневые створки двери плотно закрылись.

— Мы уже просмотрели цепочку совпадений: землетрясения в Корее, Иране, а теперь и рядом с базой русского флота, и ни единого толчка после них. А теперь кровавая расправа в Бостоне прервала последнюю ветвь нашей семьи. Конечно, они знают, где карта, и вполне возможно, что и про нас тоже!

После этого утверждения на другом конце линии воцарилось молчание.

— Марта, не время больше хранить секреты. Нам нужна помощь!

— Да, но к кому мы обратимся? В правительство США? Если им просто сказать, нас сочтут сумасшедшими. Насколько я понимаю, у президента сейчас дел по горло, и у него нет времени никого выслушивать.

Старик молчал.

— Нас обоих так охраняют, что никакая армия не прорвется. Юлиям незачем к нам соваться. Скорее всего, они выяснили все, что хотели.

— Значит, как обычно, не станем ничего предпринимать? Пусть наши злобные братья и сестры правят миром?

— Мы бессильны, Кар. Наше время прошло.

— Марта, это наше всегдашнее заблуждение. Пусть умирают другие. Мы всегда полагались на то, что Юлиев остановят люди. Ни наши предки, ни мы сами никогда не рисковали, ни разу даже не пытались вступить в бой. Коалиция действует с невообразимой жестокостью, а ведь у нас общие предки. Мне тяжело с этим смириться. Мы одного возраста, и мы последние. Неужели и в этот раз мы не вмешаемся, не махнем рукой на собственную безопасность?

На том конце молчали. Кармайкл Ротман напряженно слушал и чувствовал, как эффект его смелых слов понемногу растворяется. Как и другие Древние, он всегда опасался жестоких собратьев, пошедших когда-то вслед за Юлием Цезарем по пути безжалостной борьбы за власть. И вот теперь он сидел в своем роскошном доме, чувствуя, как жажда действий мало-помалу сходит на нет.

— Кар, изначально мы были не лучше них. Мы были похожи как две капли воды. Мы были полны ненависти, как и наши предки, и только мы сами за это в ответе. То, что мы с тобой последние, ничего не значит. Весь мир будет ненавидеть нас за долгие годы невмешательства. Мне не хватает смелости. Прости.