Чтение онлайн

Обогнув залив и добравшись до главных ворот, Грейхард перекинулся парой слов со стражами, не сильно отличающимися от тех же приграничных патрульных – кольчуга, копья, конические шлемы, – и направил гнедого в высокий арочный пролёт. Уже через несколько секунд колёса повозки стучали по куцей брусчатке столичной улицы.

Кай смотрел вокруг и негодовал. Один из самых богатых городов! Такое великолепие, возведённое на каменистом берегу! Но что с жителями? Почти все облачены в старые рваные лохмотья. Немытые, понурые, ни одного доброго взгляда в ответ! Куда не брось взор – всюду злые лица, забитые и уставшие. Опущенные плечи, сутулые спины, тощие фигуры. Работают и живут так, будто не осталось в жизни ничего хорошего. Ни света, ни красок, ни радости.

«Может, поэтому Ориан покинул Золотой Торэн?» – думал Кай.

Они миновали рыночную площадь, что была почти вдвое больше, чем в Вельфендоре. На ней едва насчитывался десяток человек. Затем была вторая площадь. Поменьше, но и чуть оживлённее. С неё Ориан свернул в сторону от дороги, ведущей ко дворцу. Кай, по началу, не понял смысла этого манёвра, а потом увидел, что движутся они к конюшне.

Хорошо заплатив конюху, – на этот раз настоящими деньгами, – архимаг оставил ему на попечение гнедого с повозкой. Дальше они шли пешком.

Двигаясь к площади, Кай едва не попал под ведро помоев, выплеснутых из окна трактира. Жар, ударивший в голову, чуть не вынудил его залететь в заведение и сломать нос, тому, кто решил так неудачно подшутить над ним. Подобная картина произошла на противоположной стороне улицы, несколькими домами позади. Только выливали не объедки с остатками выпивки, а грязную пенящуюся воду.

«Похоже, здесь это норма», – подумал Нэри младший.

Ориан дёрнул его за рукав, выведя из негодующего ступора, и они пошли дальше.

На полпути ко дворцу их остановила стража. На этих уже были латы. Шлемы закрытые, на нагрудниках выгравирована голова быка на фоне щита. Вместо копий алебарды, за спиной щиты, а в ножнах широкие клинки.

– И месяца не прошло, Грейхард, – прорычал вышедший вперёд командир. Поднял забрало открыв лицо бывалого вояки: густые усы, плотная морщинистая кожа с высеченными шрамами, единственный здоровый глаз недобро смотрит на архимага из-под сдвинутой брови. – Снова со своими байками?

– Я пришёл, как дипломатический представитель Магистрата, Дагас, – твёрдо сказал Ориан. – Отведи нас к королю.

– Промывать знати головы сказками о демонах не есть политика, волшбарь. Может, мне лучше отвести вас обоих к старшему инквизитору? О том, что ты лорд Магистрата, упомянуть, конечно же, забуду. Что, скажешь, колдунишка? Воспользуешься своей магией? Дай мне повод.

Грейхард смиренно опустил взор. Кай ждал, что сейчас он молниеносно схватит меч из ножен и вонзит его в горло смутьяна! Или вскинет руку и испепелит его на месте! Или заставит его подчинённых обратить своё оружие против командира! Но архимаг просто вымолвил суровым непоколебимым тоном, не признающим пререканий:

– Ты забыл, кто я такой, Дагас? Повернись колесо судьбы чуть по другому, и сейчас ты бы отдавал мне поклоны. Да, я был лишён титула и наследства, но я всё ещё старший сын Эвара Второго, прежнего короля Кирстада. И я не утерял родства со своей сестрой, которая сейчас сидит на троне.

– Ты изгнанник, Грейхард. – Командир сплюнул. – Предатель своей семьи и всего, что кирстадцы считают святым. Братоубийца. Паскудный маг, прячущийся за сегодняшним статусом и вчерашними титулами. Что, думаешь, быстрее, твоё колдунство или мой клинок? Сможешь поразить меня прежде, чем я выпущу тебе кишки? – Дагас подошёл ближе. Он был немного ниже Ориана. Смотрел прямо в его спокойные карие глаза, сам же готовый лопнуть от ненависти. – Я уже не хочу делить добычу с инквизиторами.

– Правда твоя, Дагас, – вымолвил архимаг. – Изгнанник и предатель. Но, как и говорил, ты всё ещё забываешь, кто я такой. Ты смотришь на человека, который в одиночку способен сравнять весь твой город с землей. И ты знаешь, никакая инквизиция тебе не поможет. Я мог бы убедить Магистрат захватить ваше королевство. В обмен на те знания, что даровал мне мой учитель. Хотя они для этого не понадобятся. Мир сейчас очень зыбок. И мало кто заинтересован в его сохранении. Я – из тех, кто заинтересован. Кирстад моё королевство. Моя отчизна. Мой родной край. А Её Величество Аллия всё ещё моя сестра. Последний человек, с которым меня связывает кровное родство. Я отрёкся от трона. Принял изгнание. Власть над Кирстадом мне не нужна. К тому же, я вскоре войду в правящий совет Магистрата. Мне нет нужды свергать сестру. Хочу лишь защитить её. Подумай. У тебя же тоже есть семья, Дагас. На что ты готов пойти, чтобы защитить их? Готов сразиться со всей королевской гвардией? Готов стереть целый город в порошок, лишь бы оградить их от бед? Мне бы очень не хотелось делать этого. Так что устрой нам встречу. Всего на пару слов. И мы покинем Кирстад. Можете даже заковать наши руки в кандалы, если от того вам будет спокойней.

Командир гвардии всё ещё хмурился. Но уже не с той агрессией и ненавистью. Скорее, он ворочал мысли в голове, взвешивая все за и против. Ему было неприятно, что он оказался в такой ситуации. Не хотел идти на уступки перед Грейхардом.

– У меня нет прямого приказа не пускать вас, – пробурчал он, спустя некоторое время. – И, да, официально ты представитель Магистрата. Но только дай мне повод, чёртов маг. Хоть одно маленькое заклинание. – Он изобразил рукой жест, медленно сжав воздух в кулаке, – и мы меняем маршрут. С тронного зала на штаб инквизиции!

Подозвав к себе подчинённого, он что-то шепнул ему украдкой, после чего тот побежал открывать ворота.

– Следуйте за мной, – Дагас снова смерил его презрительным взглядом и, процедив сквозь усы, добавил: – милорд.

1

Верхний квартал. Тот самый район города, что возвышался над остальными постройками и окружал королевский дворец. Не оказавшись здесь, Кай так и не понял бы, почему город называется Золотым Торэном. Разница, по сравнению с тем, что они видели там, за воротами, была колоссальной.

Их башмаки стучали по гладкой чистой дороге, вымощенной из каменных блоков. По её краям тянулись каналы, с которых все нечистоты сливались в канализацию. Улицы освещались масляными светильниками с высоких медных столбов.

Дома были огромны. Как усадьбы богатеев, только без личных участков. И стражи, – а, вернее, королевской гвардии, – здесь было значительно больше.

Люди, облачённые в дорогие шёлковые одежды, выглядели сытыми и довольными жизнью. Единственное, что в них смущало Кая – эта застывшая на их лицах презрительная надменность. Несколько раз он ловил на себе взгляды полные отвращения. Жители Верхнего шептались и возмущались, мол, с чего-то это вдруг стража пустила в их обитель каких-то оборванцев в лохмотьях. Вряд ли кто-то из них в тот момент думал, что один из тех, на кого они в тот момент смотрели, – член королевской семьи. Пусть и находящийся в изгнании.