Чтение онлайн

Лизе показалось, что ее подвел слух.
– Прошу прощения? Вы действительно обвинили меня в излишней преданности обезьяне? Пухлые щеки Дарема побагровели.

–  Трудно не заметить, до какой степени вы обожаете этого зверя. Ну а я его терпеть не могу.

Лиза выдернула руку. Долго скрываемое раздражение выплеснулось, воплотившись в высокомерное заявление:

–  Моя обезьяна прекрасно воспитана. Уверена, что она значительно приличнее ваших коров!

Лорд Дарем словно окаменел; пунцовыми стали не только щеки, но и шея.

–  Мои коровы не кусаются! Кроме того, как бы хорошо Джордж ни вел себя в городе, в деревне все окажется иначе. Да, в деревне это существо может доставить множество неприятностей.

–  Каким же образом?

–  Обезьяны не любят коров. Если он укусит хотя бы одну…

–  Джордж укусит корову? И кто же сказал вам эту ужасающую глупость?

–  Ну… понимаете, в театре сэр Ройс обратил мое внимание на это прискорбное обстоятельство, а потом я разговаривал со знающими людьми. Оказалось, что обезьяны на самом деле очень агрессивны. Лорд Кастерленд едва не остался без большого пальца.

–  Сам виноват! Не надо было тыкать бедному животному в морду и пугать до полусмерти.

–  И все же рисковать здоровьем своего стада я не готов.
– Лорд Дарем нахмурился.
– Однако дело не только в обезьяне. Видите ли, мне было очень приятно проводить с вами время, и все же… все же меня не оставляло чувство, что ваше сердце недоступно.

И не только сердце. Вся она была недоступной, во всяком случае, Дарему. Раздражение улетучилось, а на смену пришло чувство облегчения.

Очевидно, реакцию скрыть не удалось, потому что Дарем слабо улыбнулся. Лиза посмотрела на него с сочувствием: человек сидел на куске торта, потел в тесном вечернем костюме и чувствовал себя почти виноватым. Внезапно он показался невозможно милым и симпатичным.

–  Лорд Дарем, вы совершенно правы: мы абсолютно не подходим друг другу. И все же хочется верить, что сможем сохранить добрые отношения.

–  Конечно, Лиза. Очень приятно было познакомиться с вами. Боюсь, однако, что задерживаться в Лондоне дольше не имею возможности. Завтра же возвращаюсь домой.

–  Матушка очень обрадуется вашему приезду.

Круглое лицо осветилось широкой улыбкой.

–  Непременно обрадуется.
– Он дружески похлопал Лизу по руке и встал.

Лиза тут же посмотрела на освободившийся стул: там одиноко белела салфетка. Торт исчез. Наклонившись, она взглянула на пол - вдруг кусок все-таки не прилип к узким бриджам, а упал? Увы, пол оказался чистым.

–  Лорд Дарем, может быть, вам…

–  Ах, вот вы где!
– послышался оживленный голос Мег.
– Я оставила Шелбурна принимать гостей. Народу невероятно много! Приехали абсолютно все. Да, бал удался на славу! Герцог Девоншир особенно хвалил оркестр, а леди Берлингтон без устали восхищалась тортом. Уверяла, что в жизни не пробовала ничего вкуснее.

–  В отношении торта полностью согласен, - серьезно заметил лорд Дарем.
– Крем очень легкий и воздушный.

–  Не знаю, как насчет воздушности… - Лиза с сомнением взглянула на салфетку.
– Прежде чем вы уйдете, позвольте сказать…

–  Лиза, ни слова!
– Джентльмен предостерегающе поднял руку.
– Сказано уже вполне достаточно. Не стоит усложнять то, что и так слишком сложно.
– Многозначительно взглянув, он повернулся к хозяйке.
– Леди Шелбурн, благодарю за гостеприимство. К сожалению, вынужден покинуть великолепный праздник и немедленно вернуться домой.

–  О Господи! Прямо сейчас?

–  Боюсь, что так.

Мег посмотрела на Лизу, и та постаралась жизнерадостно улыбнуться:

–  Понимаю.

Дарем почтительно поклонился, на прощание еще раз крепко сжал руку Лизы и сквозь толпу направился к выходу.

Мег проводила гостя хмурым взглядом.

–  Что у вас стряслось? И, ради всего святого, что у него с брюками? Подозрительно похоже, что… о! А вот и Ройс!

Лиза вскочила и увидела сэра Пемберли, который стремительно направлялся прямо к ней. В вечернем наряде он выглядел еще более импозантным, чем всегда, а в синих глазах его горела решимость.

Сразу стало душно. Разговаривать с ним сейчас не хотелось - прежде следовало прийти к соглашению с собственным предательским сердцем. Для этого требовалась целая бутылка бренди, а в придачу большой кусок торта, если не два.

–  Лиза, что с тобой?
– испугалась Маргарет.
– Выглядишь так, словно…

–  Могу ли я рассчитывать на знакомство?
– послышался приятный мужской голос.

В первое мгновение Лизе показалось, что говорил Ройс, однако она тут же поняла, что ее обманул слух.

–  Конечно, милорд, - ответила Мег. Лиза заметила, что подруга слегка испугалась, однако постаралась взять себя в руки.
– Лиза, это лорд Хэлферст. Милорд…

–  Мисс Элизабет Притчард.
– Лиза решительно протянула руку. К черту жеманство и благородные манеры, все это так скучно!
– Лиза. Рада познакомиться.

Джентльмен пожал руку и сдержанно улыбнулся. Он выглядел весьма привлекательным и очень представительным. Высокий, сильный, стройный, хотя, конечно, присущего Ройсу чувства стиля ему явно не хватало. Или ей просто так казалось, потому что лучше Ройса вообще не было никого на свете?

–  Позволите ли пригласить на вальс, мисс Лиза?
– любезно произнес лорд Хэлферст.
– Конечно, если этот танец вы еще никому не обещали.

Маргарет открыла рот, чтобы возразить - брат застыл неподалеку и испепелял их взглядом, - однако Лиза остановила его едва заметным жестом. Если она сейчас пойдет танцевать, Ройсу придется дождаться конца вальса. Отсрочка невелика, но несколько минут позволят прийти в себя и придумать достоверное объяснение красноречивому отсутствию Дарема. Первым делом Ройс наверняка спросит, о нем.

Лиза ослепительно улыбнулась:

–  Боюсь, я в вашем полном распоряжении, милорд.

Оставалось лишь вспомнить, как танцуют этот ужасный вальс. Мысль о единственном уроке лишила самообладания. Лиза споткнулась и наступила кавалеру на ногу.

–  Простите, - пробормотала она, покраснев.

–  Не стоит извинения, - успокоил джентльмен и дружески улыбнулся, хотя и не смог утаить боль.

Что ж! Этот человек выглядел значительно привлекательнее лорда Дарема. Лиза постаралась расслабиться, довериться музыке и надежным рукам партнера - тот танцевал прекрасно. Однако взгляд случайно упал на стоявшего неподалеку - всего-то футах в десяти - мрачного Ройса.