Чтение онлайн

Нет, не боль. Скорее ощущение массы. Словно мне надели тяжелые кандалы на руку, но не стали использовать цепь, чтобы к чему-то приковать.

— Ты здесь уже сутки, — предвосхитила мой вопрос Луна, прекращая колдовать. — Я только отправила Амалию спать. У нее чуть не случился нервный срыв, когда Кохорн попытался объяснить ей ситуацию.

«Тетя слишком близко восприняла к сердцу тот факт, что она дала мне медальон», — устало подумал я.

— Все хор… — начал я, но под полным злости и боли взглядом заткнулся.

— Потом расскажешь, что хорошо и откуда у тебя на руке появились свежие шрамы и жуткие иероглифы. Сейчас просто отдыхай. Надеюсь, Кохорн вспомнит, что у него есть второй пациент.

Никто не захотел тащить бездыханное тело в мою комнату. Судя по богатой обстановке и широкой двухспальной кровати, меня перенесли в спальню Адриана Камета.

Профессор навестил меня через несколько часов, использовал дюжину артефактов, констатировал магическое истощение и повреждение нескольких каналов.

— Думаю, пока хватит с колдовством. Пусть организм дальше восстанавливается сам, — сказал он, убирая свои инструменты. — Никаких тревог, никаких волнений. Только отдых и покой. Вы меня поняли, молодые люди?

— Поговорить хоть можно? Немного? — слабым голосом спросил я.

— Можно. Кстати, Владислав просил передать небольшой гостинец, — сказав это, профессор Кохорн вручил Луне артефакт в форме маленькой пирамидки. — Это барьер с защитой от прослушивания. Полезная штука, хотя и не особо мощная. Думаю, вам он пригодится.

Не прощаясь, он вышел из комнаты.

— Влад предусмотрительный, — вздохнула Луна, беря стул и ставя его рядом с кроватью. Она активировала артефакт, поежилась и неожиданно сказала:

— Если не хочешь, не говори. Я пойму. Думаю, это даже вспоминать больно.

Я вздохнул, посмотрел на Луну, с трудом поднял правую руку.

Три затейливых иероглифа были вырезаны на внешней части предплечья. На их фоне терялось множество шрамов, которые окружали надпись на мертвом языке древних.

Это не староимперский, которому учили всех в гимназии. Нет, это язык первых людей, на котором говорили задолго до того, как южный континент стал Мертвыми Землями.

Стоило посмотреть на иероглифы, я тут же вспомнил сцену в подвале, текст клятвы и мои слова. Очень ярко и четко. Даже шрамы заболели. Магия позаботилась, чтобы я ничего не забыл.

Перевел взгляд на Луну. Бледная и вымотанная она ни капельки не походила на холодную и уверенную колдунью, которую я встретил в академии. Сейчас она казалась напуганным котенком, который не знает что делать.

— Не больно. И только тебе я могу рассказать… — вздохнув, начал я.

Рассказал я все, почти все. Умолчал про Януса, списал все на защиту разума от Камета.

Луна слушала не перебивая, только когда я стал описывать высших личей и их предложение, вздрогнула и посмотрела на меня с ужасом.

— Ты все правильно сделал, — сказала она, когда я закончил рассказ. — Не стоит связываться с этими монстрами. Никакая сила не стоит этого.

— Но я все равно с ними повязан. Кровавой ниточкой. Нет, канатом! — взмахнув правой рукой, сказал я.

— Канат можно разрубить. У меня все хорошо со светом. Высшей магией этой стихии я смогу овладеть, — уверенно сказала Луна. — Думаю, ты найдешь или придумаешь телесные заклинания против нежити. Что там еще осталось? Артефакты рода Кадавер? У нас тут под боком банда контрабандистов! Думаю, найдем через них что-нибудь.

— Октавий мог лгать. И про их уязвимость, и про мое «право» их убить. Все это требует проверки. Но да, если буду играть по их правилам, точно погибну.

— Хорошо, что ты это понимаешь. Что дальше?

— Во-первых, это наша тайна. Наставнику я расскажу более простую версию. Думаю, Сай не поймет, если я скажу, что отказался от возможности стать новым Каметом.

— Судя по голосу, он снова поднялся в твоих глазах.

— Он спустился со мной в этот подвал, хотя я был против. Это надо ценить. И он смотрится бледно на фоне моих новых «покровителей». Но все равно с нашим Змеем нужно соблюдать осторожность. Скажу ему, что личи хотят, чтобы я возродил род Кадавер, а также про предложение маркиза. На этом все.

— Разумно. Остальных будем посвящать в «официальную версию»?

— Тете придется рассказать. Хотя бы часть. И это пугает меня до жути, — признался я. — Владиславу — тоже. Он хоть что-то понимает в этих благородных причудах. И судя по акценту и именам Кадаверов, жили они где-то на юге, рядом с землями церкви. Быть может, у Алькасаров есть что-то о них.

— Остальным ни слова. Я поняла.

— Кстати, мне дали на прощание книгу. Где она?

— Здесь, в тумбочке. Сможешь достать, тогда и занимайся. А пока лежи, сил набирайся. Пригодятся.

Я хотел начать спор, но смог только взмахнуть рукой.

В постели я провалялся дней десять. Голова соображала, но сил в теле не было. Даже до пресловутой тумбочки, стоящей рядом с кроватью, я не смог дотянуться.

Когда мне стало легче, Кохорн разрешил посещения, и ко мне началось паломничество. По крайней мере, другого слова подобрать я не смог.

Первой ко мне пришла тетя. Разговор вышел долгим и сложным. Как я не пытался, свести историю с тремя мертвыми магами к веселому и безопасному приключению не получилось. Самое неприятно, что Амалия во всем винила себя, и переубедить ее я не смог.