Чтение онлайн

Потомки разделяли ее взгляды. Если Моргот написал сотню страниц, сжато описывая исследования и свои результаты, то труды Галии уложились в дюжину. Естественно, если убрать размышления и причитания о жизни обоих гениев.

Их потомки писали сухо и лаконично. Какие исследования провели, почему и как, результаты.

Читал я по диагонали, только чтобы понять общий смысл, но даже так за день я осилил четверть текста. Глаза болели, башка трещала и, если бы не Луна, я бы не остановился. Такой пласт знаний!

Правда, метод, который она использовала, оказался сильнее тяги к новому.

Медленно, но верно я шел на поправку. Спустя неделю даже смог выбраться на тренировку и порадовал Сайруса новыми иллюзиями. Благо необходимые формулы и некоторые расчёты я нашел в книге.

Даже эмоциональное воздействие попробовали. Сам наставник вызвался добровольцем.

То ли визит в подземелья подействовал, то ли чужие исследования, но магия разума получилась поразительно легко.

И Сайрус, когда отошел от шока, остался доволен.

— Обязанности секретаря я с тебя снимаю. Владислав с ними справляется хорошо, а мне вскоре потребуется ментальный маг, — сообщил он. — Да и тебе нужно восстанавливать форму. Нас скоро ждет серьезное испытание.

Я вопросительно посмотрел на наставника.

— Подготовься, Маркус. Через неделю у нас будут гости. Род Нилей сподобился снизойти до нас.

— Маркус, добрый вечер, не думал, что ты забредёшь в мою обитель, — сказал Кохорн, когда я вошел в лабораторию.

Старый профессор занял огромную кладовую на первом этаже и переоборудовал ее под свое рабочее место. Все помещение было забито всевозможными инструментами, измерительными приборами, бумагами и, конечно же, артефактами.

— Здравствуйте, профессор, думал найду здесь Владислава, но вижу, что ошибся.

— Ищи его в кабинете своего наставника, — лицо Кохорна исказила странная усмешка. — Но раз ты пришел, поможешь мне с одним делом?

— Выбора у меня небогатый, — хмыкнул я, взглядом указывая на медальон, накрытый толстым стеклянным колпаком.

— Пятьсот единиц эфира, тройной защитный контур! Ничто не вырвется отсюда! — с гордостью сказал профессор, а потом тихо добавил: — Но я так и не понял как эта дрянь работает.

— На самом деле все просто. Медальон анализирует окружающую обстановку, определяет тему, которая вызывает горячий отклик у носителя. Брешь в его разуме. После этого идет поток и заражение. Когда носитель готов, начинается прямое вторжение.

Заметив недоуменный взгляд Кохорна, я пояснил:

— Поток — это отвлекающий манёвр, он скрывает влияние на разум. Пока ты отвлекаешься на дискомфорт или боль, он вкладывает определенные мысли тебе в голову. В отличие от обычных менталистов, он может действовать медленно, неторопливо. Поэтому влияние не так заметно. Когда разум жертвы слабеет, поддается чужом влиянию, он вкладывает мысль, тлетворную идею — заражение. И только после этого наносит прямой ментальный удар, ломающий личность.

— Вот с этого места поподробнее, я записываю.

Я поморщился, как от зубной боли, но стал объяснять:

— В медальоне находится магический конструкт, созданный на базе разума лича. Именно он должен проникнуть в голову мага, перекроить его под нужды некромантии.

— Интересно-интересно. Я правильно понимаю, что это сравнительно новая идея, а наследие древних лишь заготовка под инструмент?

Последнюю фразу профессор произнес с нескрываемым презрением.

— Не любите их? — удивился я.

— Мы превзошли древних во всем… Кроме тех областей, где необходимо приносить массовые жертвоприношения и ставить беспринципные опыты. В этой отрасли мы от них до сих пор отстаем. Причины здесь скорее практические, чем гуманистические. Уверен, для создания этого медальона свели с ума и убили не один десяток магов.

Мне на это ответить было нечего. Кохорн продолжил:

— Но это не значит, что мы должны игнорировать подобную разработку! Наоборот, будет еще хуже, если мы просто от нее отмахнемся. Значит все жертвы будут принесены зря!

«Благодаря мерзким подлым и бесчеловечным предкам, мы сохраним чистые руки для науки», — подумал я и спросил:

— Думаете, вы сможете создать что-то подобное?

— Полноценная коррекция личности — несбыточная мечта всех магов. Я мог бы потратить годы, обучая тебя своему ремеслу, но это бессмысленно. У тебя просто не лежит к нему душа. Ты считаешь мои творения жалкими игрушками, которые подведут в самый ответственный момент.

Я смутился и опустил взгляд.

— Это нормально. Все имеют право на заблуждения, — снисходительно сказала Кохорн. — Я много раз начинал изучать лечебную магию, но не смог продвинуться дальше минимума, необходимого для создания артефактов. Кости, кровь, кишки и гной — все это не для меня. Но если бы я мог изменить свое мнение… Не полностью, частично. Да, это был бы прорыв.

— Думаю, начинать следует с чего-то попроще, например, со стихийной магии. Если удастся изменить или расширить набор стихий… — начал я, но меня перебили.

— Верно. Маг сможет освоить все первичные силы или несколько производных. В его руках будет колоссальная мощь! Вот только риски слишком велики.

Я вздрогнул и недоуменно посмотрел на профессора.

— Ментальная магия — очень опасный инструмент, которым могут овладеть немногие, Маркус. И единицы из них получают соответствующее образование.

— Соддерн говорил об этом. Уникальные специалисты для уникальных случаев, которые не нужны королю.

— Королю они нужны, но есть нюанс… Ментальная магия — родной брат некромантии. Ты сам об этом сказал, Маркус. Всегда есть риск вырастить нового Кадавера. Этого никто не хочет.

— Но возможности…

— Только для избранных, которым доступны знания и учителя, — Кохорн взмахнул своими протезами. — И риск сойти с ума всегда есть. Поэтому ментальных магов мало. А рода, которые ее активно используют, можно пересчитать по пальцам одной руки. Когда ты изучишь свою прекрасную книжку, станешь уникальным специалистом. Другое дело, что это ничего не гарантирует в жизни. Поверь, моему опыту.