Двери
Шрифт:
– Тебе помочь сделать!!! Я видел на проверке, что у тебя там куча ошибок.
– Вау! – Маша, впервые за последнее время, получила предложение в помощи, вместо тычков: «обязана», «сделай», «быстро», «так надо» и «мне бы твои проблемы» …
– Не вау, а просто моя благодарность, за несколько новых идей.
Маша улыбнулась, покраснела, опустила глаза, и боялась утонуть в море счастья и внимания. Для неё, это всё было в новинку, и она летела домой как на крыльях! Ей очень хотелось поделиться своей радостью со всеми на свете! С мамой! С подругой! И даже с соседкой по лестничной клетке.
Однако дома её ждала, чисто убранная комната, которая и создала когнитивный диссонанс – вечные требования и нарушения личных границ в семье проиграли в битве с понимающим и радостным одноклассником.
Это был предел терпения Марии. Разозлившись на чересчур чистоплотную мать, она схватила свой проект, выгребла отложенные богатства из копилки, и послав воздушный поцелуй квартире родителей, безоговорочно сделала выбор в пользу Антона и жизни, где-нибудь… только не тут.
Хоть где!
Здесь, сплошные правила и непонимание, указы и придирки, абсолютное нежелание признавать её мнение, и вечная занятность родителей.
Там, помощь с английским, кофе, весёлые видео и свобода.
Подростки, самые загадочные существа в мире, они ещё по-детски хотят внимания и помощи, но уже по-взрослому требуют внимания и равноправия.
Они уже выросли!
Они принимают только правильные решения!
Им не нужна наша гипер-опека!
Ну если только чупик, и мороженку… вон ту… Ну ма-а-а-ам…
В голове у Маши чётко созрела мысль, пойти и снять себе жильё, зарабатывать деньги, закончить школу, и жить нормально… без всяких родительских нравоучений!
План казался безупречным, поэтому настроение было выше неба.
Даже выше солнца.
После заката настоящего солнца, начало опускаться и светило её уверенности.
Позвонив по нескольким номерам из объявления о сдаче жилья, и подсчитав свои «мильёны», Маша задумчиво присела на скамеечку и закурила украденную у отца сигарету.
О «нормальных» … а не дурных привычках дочери, родители естественно не знали.
«Всё равно в этом нет ничего плохого, вон полстраны курит и ни чо…».
Смеркалось…
Антон уже выложил первый видеоролик из отснятых сегодня.
«Вот… даже кусочек её ноги видно на седьмой секунде, вот… за Кириллом…».
Машка улыбалась, вспоминая эти счастливые моменты.
Мама и отец, по очереди, позвонили ей уже тыщу раз.
– Типа волнуются. – съязвила она, глядя на сотню пропущенных звонков. – Поди опять некому, после ужина, посуду помыть, вот и вспомнили про меня.
Потом было холодно, и хотелось кушать… оказалось, что спать на скамейке в парке, неудобно, больно, и страшновато.
Потом она шла домой.
Подъезд, дверь, мама, слёзы… ванна, пересмотр видеороликов, его смех…
Антон встретил её перед уроками, на следующий день, хвастаясь что их тандем вызвал бурю эмоций у подписчиков, и теперь она его главная помощница, тем более что Кирилл, приготовил для неё роль в следующем сценарии.
И всё начало меняться.
Машу перестали узнавать. Умница и красавица, выправилась по учёбе, с лёгкостью щелкала задачи по ненавистной химии, и с удовольствием помогала маме по дому, снимая ролики под названиями: «Как я помыла пол» и «Сегодня я – Золушка».
Всё перестало меняться так же стремительно, как и начиналось.
После девятого класса, Антон ушёл в медицинский колледж… вместе с ним ушёл смысл всего. Мария опять перестала прибираться в своей комнате и плотно запахнула шторы…
Она сутками смотрела его страничку в сети, и большую часть времени молчала. Если год назад, жизнь была прекрасна, то вот сейчас…
Вы скажете, что и в тридцать лет, разбитое сердце приносит много боли и равнодушия. Как бы не так.
С каждой потерей, мы становимся черствей, менее ранимей, рассудительней, и отлично понимаем, что впереди будут новые встречи, возможно не такие… но будут. Возможно гораздо лучше и продолжительней…
В пятнадцать лет, когда твоё сердце ещё не знает потерь, оно болит по-настоящему… сильнее, пронзительнее, больнее… на разрыв, на крик …
Это первая потеря… первая дверь расставаний… первая обида, первое искреннее непонимание и первая ступень из детства в зрелость.
Становиться большой всегда больно, начинаются первые шаги в реальную самостоятельность…
С течением времени, боль утихала, она всё реже заходила на его страницу в инстаграме, а на первом курсе института, случилась вторая ступень взросления… Антон женился на светловолосой однокурснице, со своего медицинского училища.
Ещё один слой боли и чёрствости…
Она сильная.
Она справится!
Хоть это и не было справедливым жизненным уроком, но через него проходят все люди.
К двадцати двум годам, Мария работала старшим администратором в туристическом агентстве, и всё ещё любила полумрак в комнате. Днём, окна её квартиры, озарялись солнцем… но где-то в душе, она любила вечер, с задёрнутыми шторами, с затемнённой лампой. Это позволяло ей мечтать, размышлять, и даже строить дальнейшие планы.
Жизнь вошла в размеренную калию. Она вышла замуж, за прекрасного молодого человека, и любила его… но… вдруг… зачем-то… зашла в ЕГО инстаграм. Там уже не было смешных видео о братике, но появилась весёлая серия с дочерью.
На последнем ролике, Антон тщетно пытался объяснить дочери почему, когда из пенала достали один карандаш, то там осталось четыре, а не пять, как мама купила.
Его голос стал чуточку грубее, но также манил недолюбленным эпизодом в её жизни.
Мне нравится называть резко оборвавшиеся чувства – недолюбленными. Они остаются в душе человека неким шрамом, словно вырвали кусок, и всё криво-косо срослось…