Чтение онлайн

– М-м-м… сложно сказать. – Где-то я видел эту постановку руки или эту часть лица, между очками и бородой. Хотя, однажды увидев человека в такой натуральной «балаклаве», я бы точно не забыл.

– А вы попытайтесь, – говорит он с легким нажимом.

– Возможно, где-то находилось несколько гектаров больного леса, который человеку нужно было переработать в бумагу. Может быть, в этом и был замысел судьбы? А что касается телепрограмм, это скорее вопросы не к судьбе, а к продюсерам. Спасибо. – Зал разражается дружным хохотом.

– Хорошая шутка, – крякает он. – А если серьезно ответить?

– Я вполне серьезен. – «Краб» начинает раздражать. – Вы какого ответа ждете? Про место писателя в истории, про разговор с поколением? Извините, я пока еще вполне здоров психически, чтобы рассуждать такими категориями.

– Есть ли у вас ощущение ответственности за те идеи, которые вы транслируете своей аудитории? – «Краб» снимает очки, и я успеваю разглядеть его глаза. Маленькие немигающие глаза хищной рыбы.

– Есть конечно. Задача каждой новой книги – показать читателю, каким дерьмом он может стать, если пойдет по пути моих героев.

– Я не про книги, а про вас. Про идеи, которые вы транслируете самим фактом вашего существования. Ради чего все это? – «Краб» морщится, будто лимон сожрал.

– Вы не сектант случайно? – наигранно улыбаюсь я, а самому настолько неуютно, что приходится глазами искать помощи у Жанны. Зал, до того момента смеявшийся, затихает. – Может, лучше перейдем обратно в категорию вопросов про кошечек и собак, а то аудитория заснет.

– Представьте, что завтра вы больше не писатель и не телеведущий. Смогли бы вы снова жить жизнью простого человека?

– В общем, я ею и живу, – мямлю в ответ.

Атмосфера вокруг наливается тяжестью. Наверное, так себя чувствуют актеры юмористического жанра, когда после пары-тройки удачных шуток произносят абсолютно пустую репризу, и вот уже доселе рукоплескавший зал готов их освистать и закидать гнилыми овощами.

– Последний вопрос, – не унимается «краб», но вовремя на помощь приходит Жанна, громко командующая:

– Мужчина в третьем ряду, ваш вопрос, пожалуйста!

– Я? – Человек будто вырывается из сна. – Скажите, Владимир, какие ваши творческие планы?

Зал снова смеется. Как будто становится легче дышать. Отвечаю даже на самые глупые вопросы вроде того, кем хотел стать в детстве, какие книги советую прочесть, за какую команду болею и прочую штампованную чушь. Все это время борюсь с желанием посмотреть на «краба», а сдавшись, обнаруживаю его стул пустым. Нет его и среди журналистов, подошедших подписать книгу. «Краб» исчез, будто и не было.

– Уф! – Откидываюсь на спинку кресла, закуриваю. – С ума можно сойти. Откуда-то возьмется один такой мудак, и настроение на весь день испорчено.

– Да уж, – соглашается Жанна.

– Не вполне здоровый чувак, ты не находишь? Я думаю, так маньяки выглядят. Может, охрану завести? А что! Стоит небось сейчас у выхода и ждет, с ножом или бритвой.

– Хотите, я попрошу охрану проводить вас до машины? – Жанна очень комично пьет кофе: маленькими глотками, как кошка из японского мультфильма.

– Брось ты! – отмахиваюсь. – Отобьюсь как-нибудь. У нас когда следующие чтения?

– В среду. И еще пресс-конференция в четверг.

– Два дня еще. – Выпускаю дым в потолок. – Это же последняя, да?

– Последняя.

– Слава богу. Ну что? Докуриваю и едем?

– А вы со мной больше ни о чем не хотите поговорить?

– А я о чем-то с тобой должен поговорить? – Настораживаюсь.

– Во-первых, спасибо за цветы. – Она ставит чашку на стол. Ее фарфоровые глаза наливаются голубым.

– Жанна! – Прищуриваюсь. – Ты меня пугаешь.

– Вы стесняетесь этого, что ли? – Она проникновенно смотрит на меня. – Это же так здорово: прислать девушке цветы.

– Чего я стесняюсь-то, Жан? – Миролюбиво улыбаюсь. – Ты точно меня с кем-то путаешь. Не хочу тебя расстраивать, но цветы я тебе не присылал.

– В тебе будто два человека живут. Один – романтик, а второй – законченный циник. Впрочем, в обоих есть что-то притягательное. – Она все так же смотрит на меня, задумчиво накручивая прядь волос на указательный палец.

– Ты как-то очень резко сокращаешь дистанцию. Мы давно на «ты»? – Хватаю со стола бутылку воды, делаю судорожный глоток.

– Ночи три уже или четыре, или… – Жанна умолкает. Будто ждет, когда я сделаю какое-то важное признание.

– Что-о-о?! – Я выплевываю остатки воды прямо на нее. – Ночи?! Ты с ума сошла!

– Видимо, это ты с ума сошел. – Жанна краснеет, сжимает ручку кофейной чашки так, что белеют костяшки пальцев. – Зачем ты эти идиотские игры устраиваешь? Ты книгу новую пишешь, и тебе героиня нужна, или ты спиваешься и скуриваешься такими темпами, что память отшибает?

– Жанна, у тебя все в порядке? – Я начинаю нехило так волноваться.

– Ты сейчас серьезно говоришь или просто прикалываешься? Тебе так легче начать, да? – Жанна вся будто сжимается в комок.

– Может, тебе сейчас выпить воды, успокоиться и рассказать, что случилось?

– А может быть, тебе сейчас докурить и прекратить паясничать? Признаться наконец и начать говорить со мной не как с секретаршей, а… А как ты обычно говоришь? – Она улыбается, но видно, что держится из последних сил.

– Признаться?! В чем, Жанночка? У тебя какая-то проблема? Или просто стресс? – Придвигаю к ней бутылку воды.

– Проблема? У меня? – Она отталкивает бутылку. – Ты звонишь мне по скайпу третью ночь, пьяный вусмерть. Рассказываешь про свои душевные метания, про одиночество. Говоришь, что я единственная, кто тебя понимает. Кто не требует ничего взамен, кто… – Жанна начинает хлюпать носом, отчего тот моментально краснеет, а глаза намокают. – Потом пропадаешь, потом присылаешь цветы. А теперь, оказывается, у меня просто стресс…