Джокер
Шрифт:
– Правильно поняли.
– И все останется Лариске. Здорово. Ай, да дед. Значит Лариска пытается опередить события до родов и попытаться развести вас с Аллочкой...
– Это так.
– Очень забавно. Так что вы хотите от меня?
– Вы мудрая, умная женщина и можете дать совет такому глупому мужику, как я. Как мне быть? Если не подпишу договор, меня убьют, если подпишу, то не знаю, что сделает со мной другая сторона, одно лишь ясно, работать с вами я уже не буду.
Она задумалась, тонкими пальцами машинально погладила бокал с вином.
– Когда будете подписывать договор с Лариской?
– Через пять дней.
– Пять дней... Хорошо бы вам за это время встретится с вашим хорошим знакомым, Андрей Мироновичем, проиграйте ему в карты и он поможет вам во многих вопросах. Ну, например, в рамках президентского указа о подготовке молодых специалистов за границей, впихнет вас в этот список. Три года в Германии или Франции будут для вас неплохим прикрытием. Поверьте, Лариса Анатольевна против Андрей Мироновича не пойдет. Пусть только пальцем тронет вас, из нее тут же кишки выпустят. А ваша жена и ее родители тоже будут довольны, как-никак будете числится при Алке. Но этот я говорю, например, на самом деле может ваш хороший знакомый подскажет другой выход, от которого Лариска вообще заткнется.
– Вы очень мудрая и красивая женщина, Татьяна Аркадьевна. Если все выйдет, как вы сказали, я буду по гроб вам благодарен...
– Но зачем же по гроб? Можно быть благодарным и сейчас. Разве вы не собираетесь отвести меня к себе домой?
Теперь у меня от неожиданности чуть не упала рюмка из рук. Вот это женщина. В это время мимо нас прошел с ухмылкой прошел засранец Митрофанов. Я кивнул ему головой.
– Кто это?
– Король карт.
– А ты кто в этой картежной иерархии?
– Я джокер.
Я проснулся около шести утра. Татьяна, замотавшись в простынь, посапывает рядом. Надел трусы и отправился на кухню, обдумать создавшуюся ситуацию. Интересно, если у Татьяны диктофон в сумке, то все ли она записала самое важное. Может мне вытащить его тихонечко и стереть запись. А впрочем, зачем это делать? Судя по всему, у нее своя игра. Может она нарочно заставила меня подслушать телефонный разговор. Я заварил кофе, налил себе покрепче и сделал первый глоток.
– А мне?
В дверях кухни, замотавшись в простынь, стоит Татьяна. Я подошел к ней и... нежно поцеловал.
– Ты прелесть, самая замечательная девушка в мире.
Пришлось налить кружечку кофе и ей.
– Так что мы теперь будем делать?
– спрашивает меня Татьяна.
– Ты о чем? Если о том, что произошло между нами, то это прекрасно и я после этого, готов ухаживать за тобой всю жизнь. Если ты о чем то другом, то видно придется многое решать мне, но я благодарен за твои разумные советы.
– Я за то, что ты готов ухаживал за мной всю жизнь.
– Это самая трудная задача, но я постараюсь ее выполнить.
И тут она меня сама поцеловала, простынь с ее плеч, свалилась на пол. Я опять почувствовал ее горячее тело и ароматную кожу. Пришлось забросить кофе, поднять ее на руки и понести в спальню.
Рабочий день нудно и медленно тянется. Татьяна закидала меня справочниками, бумагами, а сама исчезла. Но где-то около трех зазвонил телефон и незнакомый голос спросил.
– Это Василий Иванович?
– Да.
– С вами будут говорить.
Что то щелкнуло в трубке и знакомый голос заговорил.
– Здравствуй Василий Иванович, это Андрей Миронович.
– Здравствуйте, Андрей Миронович.
– Я ведь чего то там тебе должен...
– Было такое.
– У тебя в субботу вечерком время есть?
– Есть.
– Может заглянешь ко мне, пульку сгоняем, заодно и рассчитаемся.
– Договорились. А куда приезжать?
– Зачем приезжать? Я за тобой машину пришлю. Свой адрес не называй, я знаю куда прислать. До встречи, Василий Иванович.
– До свидания.
Через четверть часа ко мне в кабинет пришла взволнованная Татьяна Аркадьевна.
– Вася, Константину Ильичу стало плохо. Я вызвала скорую, его увезли.
– Что то серьезное?
– Точно не могу сказать. Но ясно, что... старость и слабое сердце, это почти есть у всех пожилых людей.
– Его жену и Аллочку предупредили?
– Да, звонили им.
– Честно говоря, у меня от этого сообщения сердце не дрогнуло, видно я еще не почувствовал близость этой родни...
Женщина фыркнула.
– Василий Иванович, я иногда не могу понять, вы всегда такой..., черствый, что ли?
– А я другим и не был. Кто сейчас вместо Константина будет?
– Первый зам, Юрий Петрович, сволочная личность.
– Нам это чем то грозит?
– Пока не знаю, но его лучше не задевать. Боюсь, теперь, у нас в фирме могут быть большие перемены. Совет директоров очень нестойкий и сможет его поддержать во всех переустройствах.
– Неужто могут выпереть тебя и меня?
– Могут.
– А жена Константина Ильича, не сможет приструнить...?
– Там своя война. Константин не имел контрольный пакет, но имел союзников, как дальше сложится... не могу сказать.
– Не веселое сообщение. Кстати, ко мне только что позвонил Андрей Миронович и пригласил к себе в субботу, сыграть в картишки.
– Значит началось...
– Что?
– Да так. Послушайте все же мой совет, Василий Иванович, поговорите с ним о своем семейном положении, о Лариске...