Чтение онлайн

Сестра всегда была ближе к отцу, понимая и принимая его обиду и непреклонность в решениях, словно не разделяла душу с беззаботностью ветра и терпимостью воды. Думаю, именно то в нас, что другие назвали бы несоответствием нравов и подвластных стихий, было идеальным тандемом нашего мира и Моря Теней. Это позволило нам не сгубить нас самих и все доброе, что сделал для человечества отец.

Я почти не пишу о матери. Семья научила нас принимать друг друга такими, как есть. Только это мне и осталось делать, когда отец забрал жизнь женщины, родившей меня с сестрой. Я бы мог остановить его, или обратить все вспять, если бы сестра не удержала меня тогда. Она чувствовала отца лучше и видела дальше меня. Думаю, в тот день она спасла мою жизнь.

Мне сложно объяснить, почему простить отца удалось мне, а не сестре. В то время мы уже были вольны покинуть нашу укромную обитель. Я часто навещал отца, оставшегося встречать старость затворником, но сестра возвращалась в дом всего пару раз. Я мог бы списать все на жажду странствий и вольный дух, если бы не знал ее, как самого себя.

Мы не раз виделись на просторах Огнедола, где сестра впитывала в себя всю сладость жизни в обществе, тогда как я был погружен в созидание собственного города. Прохаживаясь по пустынным улицам, я представлял на них играющую детвору и женщин, собирающих с яблонь сочные плоды. Я мечтал о дне, когда каменный свод растворится вместе с утренним туманом, город поднимется из скалистых пучин, и солнце заструится по его крышам, капая на головы прохожих солнечными зайчиками.

Но ныне это невозможно. Пока Огнедол раздирает междоусобица, а воины Церкви сталкиваются в ожесточенной борьбе с укротителями стихий, мое детище останется в тиши земли, дожидаться дня, когда между выходцами одной силы воцарится мир. Тогда мои с сестрой потомки представят Небесам город, что я воздвиг, как символ единения и бессмертия.

Я завещаю Город Единства наследникам крови Первого мага и вверяю им ключ, способный пролить солнечный свет на взлелеянные мною сады и дома. Я оставляю его в пещере за водопадом, и право воспользоваться ним обретет лишь подлинный наследник моей силы.

Едины хлад и пламень, да возвысится под тенистыми небесами алатырь единения».

Люфир перевернул страницу и, дописав последнее предложение, перевел дух. Запястье ныло.

— Ты закончил? — Волин был рядом, дожидаясь, когда же сможет узреть содержимое скрижали.

Лучник кивнул и показал страницы дневника, покрытые теми же символами, что и монолит.

— Копия готова, и теперь осталось только перевести. Я смутно понял несколько фраз, но это не годится, — на лице Волина отразилось разочарование, словно он успел позабыть, что говорил Люфир перед тем, как приступить к изучению письмен.

— Я хочу получить перевод сегодня же! Ты сможешь это сделать?

— Да, конечно, я останусь здесь и отдам вам все, что переведу, как только закончу, — смиренно произнес юноша, разравнивая перед собой чистый свиток и напряженно всматриваясь в дневник.

Затаив дыхание, Волин подошел к скрижали и с благоговением коснулся неровностей камня, пробегая пальцами по острым изгибам неведомых символов. Старик не переставая ходил вокруг монолита, не в силах оторваться, пока спустя несколько часов Люфир не побеспокоил его.

— Здесь все, — он вложил свиток в костлявую руку Волина. — Вам должно быть интересно. В ней говорится о древнем поселении магов камня, построивших это место почти тысячелетие назад. Вы сами все увидите.

— Спасибо, Люфир, твой вклад неоценим! — старик смотрел на оказавшееся в его руках сокровище блестящими глазами, предвкушая момент, когда он сможет прочитать все от первой и до последней строчки. — Возвращайся домой. Ты заслужил несколько дней отдыха. Я отправлю посыльного, когда мне понадобятся твои умения. Ступай.

Люфир почтительно поклонился и, крепко сжимая дневник с заветным посланием, покинул храм. Ночь таилась в закоулках улиц и дворов, кружась мотыльками вокруг едва виднеющихся фонарей. Городом правила тишина, и лишь упрямый водопад продолжал шуметь в стороне, скрывая в своих недрах древние механизмы.

Шагая вдоль прудов и ручьев, юноша видел в них свое отражение и думал о том, что когда-то создатель этого места, сын Первого мага, тоже ступал по улицам, любуясь своим детищем и тая заветную мечту наполнить его жизнелюбием солнца и чистотой луны. Люфир размышлял об Онике и ее брате, сила которых скорее всего была близка к могуществу детей Первого мага. Значило ли это, что совсем скоро все эти немыслимые строения могут быть подняты на поверхность?

«…когда между выходцами одной силы воцарится мир», — подходя к дому, Люфир вспомнил последние строки послания. Неужели речь шла о церковниках и магах? Если так, то лучнику было сложно представить себе место, где два извечно враждующих народа смогли бы мирно сосуществовать.

На кухне горел свет, и, только Люфир отворил входную дверь, в коридоре появилась растрепанная и заплаканная Мелисса, с несвойственной ей злостью, затаившейся в складке между сведенных бровей.

— Где ты был? Я везде тебя искала! Почему ты так долго? — неровным голосом спросила она, сжимая маленькие кулачки и жалея, что в доме нет ни единой песчинки, подвластной ей, с которой она могла бы наброситься на лучника.

— Во что он опять встрял? — устало спросил Люфир, прекрасно зная виновника всех горестей Мелиссы.

— Последние дни те чудища подбирались как никогда близко к Убежищу, и Вихр принял решение собрать отряд и отправиться в Глубины, чтобы найти и уничтожить гнездо, из которого лезут твари. Кроме тех, кто должен был пойти обязательно, Вихр брал и добровольцев, и Фьорд вызвался быть одним из них. Я пыталась отговорить его или убедить хотя бы дождаться тебя, но отряд выходил с закатом, а ты…, — Мелисса выдохлась, изнуренная мучительным ожиданием и беспокойством. — Что ты делаешь?

Люфир повесил за спину колчан с оставшимся десятком стрел и взял раздобытый Фьордом лук, понуро лежавший на столике в коридоре.

— Ты знаешь, через какую дверь они вышли?

— Красноликую. В коридорах за ней чудища встречались чаще, чем где-либо. Вихр поведет отряд по их следам.

— Хорошо.

Мелисса выбежала из дома вслед за Люфиром. Утирая ладонями навернувшиеся на глаза слезы, девушка поравнялась с лучником.

— Куда ты идешь?

— Мелисса, не будь дурой и не задавай глупых вопросов. Застоявшаяся энергия таки ударила ему в голову. Ты знаешь, где живет твоя подруга, Бритта? — поддержка мага камня пришлась бы кстати.