Чтение онлайн

А эта не ссытся, она просто делает еще шаг назад, сжимая свое проклятое полотенце так, что костяшки пальцев белеют.

– Восемнадцать.

– Я не привык повторять вопросы, – я делаю широкий шаг и практически заталкиваю девку в угол. Она сама юркает туда. Тупая затея.

Хотя все ее поведение тупое и охеренно меня злит. Почему такая, как она, смеет огрызаться, а Клара… Ненавижу этот долбаный мир.

И эту сучку с проклятыми голубыми глазами начинаю ненавидеть. Ее пухлые губы не должны мне дерзить. Но она видимо не понимает, на что нарывается.

– Я не продаюсь.

– Ты просто очень гордая, да? Или, – меня вдруг пронзает несуразная мысль, – уже вся мокрая? Хочешь меня, куколка?

Ее губы сжимаются в линию, а грудь высоко вздымается, завораживая меня.

Я мотаю головой. Нет. Хотя я и выпил, я буду трезвым.

Поведение этой суки и так слишком сбивает меня с толку. А я ненавижу, когда меня водят за нос.

Я беру девку за подбородок. Довольно крепко, чтобы не рыпалась. На грани боли. Она сама нарывается. Сама меня злит. Я ведь могу немного нежнее, если девка сговорчивая.

А эта видимо любит пожестче, вот и провоцирует.

Ее нижняя губа еще больше выдается вперед. Такая соблазнительно пухлая, что у меня ломит от желания ей вставить.

Но это последнее, что я сделаю. Она цапнет. Мне придется ее наказать, но ходить какое-то время травмированным конченым идиотом, не собираюсь.

Так что все эксперименты на потом. Да. С ней мне начинает хотеться «потом». Ее я хочу увидеть на коленях.

Чика шумно выдыхает, мои пальцы ей мешают. Сбивчиво говорит:

– Ты проклят.

Ой, какие мы грозные.

– Я знаю, чика. А что ты мне сделаешь? Укусишь? – и я сдавливаю ее щеки сильнее и сразу ослабляю хватку. Ее чертова выпуклая губа не дает мне связно думать.

И вообще мне не стоило столько пить.

Чика ничего не говорит, а я жду хоть одного слова, но когда понимаю, что его не будет, что она так и продолжит сверлить меня наглыми светлыми глазами, в которых нет страха, сдергиваю ее тряпку.

Ее руки проскальзывают по ткани, но это бесполезно.

Все ее красивое тело теперь передо мной, и я могу делать с ней что угодно. Все, к чему подталкивает мой поистине адский стояк.

Чика реально сочная, даже уродская камера это передавала. А теперь рядом с чикой мне совсем ведет голову.

Мешает только этот долбаный полный ненависти взгляд. Нельзя быть такой злой, сучка.

Я перемещаю ладонь так, чтобы держать ее за подбородок и приподнимаю ее лицо. Она сильно ниже меня. Не очень удобно, но похер.

Потому что от нее сильно пахнет яблоками. Что-то не помню, чтоб давал Франциске распоряжение покупать яблочные приблуды, и мне кажется, что яблоком пахнет сама эта девка.

Анхела. Тот еще ангелочек.

Я сжимаю ее полную грудь в ладони, другой рукой удерживаю ее за подбородок и втискиваюсь в рот. Конечно, она не собирается поддаваться, только крепче сжимает зубы.

Зря, ангелок. Сопротивление меня заводит. Я и у стены тебя не оставлю стоять. Выебу прямо на полу.

Я наматываю ее волосы на кулак и резко дергаю. Так она невольно откроет рот. Очень ненадолго, но я успеваю почувствовать крышесносный вкус ее языка.

Чика не хочет целоваться. Я все исправлю потом, продолжая сжимать ее груди. Они такие упругие, тяжелые и настоящие, что меня уже совсем ведет.

Какого хера я вообще жду и пытаюсь ее приласкать?

Видимо, совсем пьяный. Но ее волосы не отпускаю. Это не прям страшно, но сильно больно и хорошо учит послушанию.

Тебя привели сюда ради секса, шлюха? Ты знаешь, что тебе заплатят. Так дай мне секс, чего ломаешься?

Между ее плотно сомкнутых ног сухо, и меня это бесит.

Она вся какая-то неправильная. От этих жалящих голубых глаз, до слишком большой груди и этой сводящей с ума светлой кожи.

И яблоко, мать его. Сплошной яблочный запах в воздухе.

Я за волосы вытаскиваю девку в центр комнаты и аккуратно «подсекаю». На полу толстый ковер, головой она не ударится.

А на все остальное мне уже плевать. Она падает, раскинув ноги. Пытается их свести, но я замечаю, какое там все внутри нежное.

Только руки ей надо держать, а расцарапает мне рожу. Может, связать ее чем-нибудь, хотя…

Она же мелкая, хотя и злая. Пытается куда-то укатиться. Глупая. Лучше бы лежала бревном.

Но если ей хочется от меня побегать… Я прямо представляю, как эта голая шикарная задница бегает по лужайке. А потом понимает, что не сбежит.

Надо надеть резинку, а то хер знает, кто ее до меня чпокал. На время я девку отпускаю, и она успевает сесть на пол и подтянуть ноги к подбородку. А еще стащить с кровати одеяло и укутаться им.

Пронырливая сучка.

Ну, хочешь в одеялке, давай в одеялке.

Больше я не собираюсь играть.

Сдергиваю одеяло и опрокидываю девку на спину. Сгребаю ее руки так, чтобы были у нее над головой. Крепко сдавливаю их ладонью.

Между ног у нее по-прежнему сухо. Беда многих шлюх. Играть умеют, а возбуждаться нет.

Я смачиваю пальцы слюной и растираю ей там.

Яблоко сводит с ума. Долбаное яблоко.

Ввожу один палец внутрь. А она его сжимает.

Охеренно. Потрясающе туго. Еще не разработанная.

Вот и глаза горят. Мог бы сгореть – я уже был бы пеплом. Горячая, дьявольски жаркая сучка.

Я добавляю еще один палец. Она не хочет меня пускать. Сопротивляется.

Нет, ангелочек, тут мои правила. И я дико тебя хочу.

А потому перехватываю ее сведенные запястья и пропихиваю член между широко разведенных мной ног.