Чтение онлайн

— Вы сможете отказаться после разговора с моими нанимателями, — добавил Кастор. — Но прошу, позвольте помочь вам с ночлегом и едой. Я вижу, что вам это необходимо.

Тихо выругавшись, Харита вылезла из саркофага. Пошатываясь, она подошла к Кастору, медленно обошла его вокруг, разглядывая с ног до головы. При нем не было оружия, одежда была чистой и подобранной человеком с явно неплохим вкусом в одежде. Главное — она была не из дешевых. Он мог работать на дом Артанитов, в конце концов, и девушка все еще не была уверена в том, что родственники будут ей рады.

— Хочешь помочь?

Пьярим кивнул, не шелохнувшись.

— Отдай кошель и уходи.

— Но госпожа…

— Отдай.

К удивлению Хариты, приказ сработал. Недолго думая, кардиец ловким движением отцепил звонкий мешочек, полный монет, от пояса и протянул девушке. Ему, конечно, не было жаль этих денег, ведь сама Харита платила ему за службу, но его беспокоило то, как она собирается выживать в этом городе с беспомощным Аром, который висел на ней мертвым грузом.

— Я приду. Позже. Через три дня, на этом же месте, в полдень.

— Буду ждать, — в очередной раз поклонился Кастор. — До скорой встречи, госпожа.

Уходя, он перебирал меж пальцев длинный шнурок, завязывая на нем узелок за узелком. Сообщение короткое, но емкое, такое, чтобы можно было понять серьезность ситуации:

“Она меня не узнала.”

Глава 22: Цутская дипломатия

Прозелит Менкр, первым обнаруживший странную особенность одного из рабов на Темиле, стоял перед безмолвным храмом, огромной тенью нависающим над городом. Сложное переплетение переходов, башен и длинных залов представляло из себя не только архитектурный шедевр, но еще и математический — каждый зал, каждая комната и коридор подчинялись одному-единственному правилу построения фрактальной фигуры, закручиваясь в бесконечную, замкнутую на саму себя фигуру. Ориентироваться внутри этой громады могли лишь священнослужители и монахи, что обитали и работали при храме тагацита эрциллийского, и те немногие посвященные, что носили вызывающее трепет имя ордена прозелитов.

Мужчина поправил глубокий капюшон и сделал шаг вперед, в прохладу храма. Изнутри веяло стойким запахом благовоний, масел, чернил и книжной пыли. Внутри было тихо, темно, лишь горели вдоль длинных рядов колонн красные лампады и множество свечей, громоздящихся в восковые горы на полу. Почти сразу же его встретил человек в высоком головном уборе, красная ткань полностью закрывала его лицо. Он молча, жестом пригласил прозелита пройти с ним, и Менкр, распрямив плечи, повиновался. Здесь он чувствовал себя гораздо более уверенно и спокойно, чем на Темиле. Пусть это и не был его домен, его сфера влияния, но он знал — еще немного, и это изменится. Признание его талантов и преданности делу не за горами. Встреча с владыкой, венценосным тагацом, светочем цивилизации на всем Шестилунье не за горами.

Священник проводил Менкра дальше, коридор за коридором уводя его прочь от залов, свободных для посещения просящих. Там, в помещениях поменьше уходили вверх закрученные в спираль лестницы, каждая ведущая в свой отдел, работающий с тем или иным ахеем. Еще дальше впереди располагалось крыло переписчиков, куда и вел Менкра священник.

“Дешево. Слишком просто”, — промелькнула у мужчины в голове мысль. Он едва сдержался от улыбки. — “Все крыло прослушивается, глухих стен почти нет. Ему нужны свидетели моих слов.”

Он знал этот храм как свои пять пальцев. Но еще лучше он знал того, с кем ему предстоял разговор.

Двое неподвижно, молча стояли друг напротив друга. Отличить их по одежде было бы сложно несведущему в их деле человеку, однако по едва заметной кайме на рукавах и капюшоне прозелиты могли легко узнать звания друг друга, понять, на какой ступени иерархии находится собеседник. Менкр находился в двух ступенях от вершины, мужчина напротив уже был на ней.

— Брат Менкр. — после минутного молчания, первым не выдержал второй.

— Брат Сарт. — ответил ему Менкр, коротко кивнув в знак приветствия.

Жестом глава ордена пригласил гостя пройти с ним. Двое медленно пошли вдоль длинного, тускло освещенного множеством маленьких масляных ламп зала. Весь он был заставлен наклонными столами, за которыми, согнувшись в три погибели, сидели десятки и сотни переписчиков, безмолвно, машинально работая над текстами, копируя и преумножая документы, книги, письма, приказы. Эхом отдавались шаги новоприбывшего и главы ордена, заглушаемые лишь бесконечными звуками царапающих по бумаге перьев.

— Что заставило тебя покинуть твой пост? — тихо, но в то же время так, чтобы его хорошо было слышно с расстояния нескольких метров спросил Сарт.

— У меня появилась информация о происшествии, потенциально ставящем под угрозу существование всего тагацита.

— Вот как? — Сарт медленно, задумчиво кивнул. — Почему же ты не отправил летучую мышь? Это, кажется, дело чрезвычайной срочности.

— Срочности — нет. Однако тайна настолько серьезная, что я бы не посмел доверить ее животному, — парировал Менкр. — Я должен лично доложить обо всем тагацу.

Сарт, человек с длинным, выдающимся вперед подбородком, криво ухмыльнулся. У него были маленькие, расположенные близко к носу глаза, из-за чего он напоминал крота, и они блеснули в полумраке живым, задорным светом под глубоким капюшоном.

— Ты думаешь, что у владыки есть время на тебя? — он не скрывал улыбки, произнося эти слова. — Ему ведь поступают десятки тысяч подобных прошений каждый день.

— Это — особенное, — Менкр в своей привычной манере саднил холодом. Его не тянуло улыбаться, как это делал его старый знакомый. — Уверен, он захочет услышать об этом лично.

— А я бы не был так уверен, мой дорогой друг, — улыбка не сходила с маленького, крысиного лица прозелита Сарта. — При твоей должности, твоих обязанностях… Нет, не думаю, что тагац мог бы обратить на тебя свое внимание. Особенно после того, как ты самовольно покинул вверенный тебе домен чтобы… Как ты выразился? Доложить о проблеме, несущей угрозу для тагацита?

Менкр остановился. Он рефлекторно стискивал зубы, поигрывая скулами. Под одеянием он сжимал одну ладонь другой до боли, концентрируясь на физических ощущениях чтобы не поддаться эмоциям.