Чтение онлайн

Меж тем, Антонио выложил нам почти всю историю собственной жизни, с полным комплектом имен собственных детей, внуков, родственников (даже дальних) и знакомых, которые я пропустил мимо ушей, а потом принялся за воспоминания о похождениях. Признаюсь честно, я внимательно слушал только ту часть, где он рассказывал об Альварене. Боги, как же давно я там не был! В его воспоминаниях не было войны, и картинка получалась именно такой, как помнил ее я, разве что, немного с другого ракурса, что напротив, было даже интереснее.

Короче говоря, дорога впервые за многие годы начала приносить удовольствие. Я расслабленно сидел в седле, беспокойства не было ни капли. Судя по всему, наши предполагаемые отравители решили сбежать от греха подальше и направились в противоположную сторону. Единственным, с кем мы поделились правдой, стал как ни странно Хриз, по большей части и сам догадавшийся о происшествии. Услышав, он сначала потряс головой, потом признался, что знаком с парочкой почти с детства и никогда не замечал за ними жестокости. Потом, правда, полуэльф вспомнил, что Натан говорил как-то о серьезных проблемах в семье братьев с деньгами, и сделал вполне логичный вывод. Мне кажется, вывод оказался верным, но после непродолжительного спора, Хризу удалось меня убедить не разочаровывать его молодого подопечного и лучше рассказать правду его отцу.

По признанию самого полуэльфа его дальний родственник барон Гаронда не слишком умен, но и не полный кретин, а потому разобраться с собственными недоброжелателями сможет самостоятельно. Тем более, что мы уже почти подъехали к поместью и вот за тем полем (тут парень указал на бескрайнее пространство впереди, мерно шелестящее травой вперемешку с какими-то колосьями) будет собственно само имение.

Рон с Иссой приободрились. Я остался равнодушен к новости, в душе сожалея, что мне придется тащиться вместе с парочкой. А купец, равнодушно покивав, пообещал дождаться нас на постоялом дворе, в небольшой деревеньке по соседству. Непреодолимое желание присоединиться к нему, мне пришлось засунуть как можно глубже, поскольку моего мнения никто так и не спросил.

Часа через два после дневного привала мы въехали в богато украшенные ворота родового имения барона Гаронда и медленно направились в сторону виднеющейся неподалеку конюшни. Нас никто не остановил и даже не поинтересовался целью визита. Единственный «охранник», представленный увальнем с луком в длиннополой крестьянской рубахе и широченных штанах, перехваченных в поясе обыкновенной веревкой, вылез из сторожки, осмотрел прибывших, широко зевнул, не прикрывая рта, и не здороваясь, отправился назад. На мой взгляд, удивленным остался только Рон. Исса, лишь приподняла брови и криво усмехнулась. А местный хозяин даже головы не повернул в сторону собственного слуги. Я же, сделав себе пометку, ни на что внимания не обращать, двинулся дальше.

Раздавшийся визг меня скорее удивил, чем напугал. Всмотревшись в сторону переполоха, а именно, в направлении громадных двустворчатых входных дверей особняка, я заметил четыре разновозрастных подростка, бегущих в нашу сторону. Судя по сморщившемуся Натану, подростки эти были ему знакомы не понаслышке. Подбежав поближе, девчонки, а, не смотря на сомнения в отношении одной, я заключил, что это были именно они, плотной толпой окружили Рона и Иссу, о чем-то расспрашивая и изредка бросая в мою сторону заинтересованные взгляды. Мне их внимание не мешало, поэтому я лишь чуть приветливо улыбнулся, показав краешки клыков.

На девушек моя «страшная» внешность произвела напротив самое неизгладимое впечатление и, скорее всего, не будь рядом столько посторонних, они уже давно подошли знакомиться. Натан косился на них словно на неизбежное зло, морщился при особо писклявых выкриках, но упорно молчал, лишь задавая темп в сторону дома. Я шел позади всех и от нечего делать рассматривал строение.

Что удивляло, так это расположение конюшен. Впервые вижу, чтобы лошадей размещали почти за километр от дома. Интересно почему? Кому-то из хозяев не понравился запах, неизбежный в присутствии животных? Или тут, какой другой резон? А может, и вообще, у людей так принято? Хотя нет, если бы люди страдали подобной ерундой, я бы давно об этом знал, все-таки живу среди них далеко не первый год…

— Аль! — Судя по интонации, окликал меня Рон далеко не в первый раз. — Идем.

Я согласно кивнул, и, не собираясь много болтать, мало того, что пустое словоизвержение не доставляет особого удовольствия ни извергающему, ни слушателю, так кроме этого еще и требует хорошо подвешенного языка. Ну или наглости… а чаще и того и другого. У меня не было ни одной из этих черт, к тому же врать так и не научился, а говорить всю правду первому встречному — глупо. Не лучше ли в таком случае тупо молчать? Конечно лучше! Либо сойдешь за умного, который прежде чем сказать сто раз подумает, либо, наоборот, за глупца, которому по большому счету и сказать-то нечего. Либо за предмет мебели (что настолько же часто встречается, к слову), а мебель, как известно, разговаривать не может по определению.

— Аль! Да что с тобой? — Рывок за плечо вновь вернул меня в реальность, и я обнаружил напротив глаза обеспокоенного друга.

Исса мило беседовала с девочками неподалеку, стоя ко мне спиной, а находились мы в шикарно обставленном фойе, с коврами (где надо и не надо), вазами (на причудливой формы столиках), занавесками (почему-то черного цвета), лестницей, уходящей под потолок, одной огромной люстрой (в случае падения может прибить человек десять не напрягаясь, причем не только размером, но и весом), и кучей мелких магических светильников по стенам. Странно, мало того, что на дворе еще день, да и света в комнате в три вензенских окна, никак не может быть мало, а светильники зажжены, разве что люстра нет, просто поблескивает в отблесках света. Наверное, просто похвастаться, больше причин не вижу, кроме откровенной глупости.

— Эй, может, скажешь, что с тобой такое? — Меня вновь нетерпеливо подергали за плечо.

— Все нормально, — упс, чуть не заехал другу в глаз, когда отмахивался. — Просто мне здесь не нравится.

— М-да? А почему? — Рон принялся с опаской осматриваться по сторонам. Вот что значит приучить друзей к осторожности!

— Да нет, тут безопасно, просто не люблю роскошь и вообще…

Что именно «вообще» договорить мне не удалось, поскольку именно этот момент выбрали хозяева для триумфального появления в холле, где мы так и замерли, переступив порог. Скажем так, господа на меня впечатления не произвели. Грузный мужчина в коротких рейтузах, достающих едва до колен, смотрелся забавно. Его жена в темно красном платье, расширяющемся книзу, с высоким лифом, подчеркивающим, чего скрывать, великолепную грудь, и с веером в руках, видимо для контраста со спутником, производила впечатление великосветской простушки.

Не смотря на действительно небывалую красоту женщины, в ней чувствовалась какая-то слабость, причем не физического плана, а внутреннего. Вот и сейчас она радушно улыбалась и бросала удивленные взгляды на собранного хмурого супруга, стоящего, насколько позволяло пузо, прямо и похлопывавшего по ноге трубкой.

— Рад твоему возвращению сынок. Что-то ты припозднился. И потом, кто это с тобой?

— Дорогой, разве так встречают гостей? — Разлился под сводами восхитительный тембр. — Проходите в гостиную, гости дорогие, сейчас чай пить будем, что ж это вы в дверях застыли? Меня зовут Камилла. Камилла де Форсал-Гаронда. А этот грубиян, мой муж — барон Гаронда, но он исправится, вот увидите. Ферен разве ж так можно? — Прошипела она на ухо супруга, но звук прокатился по всему залу, заставив хозяина еще больше надуться.