Чтение онлайн

Андрей Парубий: Конечно, я знаю его лет 10-15. Помните, я вытаскивал их из тюрьмы, когда они сорвали голову Сталину в Запорожье? Тогда девять человек посадили, и я ездил в запорожское СИЗО.

Корреспондент: Вы координируете свои действия с Ярошем?

Андрей Парубий: Конечно, их подразделение есть в Самообороне — 23-я сотня. Они очень добросовестно и качественно несут службу.

Корреспондент: Как только «Правый сектор» пошел на Грушевского, лидеры оппозиции назвали его участников провокаторами и лишь потом изменили свое мнение. Самооборона в событиях на Грушевского принимала участие?

Андрей Парубий: Самооборона принимала самое активное участие с первых минут противостояния. И много наших ребят пострадало...»

Средства массовой информации подробно рассказывают и о биографии Андрея Парубия, включая его взгляды в начале 90-х, пишут о его приверженности идеологии бандеровцев, готовности к вооруженной борьбе против власти, уголовном деле, его роли в создании Социал-националистической партии Украины и т. д. Приведем наиболее показательную публикацию [322] :

«В 17 лет... я верил, что за Украину придется бороться путем войны», — рассказал в январе с.г. Парубий. На дворе стоял 1987 год, самый «розовый» во всех смыслах период перестройки. Советский Союз наполнен романтической эйфорией по поводу демократической трансформации социализма. Будущий вождь УНСО Корчинский — один из активистов правозащитной Украинской Хельсинкской группы. В аналогичных весьма умеренных структурах подвизается и будущий вождь «Тризуба» имени Степана Бандеры и «Правого сектора» Дмитро Ярош. Александр Музычко — пока еще не «Сашко Белый» и отмечен разве что в изготовлении националистического самиздата и значков с тризубцем. А вот хлопцы, собравшиеся в рядах объединения «Спадщина» («Наследие»), думают именно о вооруженной борьбе под знаменами ОУН-УПА.

«Готовясь к возможному силовому противостоянию с Советской властью, они тайком занимались активным сбором информации, читали книги об УПА, изучали запрещенные страницы истории Украины, — сообщается в материалах «Спадщины», существующей и поныне. — «Спадщанцы» понимали, что открыто не смогут противостоять Вооруженным силам СССР, поэтому свое назначение видели в подготовке к возможной партизанской войне и свойственным ей формам борьбы». «Изучали маршруты по горам и перевалам», — уточнит в этом году Парубий.

По поводу наличия у хлопцев оружия в интервью они молчат. Однако подготовка к партизанской войне логично включает и поиск такового. Идейной основой организации становится интегральный национализм ОУН, благо им удалось наладить контакты с выжившими на Западной Украине бандеровцами. Первым программным документом организации стал «Декалог украинских националистов», переданный им бывшим бойцом УПА Михаилом Ветром.

Сохранилось фото января 1990 года, сделанное во Львове, где Парубий щеголяет прямо на улицах города в полной форме бойца УПА с винтовкой в руках. А 1 января 1990 года ее участники подняли над городом красно-черный флаг УПА, приурочив его к дню рождения Степана Бандеры. К этому же времени восходит традиция и факельных уличных шествий украинских националистов — первое из таковых, собравшее около 300 человек, «Спадщина» провела во Львове в январе 1991 года.

В феврале 1991 года в газете «За вильну Украину» было опубликовано «Обращение к молодежи», подписанное Парубием от«Спадщины», главой Союза националистической украинской молодежи (СНУМ) Иваном Качмаром и лидером Комитета по воссозданию вооруженных сил Украины Иосипом Гулой: «Империя злая уходит в небытие. Призываем молодых патриотов... принять участие в работе первых собраний... продолжателей дела Михновского, Донцова, Коновальца, Бандеры, Стецька, Шухевича.

В дни пресловутого «путча» 19-21 августа 1991 года на Украине начинается создание массовых военизированных формирований националистов. Неким первым внепартийным объединением таковых была Украинская национальная самооборона (УНСО), лишь позже ассоциированная с Украинской национальной ассамблеей (УНА) в качестве ее боевого крыла. Характерный штрих — присягу новые члены УНСО приносили на кинжале бойцов УПА, сохранившемся со времен их кровавых преступлений против мирного населения.

Чем конкретно занимались в это время «спадщанцы», в своих интервью и публикациях они не слишком афишируют. Но известно, что во время августовских событий в Москве в горах были предварительно приготовлены схроны с запасами пищи и необходимым снаряжением. Таким образом, в случае, если противостояние между властью и народом переросло бы в военный конфликт, «спадщанцы» были готовы к оказанию серьезного сопротивления.

24 августа Верховный Совет Украинской ССР под давлением депутатов от «Руха» (от последнего ранее успешно избирался во Львове в облсовет Парубий) принял Декларацию независимости Украины. Националисты меняют цели. 29 августа во Львове собирается инициативная группа, которая на съезде 13 сентября 1991 года образует новую структуру — Социал-национальную партию Украины (СНПУ). «Спадщина» тесно сотрудничала с партией социал-националистов.

В программе СНПУ был отображен весьма радикальный взгляд на действительность: «СНПУ — непримиримый противник коммунистической идеологии и политических партий... Все прочие политические силы СНПУ считает или национал-коллаборантами — изменниками украинской революции, или романтиками национализма — пустоцветом украинской революции». Участвуя в парламентских выборах 1994 года, СНПУ выдвинула лозунг: «Мы — социал-националисты — не принадлежим ни к старой коммунистической, ни к новой демократической номенклатуре, смотрим на мир по-новому!». Успеха тогда ей, впрочем, достичь не удалось — в Верховную раду ультраправые не попали, получив лишь 4 места во Львовской облраде и еще несколько десятков мандатов в местных органах власти в Западной Украине. Не более успешными для нее были и выборы 1998 года.

Зато партия, символика которой копировала западный рунический символ Wolfsangel (в той же ФРГ запрещенный за использование неонацистами), успешно осваивала уличную стихию. «Большой резонанс приобрели события 7 ноября 1997 года во Львове. Втот день местные коммунисты решили провести митинг в честь годовщины Октябрьской революции не на обычном месте у монумента Славы, а у памятника Ивана Франко, где предпочитали митинговать националисты. Митинг левых был атакован бойцами СНПУ и «Тризуба», произошла массовая бойня, по итогам которой под следствие попали «эсэнпэ-ушники» Парубий, Бень и Шептицкий. Следствие, правда, шло неспешно, продолжалось годами. В итоге 25 июня 2004 года в отношении Парубия оно было прекращено.

Особенно, впрочем, уголовное дело Парубия не стесняло. 12 декабря 1999 года под его руководством во Львове создается военно-спортивное крыло СНПУ «Патриот Украины», отметивший свой учредительный съезд тысячным факельным шествием по городу. А 7 ноября 2000 года усилившиеся новыми бойцами и проведшие серию погромов русских кафе социал-националисты проводят митинг уже у монумента Славы. На том митинге Парубий осудил демократов как недостаточных антикоммунистов, посетовав, что в Верховной раде лишь два настоящих националиста — его коллега Олег Тягнибок и глава Конгресса украинских националистов, лидер ОУН (Бандеры) Ярослав Стецько.