Чтение онлайн

– И сколько она выиграла?

– Через час к ней перекочевали все фишки дилера.

– И сколько это?

– Около двадцати тысяч.

– Она мошенничала?

– Я полагал, что да.

– Как?

– Мне мой нюх подсказал. Если бы она сыграла один кон, я бы сказал: новичкам везет. Но она-то сыграла все семь. Очень похоже на мошенничество.

Кэт хихикнула.

– Нюх подсказал. Здорово.

Валентайн дотронулся до носа.

– Есть еще порох в пороховницах.

– И что дальше?

– Дилер взял еще фишек. А Жюстин продолжила играть. Бац, бац, бац, и он снова в дураках. А потом она спрашивает с невинным видом: «А можно ставку повысить?» Она и так делала максимальные для этого стола ставки. Тогда питбосс спросил у менеджера смены. А менеджер смены хотел вернуть деньги, поэтому дал добро. Потом повернулся ко мне: «Вы согласны?» Ну я-то не был согласен. Поэтому схватил девчонку с подносом…

– Официантку.

– … извини, и взял у нее стакан воды. У меня в голове сложилась гипотеза разгадки того, что проделывала Жюстин, и я решил проверить.

Они начали наконец замерзать, и Кэт накрыла себя и Тони одеялом.

– И что же?

– В блэкджек играть трудно, особенно если при этом еще беседуешь. А Жюстин болтала со всеми вокруг. Я не мог понять, как она успевает следить за картами. А потом меня осенило. Она вообще сама не играла.

– А кто же играл?

– Ее кресло. В моторчике был спрятан компьютер. Жюстин вводила достоинства карт через клавиатуру, а потом читала ответ на цифровом мониторе. Тогда я подошел к ней и пролил на нее воду. В ту же секунду кресло задымилось.

– А с компьютером играть противозаконно?

– Само собой.

– Так почему же ты ее отпустил?

– Да все произошло очень странно. Я посмотрел на нее, она на меня. Жюстин была напугана. Мне показалось, что она впервые нарушила закон. Я спросил: «Усвоили урок?» Она кивнула. Тогда я отвернулся, а она опрометью выбежала из казино.

– У тебя были неприятности?

– Нет. Компьютер пришел в полную негодность, так что доказательств не осталось. Потом меня мой начальник допрашивал, но я выкрутился.

– Как?

– Сказал, что окропил ее святой водой.

Кэт стукнула его по плечу.

– Ты ужасен.

Валентайн не хотел начинать отношения со лжи, поэтому попросил Кэт одеться и рассказал все, что произошло за последние сутки, включая и то, как братья Молло накануне вечером превратились в прах. Расчесывая волосы, она сказала:

– Ну что ж, сами нарвались.

Валентайн сидел на кровати и застегивал рубашку. Его рассказ не встревожил ее, и он догадался, что причиной тому их умопомрачительный секс. Уж ему-то настроение он поднял точно.

Мотор «Сатурна» завелся не сразу. Кэт дала по газам, и машина очнулась от сна.

– Обычно я не привожу новых знакомых домой, – сказала она. – Но для тебя сделаю исключение.

Валентайн подумал, что это шутка. Но потом вспомнил, что Кэт одна воспитывает двенадцатилетнюю дочь.

– Спасибо, – ответил он.

Кэт жила в съемном бунгало в Старгейте, тихом городишке в пяти милях от Атлантик-Сити. Город все еще не мог оправиться от последнего кризиса, когда государство выкачало из всех казино сотни миллионов долларов, не заделав ни одной рытвины на дорогах и не посадив ни одного дерева. Обещания светлого будущего никогда не сдерживались и, вероятно, не будут сдерживаться впредь.

Ее дом стоял на унылой улице с крошечными, обнесенными оградой двориками. Кэт остановила машину на цементной плите, служившей подъездной дорожкой, и заглушила мотор.

– Не ахти, но жить можно.

Валентайн коснулся ее руки.

– Давай сразу кое-что проясним, – предложил он.

– Что?

– Ты не должна извиняться передо мной за то, как живешь.

Она наклонилась и поцеловала его. Так же сладко, как в первый раз. Это ощущение не покидало его до тех пор, пока они не поднялись на крыльцо и Кэт не закричала.

Входная дверь была выбита и стояла, прислоненная к косяку. Отодвинув Кэт за себя, Валентайн достал пистолет и вошел.

Комнаты оказались маленькими, но чистыми. Нигде не было видно выдвинутых ящиков, перевернутой мебели или других следов пребывания вандалов. В воздухе чувствовался странный запах, напомнивший ему жженый сахар.

Вернувшись на крыльцо, он сказал:

– Вроде все в порядке.

Кэт кинулась в спальню, через несколько секунд появилась с ящиком-сейфом в руках и вытряхнула его содержимое на диван. Посыпались деньги, в основном двадцатки.

Валентайн помог пересчитать их. Двести сорок долларов. Тревога постепенно покидала ее лицо.

– Все цело, – выдохнула Кэт.

– А твои драгоценности?

– Они на мне, – сказала она. – Телевизор тоже на месте, и видеомагнитофон, и компьютер. – Кэт стала складывать деньги в ящик. – Ничего не понимаю. Почему они ничего не взяли?

– Понятия не имею. А что это за запах, кстати?

– Я думала, это от тебя пахнет.

– От меня?

– Ты не курил?

Валентайн покачал головой. У него осталось две сигареты, и он принял решение, что они будут последними. Валентайн снова обошел дом, который был полон старомодных безделушек, прямо как его дом во Флориде.

Он принюхивался к цветочным горшкам и другим вещам, которые способны плохо пахнуть. Сильнее всего тянуло из кухни, поэтому Валентайн проверил все приборы, которые могут загореться.

Плита была выключена, так же как кофеварка и тостер. Озадаченный, он осмотрел мусорное ведро. В кухню вошла Кэт.

– Ты зачем радио выключил?

– Я его не трогал.

Старенький белый приемник «Сони» стоял на стойке рядом с книгой кулинарных рецептов. Валентайн отодвинул его от стены и заметил дыру размером с монету в одном из динамиков. Прищурившись, он увидел, где пуля пробила стену, оставив отверстие, через которое был виден задний двор.