Чтение онлайн

Эти воспоминания проносились в её голове с ленивой и странной ясностью, и она даже не заметила, где они находятся, пока не прошло больше часа, и они не въехали в центр Лондона, двигаясь по Саутгемптон-Роу к углу с Чансери-лейн. Она села, вздрогнув от узнавания. Улица всё ещё была оцеплена.

Старр повернулся к ней:

— Должно быть, это и есть место, куда попала ракета в Холборне. Чёрт, она чуть не снесла министерство…

Она и представить не могла, как близко к офису была квартира Майка. Через полкилометра серое каменное здание Адстрал-Хаус занимало весь восточный угол Олдвича. Повреждённое летом фау-бомбой, оно выглядело закопчённым и осаждённым — как правительственное здание после штурма мятежной толпы. Вход охраняли солдаты за баррикадой из мешков с песком, окна были заклеены клейкой лентой, а на крыше возвышался лес радиоантенн.

— Да, сэр.

Внутри, в воскресный полдень, в министерстве стояла тишина. Старр подошёл к дежурному у стойки, чтобы переговорить с ним. Кэй огляделась в мрачном мраморном вестибюле. В центре стоял стенд с агитационными плакатами: «Ланкастеры», подсвеченные прожекторами, бомбят город. Атака начинается на заводе. Массированные налёты на Германию продолжаются. Британские военные предприятия делят славу этих грандиозных операций с Королевскими ВВС.

Она услышала шум и обернулась через плечо. Вошла девушка из вспомогательной службы ВВС и придерживала тяжёлую дверь для мужчины на костылях — правая нога в гипсе, повязка на голове. Понадобился миг, чтобы она узнала его. Взгляд её резко вернулся к плакатам — от потрясения.

Никогда ещё столь многие не были столь многим обязаны столь немногим.

— Добрый день, сэр, — голос Старра.

— Привет, Лес, — ответ Майка отозвался гулко в пустом каменном склепе приёмной.

— Вы выглядите так, словно побывали в самой гуще сражений, сэр.

— Чуть не зацепило. Ничего серьёзного.

— Ничего серьёзного? — вмешался женский голос: отрывистый, уверенный, раздражённый. — Это чудо, что он вообще остался в живых, сэр. Наша квартира полностью разрушена.

Кэй слышала собственный пульс, шум крови в ушах.

— Господи, сэр, когда это случилось?

— Вчера утром.

— Неужели тот самый Фау-2 в Хоборне?

— Именно эта гадина.

— Вы на совещание?

— Конечно я на совещание. Это моя операция. Я его веду.

— С вашего позволения, сэр… вам бы в госпиталь.

Женский голос снова:

— Вот и я ему так сказала, командир. Но он самовольно выписался.

— Ну, он ведь начальник, как-никак. Я привёл одного из наших дешифровщиков, сэр, если вы не возражаете. Офицер! Подойдите, поприветствуйте авиационного коммодора.

Кэй собралась, выровняла лицо, сделала несколько шагов и встала перед ними. Отдала честь.

— Сэр.

На его бледном лице — ни тени узнавания. Он кивнул, едва улыбнулся, потом вгляделся в неё, будто пытаясь вспомнить. На мгновение ей показалось, что у него сотрясение. Он сказал:

— Мы не встречались в Медменхеме?

— Да, сэр.

— Это моя жена, Мэри. Мэри, а это…? — Он наклонил голову с вопросом. Разве необходимо было это представление? Её охватило чувство унижения — оттого, что он заставил её играть эту сцену. Да и выглядело это слишком показным. Она почувствовала, что и жена тоже это поняла: в её настороженном взгляде читалась целая книга их супружеской жизни.

— Кэй Кэтон-Уолш, сэр.

— Здравствуйте, — Мэри Темплтон протянула руку.

Кэй пожала её.

— Приятно познакомиться.

Смотреть на неё было как в зеркало: та же форма, то же звание, те же густые каштановые волосы, убранные под фуражку, тот же рост и стройная фигура, примерно тот же возраст.

Старр спросил:

— Я так понимаю, вы не были в квартире, миссис Темплтон?

— Нет, — ответила она, всё ещё не отводя взгляда от Кэй. — К счастью для меня, я должна была дежурить в Мидлендсе весь уикенд. А теперь она пристально разглядывала порез на лбу Кэй.

— Но самое странное: в госпитале я увидела, что в списке пострадавших значусь как «раненая на месте». Утверждают, что меня перевязали прямо на месте с сотрясением головы.

Молчание нарушил Старр:

— Наверняка перепутали. С моей тётей так же было.

Улыбка Мэри была резкой и блестящей:

— В таком хаосе, наверное, легко перепутать жён…

Темплтон быстро вмешался:

— Лес, почему бы вам с офицером не подняться наверх? Я присоединюсь чуть позже. Второй этаж, конференц-зал рядом с моим кабинетом.

Кэй слышала, как цокают каблуки по мраморному узору пола, ощущала на себе взгляд другой женщины, будто сверлящий спину. Почему-то она всегда представляла её старше. Теперь стало ясно — он предпочитает определенный тип женщин. Сколько нас ещё? Казалось, ноги сейчас подогнутся. Добравшись до лестницы, она ухватилась за перила, чтобы не упасть, и потащила себя наверх следом за Старром, который легко преодолевал ступени по две за раз. На площадке второго этажа он даже не обернулся.

В середине коридора дверь в комнату была распахнута. Слышались мужские голоса. Он остановился на пороге и бросил на неё взгляд:

— Авария? Правда?

— Что вы имеете в виду, сэр?

— Увы, — вздохнул он и покачал головой. — Ты не первая, боюсь, и не последняя. — Он обнял её за талию и мягко подтолкнул внутрь.

— Дамы — вперёд.

Теперь всё казалось ей размытым. Большая комната с деревянными панелями, ковром и камином в дальнем конце. Полдюжины офицеров ВВС в форме за столом, большинство с сигаретами, лица обернулись к ней, когда она вошла. Рядом с камином — большая карта юго-восточной Англии и Нидерландов, Лондон утыкан красными булавками. Кэй заняла место в углу, как можно дальше от остальных, и положила перед собой папку с фотографиями. Все знали Старра. Раздавались: «Привет, Лес», «Как ты, старина?», — рукопожатия, он обходил круг. Её он не представил.

Через пару минут в коридоре всё громче слышался стук костылей, и в комнату втащился коммодор Темплтон, за ним — молодой лейтенант с папкой в руках. Все встали.

— Спасибо. Садитесь. — Он передал костыли помощнику, сел с усилием в кресло. — И сразу: да, я попал под обстрел вчера, нет, ничего страшного, но теперь для меня это дело стало личным.

Нервный смех прошёл по комнате.

— Итак, — открыл папку, — сегодня днём премьер и министр внутренних дел звонили министру обороны, а тот — мне. Завтра — заседание кабинета. Им нужно что-то конкретное. Факты, предложения. Здесь неофициально: ни протоколов, ни имён. Говорим начистоту. Джим, докладывай.