Чтение онлайн

Через час, с трудом перетянув рану Горцу и остановив кровь, чуть подлатав раны Константа, мужчины растянулись в креслах, давая отдых телам.

– До Флэта два дня пути. Автопилот в норме, но связи нет. Термодатчики не работают. Пищи и воды не запасено, - сообщил Лоан без всяких эмоций.

– Плевать, - так же равнодушно ответил ему Семен. Они переглянулись и, хохотнув, прикрыли глаза - во сне ничего не болит и ни есть, ни пить не хочется.

Эйфия без сил лежала на подушках и, не слыша слушала голос Монторриона. Второй день парень сидел возле девушки и все что-то болтал, развлекая ее. Иногда его прерывал отец. Рэйсли неслышно заходил в спальню дочери и озабоченно поглядывая на девушку, пытался подбадривающе улыбнуться. Следом приводили тэн и приносили лекарства, потом обед и вновь лекарства.

Эя смутно понимала что происходит. Она еще жила, но словно уже и не жила. Пустой взгляд поблекших синих глаз тревожил и Монторриона и сегюр, не говоря уж о кафирах, что головой отвечали за сейти. Состояние девушки явно ухудшалось и клонилось к закономерному финалу. И-цы доноров не помогало, лекарства не шли в прок, жертвоприношение Поттана ни принесли и толики облегчения.

Эйфия тихо угасала, не имея ни сил, ни желания жить. Ее душа уже блуждала по заснеженным просторам далекой Сибири, где кружила карусель снежинок, а Семен поил ее душистым чаем и нежно обнимал, внимательно слушая весь тот бред, что она говорила ему.

Сейфер упал у Хангарского ущелья. Мужчины вывалились наружу и растянулись на камнях, приходя в себя. Два дня в духоте стали для Константа настоящим мучением. Он горел от жара и терял силы.

Семен оттер пот со лба и огляделся, подставляя лицо прохладе слабого ветра: камни, мох, скупые островки кустарника. Неласковое место.

Взгляд переместился на парня: пунцовый, хрипло дышащий Констант безвольно вытянулся на камнях и выглядел больным.

– Мы жару плохо переносим, - извиняясь, прохрипел парень, встретив взгляд Горца. Тот кивнул и, приподняв Лоан, расстегнул комбинезон, стянул его с торса, давай возможность ветру немного охладить тело. Осторожно положил парня на мох:

– Пройдет.

– Конечно, - облизал пересохшие губы юноша.

– До дома далеко?

– Не знаю.

– Где мы хоть знаешь?

Парень с трудом повернул голову, рассматривая местечко.

– Похоже Хангар. Горная гряда на севере Викфорна.

– Как выбираться будем? В какую сторону топать?

– Подожди, приду в себя соображу.

Семен покосился: краснота кожи не спадала, горел парень.

Мужчина встал и пошел к кустарникам, узрев рядом широкие листья растения похожего на мать-и-мачеху. Констант с тоской посмотрел ему вслед: бросает? Что ж, правильно. К чему заботу о полумертвом на себя взваливать? Самому выбираться надо.

И почти смирился с тем, что один остается, как Горец обратно вернулся с охапкой листьев хамина.

– Ты?… - не поверил своим глазам юноша. Мужчина фыркнул:

– Я. Не призрак, - и начал листьями плечи, грудь обкладывать, на лоб один прилепил.

– Зачем?
– растерялся Констант.

– Жар выгоним.

– Хамином?

– Без разницы как называется. Лишь бы помогло.

– Откуда знаешь, как растения действуют на организм?

– Охотник я. В тайге лекарства одно - травка заветная, ягода. Да голова на плечах.

– Охотник это как?

– Промысловик. Пушнину бью.

– Стрелок?

– Можно и так сказать, - сел рядом, снова огляделся.
– Неласковый пейзаж. Как вы здесь живете?

– Лучше, чем вы.

– Вопрос.

– Факт… Почему ты не ушел?

– Куда и зачем?
– удивился.

– Куда угодно. Нет смысла ждать пока я в себя приду. Может и не случится этого.

– Значит понесу. Не переживай.

– Ты ведь тэн - у тебя есть шанс сбежать.

– Вот рабы пусть и бегают.

– Не понимаю, - прошептал Констант, силясь разглядеть хоть какую-то эмоцию на спокойном лице мужчины, чтобы понять мотивы его поступков, его самого.
– Ты действительно ненормален раз так и не понял до сих пор что тэн, не увидел выгоды в моем бессилии и не воспользовался положением. И ты не землянин. Точно.

Семен хмыкнул, растянулся на камнях, опираясь на локоть. В даль посмотрел, где горизонт шлифовал небом синий камень. Красиво, но до чего же уныло и душе от той красоты холодно.

– Ты меня не слышишь?

– Слышу. Лежи спокойно.

– Нет, объясни. Я совершенно тебя не понимаю, и это меня тревожит. Ты ставишь меня в тупик, раздражаешь нелогичностью поступков. Как мне себя с тобой вести? Ты раб, а ведешь себя как господин. Ты дик и отстал, а говоришь и смотришь как знатный аристократ с ученым званием! Ты на чужой, незнакомой тебе планете, в незнакомой обстановке, а словно у себя дома! Так не бывает!

– Лучше стало? Разговорился.

– Ответь, прошу. Я! Сейти! Прошу.

– Чего отвечать? Экий ты неуемный.

Констант попытался сесть, но сил хватило лишь сделать рывок вперед, и парень чуть не рухнул обратно на камни. Семен успел придержать его и заворчал:

– Что ж тебе спокойно не лежится? Что ты все рвешься куда-то? Беспокойный какой.

– Почему ты мне помогаешь?

– Тьфу, ты!
– не сдержался мужчина. И как дураку объяснить прописную истину?

– Я понял!
– осенило Константа.
– Ты ждешь награды!