Чтение онлайн

– Я ухожу по своим делам на пару часов, Шарлотта. Отметь время, хорошо?

Шарлотта взглянула на него, продолжая стучать по клавишам компьютера.

– Да, мистер Джеймисон. Но вам следовало бы до ухода увидеться с мистером Кейси. Несколько минут назад, после совещания правления, он пытался вам звонить, но вас в кабинете не было.

Джеймисон смотрел, улыбаясь, а сам тем временем думал о том, что сейчас делает Кейси. Собирается ли дать Джеймисону возможность защитить свой проект или уже знает, что он разговаривал по телефону с Мелиссой, которая является врагом компании?

Джеймисон с большим трудом сдерживался, не желая давать повод для пересудов необычным поведением.

– Спасибо, Шарлотта.

Он поднялся на лифте этажом выше и поспешил через длинный холл, перебирая в памяти то, что ему известно о Россе Кейси. Пытался найти что-нибудь хорошее в нем, над чем можно было бы поработать. До того как началась утечка информации, Кейси показал себя довольно приличным боссом, но подходил ко всему очень серьезно. Его принципом всегда было: «Это мой пруд. Делайте что хотите во внеурочное время, но не мутите воду в этом пруду». Кейси был кадровым офицером авиации ВМС и отличился во всех военных операциях США, от Вьетнама до Бейрута. Уволившись в запас и поступив на службу в «Диллон», он перестал летать и носить военную форму, но на этом перемены и кончались. Он продолжал требовать беспрекословного подчинения, а приняв решение, никому не позволял сомневаться в его правильности.

До того как «Диллон» разделилась и начала внушать сотрудникам страх, Джеймисону даже нравилось разговаривать с Кейси. Тот использовал на практике вооружение, которое проектировал Джеймисон, и мог точно рассказать о человеческом факторе, который либо принимал, либо не принимал новую разработку.

Серый кафель исчез – в холле управляющего появились бургундский ковер с темно-синей каймой, мягкая мебель, деревянные письменные столы и плотные обои, приглушающие все шумы.

– Привет, – улыбнулся он стареющей секретарше. – Я – Питер Джеймисон, пришел по вызову мистера Кейси.

– Хорошо, мистер Джеймисон. – Секретарша не взглянула на него. – Сейчас там посетитель. Присядьте, пожалуйста. Я сообщу, что вы уже здесь.

Джеймисон поблагодарил и устроился на кожаном диване. Взял рекламный журнал и начал не глядя перелистывать страницы.

Пять минут спустя пожилая секретарша проговорила что-то мягко в телефон, повесила трубку и одарила его грустной улыбкой, не открывая рта.

– Мистер Кейси готов принять вас.

Джеймисон направился к большим дверям красного дерева, ожидая, что ему навстречу выйдет предыдущий посетитель. Но поскольку никто не выходил, повернул ручку и вошел в кабинет.

Росс Кейси находился у стеллажей позади его рабочего стола и разговаривал с человеком, который стоял, облокотившись о подоконник. Джеймисону посетитель не был знаком, но он увидел знакомые признаки – отсутствие какого-либо выражения на лице и устремленный в бесконечность взгляд пустых серых глаз, которые видели на своем веку слишком много смертей. Джеймисону такой взгляд был хорошо знаком. Он мог узнать его с любого расстояния. Когда-то и у него был такой. Это было время, когда наградой была жизнь, а смерть доставалась тому, кто приходил к финишу вторым.

Джеймисону повезло. Повезло чрезвычайно. По возвращении из Вьетнама он лечился, принимал участие в групповой психотерапии, говорил со священнослужителями и матерями погибших солдат. Он излечил большинство ран, нанесенных его убийствами. Некоторым этого так и не удалось сделать. В частности мужчинам, подобным тому, кого он увидел в кабинете Кейси.

– Проходите, Джеймисон. Спасибо, что заглянули.

Он жестом пригласил Джеймисона садиться, но знакомить с посетителем, похоже, не собирался.

Джеймисон внимательно взглянул на одного, другого и понял, что будет дальше. Неприятный разговор. И ему не хотелось, чтобы за ним наблюдал незнакомец. Он подошел к гостю, остановился и протянул руку:

– Питер Джеймисон.

Незнакомец стоял как вкопанный. Просто продолжал опираться о подоконник и смотрел пронизывающим взглядом на Джеймисона. На лице у него словно было написано, что все это он уже видел. Наконец он соизволил пожать Джеймисону руку, неприятно сдавливая ее.

– Джек Кейн.

Кейн произнес свое имя так, словно оно должно было означать что-то. Надо думать, ничего хорошего. Он чуть не раздавил Джеймисону ладонь.

Джеймисон начал давить в ответ и приложил столько силы, что ее, пожалуй, хватило бы на то, чтобы превратить каменный уголь в алмаз. Кейси плюхнулся в кресло.

– Джентльмены, – забормотал он. – Джентльмены, давайте начнем.

Кейн посмотрел на Кейси и ослабил хватку. Джеймисон позволил себе удовольствие покрутить ладонь Кейна на одну секунду дольше только для того, чтобы увидеть на его лице гримасу боли. Но тот всего лишь слегка поморщился, и это уже была хоть какая-то реакция. Джеймисон изучающе смотрел Кейну прямо в глаза, пытаясь показать, что ему известно все, что Кейн держит в себе, и что это его не пугает. Затем подошел к креслу, развернул его так, чтобы можно было видеть обоих мужчин, и сел.

Кейси повернулся в своем кресле так, что Джеймисон видел только его профиль – угловатое лицо, впалые щеки… Кожа настолько тонкая, казалось, она едва натягивается на подбородок и череп, а глаза изумрудного цвета всегда были такими, словно он прицеливается. Джеймисон часто играл с Кейси в баскетбол до того, как началась утечка информации, и знал его как агрессивного и неумолимого соперника. И эти его качества отражались в чертах лица.

– Джеймисон, – начал Кейси, – мне хотелось убедиться в том, что вы спокойно приняли мое решение по договору относительно самолета «Вомбат».

Он замолчал и бросил быстрый взгляд на Кейна.

Джеймисон наклонился к Кейси, потом убедился, что Кейн не сделал ни одного движения.

– Нет, сэр, – ответил Джеймисон. – При полном к вам уважении, «Вомбат» нуждается в новой системе оружия более, чем какой-либо другой самолет тактической авиации. Не могу поверить, что Пентагон серьезно полагает, будто можно не обращать внимания на проблемы, связанные с существующей системой.

Кейси слегка повернулся и спокойно посмотрел на Кейна. Потом вновь перевел взгляд своих зеленых глаз на Джеймисона. Любой намек на доброжелательность, который мог быть в этом взгляде ранее, исчез.