Фотиния
Шрифт:
Голос у Николы красивый. Возможно, за этот дар и полюбила его Фотиния. На всех вечерах в школе пел. Девочек бегало за ним много, а он добивался ее одну.
Никола шел по темной улице, спотыкаясь, падал, поднимался и снова падал.
– Тихо! Стоять! – давал он себе команду. – Стоять! Кому говорю!
Выравнивая походку, так спотыкаясь, дошел до дома. Хозяина встретил пес Яшка, лизнул его за руку и сопроводил до дома.
Никола зашел в летнюю кухню, зажег свет. На столе, под полотенцем, стоял ужин, приготовленный Фотинией. Он сел за стол и направил свой взор на икону Николая Угодника. Этого святого Никола уважал, потому, что назван таким же именем.
Он пристально посмотрел на икону и затеял разговор со Святым:
– Вот, Никола! Если Чудотворец, то объясни мне такую вещь: почему у меня нет детей? Родила бы мне моя Фотиньюшка, может, и пить не стал. Дай мне детей. Сына хочу, а может – и дочь, такую красивую, как Фотиния.
Он пристально опять посмотрел на Святого, и ему померещилось, что из угла комнаты, из-за печки, вышел с топором его дед Никола.
Никола от испуга замахал по воздуху руками:
– Не тронь! Не тронь, говорю!
Он схватил топор, что стоял возле печки и давай им рассекать воздух:
– Не подходи, зарублю!
На пороге, в ночной сорочке, появилась Фотиния. Испуганная до ужаса женщина запричитала:
– Николаша! Милый, топор брось!
Он развернулся к ней и обезумевшими глазами посмотрел на жену:
– А ты кто? Что ты здесь делаешь?
На какой-то миг сознание его прояснилось и он увидал Фотинию.
– Я, жена твоя, Николенька.
– Жена! А кто я тебе? Я тебе Бог! Ты меня должна любить, меня! Я Бог тебе!
Фотиния не решалась подойти ближе, видя, как Никола вцепился намертво в топорище:
– Вот, милая, знай, кто я! Бог, молись на меня!
Разум его снова помутился, и с яростным криком опять замахал топором по воздуху, словно кого-то рубил.
– Вы все на меня тоже, кричал он и кинулся с топором в сторону Фотинии.
Она бросилась бежать из дома, а Никола догонять ее приговаривая:
– Не уйдешь! От меня еще никто не уходил, и ты не уйдешь!
Он догнал женщину на краю села, у реки, и потащил за волосы в воду.
– Топись, говорю! Топись!
Фотиния сопротивлялась, как могла. От боли и ужаса она “потеряла” голос и не могла позвать на помощь. Никола хватал ее то за сорочку, то за волосы. Тащил в воду. На какой-то миг она скрылась под водой. Пошли круги по воде. Никола ничего, не понимая, стоял и смотрел на эти разводы, а потом, махнув рукой, поплелся восвояси, куда глаза глядят.
Глава 4
Баба Фрося долго не ложилась спать. Она сидела на деревянном сундучке и держала в руках иконку, подаренную Фотинией. Тут вспомнила, что не закрыла ставни и потихоньку, взяв тросточку, вышла во двор. На улице было тихо. Луна ярко светила, отражаясь в реке. Светло, как будто горел огромный прожектор. На берегу реки появились силуэты людей.
– Топись! Топись! – она отчетливо услышала голос мужчины.
Старушка по интуиции крикнула:
– Отпусти женщину, окаянный!
Голос ее никто не услышал, он был совсем слабым. Присмотревшись получше, она узнала Николу. Его голос: громкий, сильный, был слышен за версту. В женщине она признала Фотинию.
– Фотиния, деточка, да что он надумал, ирод такой! – старушка засеменила в дом, и, взяв икону с ликом Богородицы, встав на колени, начала молить о помощи.
– Матушка, Дева Мария! Господи, спаси дитя, рабу Божию Фотинию! – со слезами на глазах молилась и крестилась, молилась и крестилась.
– Возьми мою жизнь, защити ее. Она еще молода, и ей надо жить! Вразуми Николу! Дай разум ему, – и от сильного волнения она повалилась на пол.
Понимая, что с ней происходит что-то неладное, она так и оставалась лежать на полу с иконой в руках.
Глава 5
Фотиния оказалась глубоко под водой, и вдруг какая-то сила ее вытолкнула на поверхность воды, спасаясь, она начала грести руками и ногами к берегу.
Фотиния долго сидела на берегу, дрожа от страха и холода. Ее окружала тайга.
Стояла звенящая тишина… и глубокая ночь перед рассветом. В душе было тоже состояние темной ночи.
Глава 6
Конец восьмидесятых и начало девяностых – это темная ночь и для России. Это время социалистической эпохи, которая без веры в Бога, без веры в завтрашний день зашла в тупик. Огромная страна оказалась ввергнутой в пучину огненных испытаний. На протяжении почти столетия было выращено не одно поколение, атеистов. 1991 год, без сомнения, будет судьбоносным для Отечества. Так больше продолжаться не может. Главная боль России – это непросвещенный народ. Нужно возрождение Православия на Руси. Нужно восстанавливать традиции народа.
Фотиния “с молоком матери” впитала в себя эту Веру, Веру в Бога, но таких было немного. Всю свою сознательную жизнь она чувствовала себя духовной сиротой в огромной стране, где вера в Бога преследовалась атеистами, напрочь отвергалась и вытравливалась. Люди, несущие Бога в своем сердце, были вынуждены тайно посещать храмы, молиться в одиночку. Россия больше без Веры, без своего прошлого, без своих корней жить не могла. Фотиния тоже не могла жить без Веры, не могла и не хотела. Умереть? Умереть сейчас не трудно, а надо постараться выжить в таких условиях. Кого выбирает судьба, того Бог и испытывает. Ее время только приходит – и надо ждать. Сейчас она была на перепутий дорог: вернуться назад, в ту жизнь, в которой жила до этого момента или найти свой путь служения Богу и быть полезной людям.
Многие, кто не верит в Бога, живут без Веры ни в настоящее, ни в будущее. Никола – это жертва того времени, которое привело его ко всем необдуманным поступкам. Он вырос атеистом, Фотиния же была белой вороной с Богом в сердце, поэтому встретила непонимание и отторжение себя из ого жизни. Без Веры у человека нет правильной дороги, он выброшен на обочину и бредет туда, куда глаза глядят, делает то, что взбредет в голову. Вот и с Верой в душе она сидит на обочине дороги, но назад она возврата уже не видит, пойдет другой дорогой – дорогой Любви к Богу, она жива, душа ее жива. Надо только поверить в себя положиться на Божью волю.