Чтение онлайн

И чаще всего они проигрывали.

До сих пор Джеймс, действуя как представитель королевской власти, пытался в какой-то степени сохранять мир в горном краю, но такие люди, как Макайви, делали все возможное, чтобы свести на нет все его старания. Конечно, нельзя отрицать, что горцы и без того легко затевали вражду. Но они также гордилась чистотой своих нравов. В прежние времена, конечно, случались похищения девушек с целью замужества. Но насилие над женщиной горцы презирали у вторгавшихся на их землю захватчиков и не совершали его сами.

Гвинет влипла в чудовищную историю. И как раз в эту ночь! Она молчала, тяжело дыша, и не сводила с Рована расширенных от волнения глаз. Ее волосы в беспорядке рассыпались по плечам.

Она действительно была сейчас на редкость хороша. И слишком соблазнительна. Такие люди не могли не польститься на нее. К тому же их подталкивала еще вражда с Энгусом. Гвинет — просто маленькая дура!

— Вы убили его, Рован. Убили моего человека, Фергуса!

Брюс был взбешен.

— Слишком много жалости: он не умер, только потерял сознание. Я стараюсь не убивать людей за глупость. Но я сообщу королевским властям о ваших преступлениях, — холодно процедил Рован.

— О каких преступлениях? — спросил Брюс. — Мы только старались помочь этой леди. Она испугалась нас, а я испугался за нее в темноте.

— Вы лжете! — не выдержала Гвинет.

Брюс, кажется, приготовился снова схватить ее, но Рован заставил своего коня сделать всего несколько шагов вперед, и Брюс решил не трогать Гвинет. Однако он не смог заставить себя замолчать.

— Она ошибается, — заявил он.

— Нет, я не ошиблась! — холодно и резко бросила Гвинет.

Глаза Брюса сузились от гнева.

— Если она предполагает что-то другое, то это потому, что она ведьма. Она каким-то образом отыскала нас в этом лесу и сглазила.

— Великий Боже! Что за смешное оправдание для глупости! — прогремел грозный голос Рована.

— Из-за чего вы гневаетесь? Леди случайно встретилась с нами. Разве только… — Брюс медленно и нагло улыбнулся. — Я слышал, что тело вашей супруги еще не остыло. Но может быть, вы уже строите планы на будущее. Вы уже… имеете право на эту леди и потому так разъярились, — со смехом заявил он.

— Я убил бы тебя сейчас, — спокойно заявил Рован. — Но это убийство привело бы к большим осложнениям, хотя вряд ли я бы дорого заплатил за него. И все же я был бы вынужден убить еще и Фергуса, и Майкла, а они не должны умереть из-за того, что имели глупость последовать за своим лордом, который должен вести себя разумней. Ты бы лучше позаботился о Фергусе. Он получил хороший удар по голове вон тем камнем. Ты знаешь, я всегда без ошибки попадаю в цель.

— Вы на моей земле! — крикнул Брюс, но не шагнул вперед.

— Но эта земля граничит с моей. Вам надо было только направить леди вон на ту тропу, и она бы доехала до стены, — сказал Рован. — Гвинет, идите сюда.

Тут Гвинет поняла, что Рован был не один: за его спиной стояло несколько всадников. И она, не раздумывая, подчинилась его приказу.

Рован с седла протянул ей руку, поднял ее и посадил впереди себя на коня.

— Жена только что умерла… — осмелился пробормотать Брюс.

— Только из-за этого я оставляю тебя в живых, — произнес Рован тихим голосом, в котором было больше угрозы, чем в самом громком крике.

Больше не было сказано ни слова. Рован повернул коня в сторону своего дома. Теперь она разглядела, кто его сопровождал. Это были Тристан, охранники, приехавшие с ней из Эдинбурга, и еще трое солдат из замка Грей. Они тронулись с места лишь после того, как Рован выехал из рощи, и Гвинет поняла, что Рован не доверяет Брюсу и его товарищам и осмелился повернуться к ним спиной лишь потому, что вполне доверяет своим людям.

Гвинет хотела сказать хоть что-нибудь — «спасибо» или слова извинения. Но едва она попыталась заговорить, он резко предупредил:

— Молчите, леди Маклауд!

Так она и доехала до замка — впереди Рована на его коне, с болью в душе от его соседства и слишком потрясенная, чтобы бороться против унижения.

В замке Энни и Лайза ждали ее возвращения.

Рован, не сказавший ей ни слова в дороге, не заговорил с ней и теперь, когда опустил ее на землю перед Энни.

— Позаботься о своей госпоже! — отрывисто приказал он служанке.

Гвинет быстро повернулась к нему, желая увидеть его лицо. Оно было суровым и бесстрастным, как маска. Глаза Рована смотрели холодно.

— Благодарю вас, — чопорно произнесла она.

— Больше не выезжайте верхом одна, — сухо сказал он.

— Пожалуйста, не уходите сейчас, — попросила она.

Но он ушел.

— Ах, бедная, милая вы моя! — проворковала Энни, а потом стала отчитывать госпожу: — Что это вы делаете, миледи? Видит бог, вы должны беречь себя. Вы служите королеве, и титул леди у вас — ваш собственный. Ах, госпожа, желаю вам: пусть вас оберегают так, чтобы вы не узнали, что порой бывает на уме у мужчин.

«А ведь Энни не знает и половины того, что произошло!» — устало подумала Гвинет.

— Я прекрасно чувствую себя, — смущенно прошептала она.

— Завтра будет трудный день, — сказал Тристан, успевший вернуться из конюшни, и ласково улыбнулся Гвинет. — Вам не причинили никакого вреда, леди, хотя могли причинить. Но теперь вы в безопасности, поэтому сейчас вам лучше всего лечь спать.

— Да, поспите, — сказала Лайза, которая до сих пор только стояла рядом и молча смотрела, она обняла Гвинет за талию, чтобы поддержать. — Идемте, утром все будет лучше.