Чтение онлайн

— Я справлюсь, — сказал Риз.

Морган с улыбкой поднялся и пошел к двери, но на пороге задержался.

— Поспи. Уверен, у тебя еще найдется что мне сказать.

Риз сумел отрешиться от событий этого дня, действительно выспался и как следует отдохнул. В четверть девятого утра звякнул будильник на телефоне, и Риз еще успел сделать сотню приседаний.

За завтраком Кейн представил его кандидатам в астронавты. Риз познакомился с Леной, Такахаси и двумя пилотами — Уокер, женщиной лет тридцати пяти с пышной гривой волос и глубоко посаженными карими глазами, и Фатом, худощавым хрупким вьетнамцем, который, пожимая руку Ризу, глянул на него с плохо скрытой враждебностью. Их пятеро, подумал Риз, и мест на корабле тоже пять. Кого-нибудь из них я выкину за борт.

Больше в длинном, залитом солнцем зале никого не было; отсутствие Моргана позволило Ризу расслабиться и поесть молча. Как только предоставилась возможность, он, извинясь, покинул стол и стал блуждать по залу. Забрел в сувенирный уголок. Между футболками и пластмассовыми моделями шаттлов имелся небольшой голографический проектор. Включив его, Риз увидел самого себя в миниатюре, в момент установки американского флага на ржаво-красной почве там, где впоследствии воздвигли купол Фронтеры.

В то утро он повел их на центрифугу.

Она занимала отдельное здание — центр тренировок летной нагрузки, к северу от Здания Номер Пять и его симулятора полетов шаттлов. Даже спустя много лет Риза слегка замутило при виде изогнутых серых стен и радиальных бетонных балок перекрытия. Его шаги по пыльному полу, с которого наскоро отгребли в стороны склизкий мусор, эхом отдавались под пятидесятифутовыми плечами центрифуги. Риз вспомнил пустынный отель «Казино-де-ла-Сельва».

Еще он вспомнил, как техники болтали о каком-то новичке, выбравшемся из центрифуги по-пластунски, с глазами навыкате — капилляры так закровоточили, что белки потом еще месяц сохраняли кроваво-красную окраску. Вспомнил, как впервые увидел «Аполлон», как поразили его тогда нескрываемая механическая солидность и громоздкость переключателей, задвижек, тумблеров, рычагов. Тогда, как и сейчас, космический полет показался ему чем-то абсолютно немыслимым, выходящим далеко за пределы возможностей этой машинерии.

Но вот включили питание, центрифуга заработала, и Риз принялся посылать своих напарников на пятикратную перегрузку, пока Лена следила за их физиологическими показателями. Затем настал черед самой Лены, а еще позже — его собственный; он полез в гондолу центрифуги, а Кейна поставил за консоль, размышляя, что нельзя бояться его, нельзя никого из них бояться, нужно научиться им доверять, им всем. В конце концов, это ведь всего лишь 5g, недостаточно даже для пурпурных точечных кровоизлияний на спине. Он воспроизвел заученную технику дыхания, наполняя легкие и выдыхая воздух на вершине колеса, не позволяя грудным мышцам расслабляться. Он и не заметил, как все закончилось.

Легкотня, подумал он, никаких проблем. Но он помнил, что трудности начнутся при 8g, а при 10g придется совсем солоно.

После полудня он оставил их на тренировке у Такахаси, а сам пошел набросать заметки для лекций. Шесть недель — смехотворно малый срок, чтобы обучить их физике верхних слоев атмосферы, летной механике, навигации и прокладке курса, программированию космической аппаратуры и управляющих систем, не говоря уж про непосредственные симуляции, в том числе на случай эвакуации при ЧП.

Это означало, что обучение работе с модулем, медицинской и научной аппаратурой, симуляции подготовки к высадке и экскурсии по марсианской поверхности, общую диагностику, готовку и уборку, упражнения в радиосвязи и физические тренировки придется перенести на период полета.

Столько всего, размышлял он, столько потенциальных точек провала.

После обеда он повел их в аудиторию гостевого центра и показал фильмы, которые сумел откопать. Громкость не слишком прибавлял, чтобы можно было в нужных местах поправлять вежливого закадрового комментатора. Около восьми появился Морган, сел в заднем ряду и провел там оставшиеся два часа.

В мерцании проектора Риз наблюдал за рекрутами. Кейн и Такахаси выглядели равнодушными, Лена — очень серьезной, и только Уокер демонстрировала неприкрытый энтузиазм. Фату не сиделось, он явственно скучал и после девяти вроде бы задремал.

Когда они ушли, Риз опустился на красноплюшевое сиденье, разделив себя промежутком в одно кресло с Морганом, и закрыл глаза.

— Итак? — произнес Морган.

— Где ты их нашел?

— А что с ними не так?

— С Уокер и Такахаси все вроде бы в порядке. Но Лена ни хрена не смыслит в том, что за пределами ее профессии, Кейн на грани нервного срыва, а Фат полагает, что я тут затем, чтобы его отбраковать… впрочем, вполне вероятно, что именно так и обстоят дела. Что случилось с бывшим персоналом НАСА? Не могли ж они все в одночасье на пенсию уйти.

— Лучшие мне нужны для пилотирования шаттлов. Не забывай, без шаттла даже до корабля не добраться. А экономически осмысленная активность в ближайшее время будет ограничена околоземной орбитой.

— Иными словами, это отбросы.

— Вообще говоря, Такахаси занимает в Корпорации довольно высокий пост, к тому же он старший сын руководителя токийского филиала. Его лояльность исключительна, он один из самых умных и сильных моих подчиненных. Кейн мой родственник, и у него с головой все в порядке. Они с Фатом проявили себя дисциплинированными и отважными бойцами на войне, и в Техасе мало найдется пилотов вертолета лучше их. Лена с Уокер — сильны физически, умны, обучаемы.

— Но риски…

— Мы это уже обсуждали. Ты сам сказал, у нас конкурентные взаимоотношения, и вот тому иллюстрация. Некоторые решения могут тебе не понравиться, но это вопрос корпоративный, то есть при их принятии учитывается больше информации, чем тебе непосредственно доступно. С ними тебе просто придется смириться.

— Пускай даже это подвергает опасности всю экспедицию?

— Не сомневаюсь, что ты все разрулишь, — сказал Морган. — Я в тебе полностью уверен.

На третий день Риз подверг их пятнадцатикратной перегрузке. Трахею Фата забила рвота, Лене пришлось прочищать ее пальцем и делать ему дыхание рот-в-рот. Морган наблюдал за происходящим с порога. Бродит в тени, подумал Риз, как в старые времена.

— Я его списываю, — сказал Риз Моргану. Магнат лишь кивнул.

Когда Фата отослали восвояси, напряжение внутри команды спало, и Риз впервые уверился, что у них может все получиться. В тот день он повел их к Зданию Номер Пять, где располагался макет марсианского корабля. Риз попросил Моргана привести там все в порядок, и Морган выполнил его просьбу без шума и пыли: исчезли внешние лестницы для туристов, выкрашенные синей краской, и пластиковые панели, перекрывавшие вход в командный центр, а поврежденные элементы корпуса залатали.