ФЗЗ. Книга 2
Шрифт:
А то ж вообще не понятно, что тут происходит!
— Знаешь, я всегда считал, что это жестоко — иметь мудрость, но не иметь возможность использовать ее в корыстных целях… — Эддар сделал короткую паузу и c нажимом спросил:
— Так почему ты пришел?
Глошад пожал плечами.
— Влюблен в пардочку?
— Не смеши меня.
— Тогда так: Ноэми сняла блокировку, и в знак благодарности…
Эддар усмехнулся.
— Благодарности?
— Согласен, звучит неубедительно.
Глошад поднял руки, немного помолчал и неожиданно подался вперед.
— Это моя пешка. Отдай.
Ну все! С меня, пожалуй, хватит!
Оттолкнувшись ногами от пола, я с ветерком полетела назад. Лягнула столешницу с пристроившимся на ее краешке монаршим задом и резко кувырнулась в сторону. Поднялась, нетерпеливо сдула с лица черные пряди и кинулась к шкафу, который замаскированный портал. За спиной послышался приглушенное шипение его величества (надеюсь, этот гад отбил копчик), а затем приказ:
— Стой!
Проклиная все на свете, я застыла всего в паре шагов от заветных ступенек, круто уходящих вверх. На глазах выступили злые слезы.
Да как же так! Где справедливость? Куда смотрят кошачьи боги? Меня тут разыгрывают, как некозырную шестерку, а они и в ус не дуют! Неужели так сложно молнией разок шарахнуть? На худой конец вызвать острое несварение или приступ подагры!
За спиной послышались шаги, висок обожгло чужое дыхание, но больше всего насторожило ощущение вставшего сзади Глоша.
— Я тебя вытащу. Не бойся. Все под контролем.
От его слов по спине побежали возбужденные мурашки. Мозг тотчас пришел в негодование: «Что значит под контролем? Под чьим контролем? Ага, ты-то, может, меня и вытащишь, но что потребуешь потом? Не бойся?! Да я в ярости!!!»
С кончика языка уже готова была сорваться очень неприличная фраза, указывающая направление того места, куда старшему наследнику надлежало маршировать в темпе улетающего ядра, но Эддар опередил.
— Твои условия?
Глошад обнял за талию, вынуждая повернуться к ним лицом, а потом медленно, взвешивая каждое слово, заговорил:
— Ноэми Вейрис выходит из игры. Ни вы, ни ваши люди, ни люди ваших людей не станут использовать ее в своих целях, пытаться навредить, похитить, причинить моральный, физический или магический вред. Это первое.
Эддар скривился и смерил принца взглядом.
— У тебя хватит наглости требовать еще чего-то?
На загорелом лице проступили темно-зеленые пятна с полупрозрачными чешуйками, вырастающими прямо из-под кожи. Особенно много их было у перехода между кожей на висках и роста линии волос. А ещё глаза стали такими же пугающими, как у ректора.
И вот вопрос, а как давно оборачивался сам король? Сомневаюсь, что в плотном графике есть хоть пятнадцать минут на то, чтобы поползать в змеиной ипостаси. При таком варианте половина придворных должна нервно вздрагивать и заикаться. Да и холодно, а змеи вроде на зиму в спячку впадают. Или у нагов все как-то иначе?
Пока мое воображение рисовало картинку вынужденного оборота доведенного до ручки монарха, Глош окончательно осмелел.
— Хватит, — как ни в чем не бывало ответил он. — Условие второе. Вы предоставляете мне полную информацию о текущем положении дел и точных сроках начала сражения за престол. Третье, вы подписываете соответствующий указ и назначаете меня на должность придворного мага следующего короля Аристалии…
— Не много ли ты просишь!
— Хорошо, — кивнул Глошад, — тогда мне еще нужна Красная башня. Хочу сделать там лабораторию…
— Умолкни! — рявкнул правитель Аристалии.
Кисти его рук видоизменились, на кончиках пальцев выступили толстые темно-зеленые когти, одежда жалобно затрещала эксклюзивными швами.
Ой, мамочка! Да он же сейчас…
— Как ты с-с-смеешь шшшто-то требовать!
Но Глошад (то ли слишком храбрый, то ли идиот конченный, что в принципе одно и то же) оказался равнодушен к ярости собеседника.
— Смею, — сухо и хлестко заявил он, растягивая губы в странной улыбке, от которой лично меня мороз пробрал. — Я смею требовать всего, чего пожелаю, ведь в ответ на мои скромные просьбы вы получите то, о чем так давно мечтаете. Ваш сын займет ваше место.
Воздух с сиплым звуком вырвался из легких могучего нага, взгляд потяжелел, а пространство вокруг заискрилось разрядами крохотных молний.
В какой-то иной ситуации мне бы стало страшно. Ой, да чего душой кривить. Я бы уже давно ударилась в панику, потеряв прежнюю браваду и язвительность, и бестолково металась по залу. Наверняка еще и вопила бы на одной, самой верхней и пронзительной ноте своего далеко не певческого диапазона. Но сейчас близость Глошада, тепло тела, непробиваемая уверенность, исходящая от него, подобно запаху, и мощь существа намного сильнее всех нас вместе взятых делала меня бесстрашной пардой. Ну или очень-очень глупой пардой с атрофировавшимся чувством страха.
— Каким образом?
Хороший вопрос. Я даже скосила глаза на замершего рядом принца.
А действительно, как он планирует переубеждать Итона? При нашем последнем разговоре ректор не горел желанием пристроить свои мослы на жесткое кресло престола Аристалии.
— Это мое дело, — мягко, но непреклонно ответил Глош. — Главное, что при вашем содействии Итон-Бенедикт займет положенное ему место и станет следующим правителем.
В повисшей тишине было слышно, как я нервно перебираю заклепки на куртке. На куртке стоящего рядом Глошада. Спохватившись, отдернула руку, поймала хитрый взгляд владельца и сделала самое невинное выражение лица. Даже отойти на шаг попыталась, но не дали. Рука старшего наследника по-прежнему дислоцировалась на моей талии, крепко и бережно прижимая к себе.
После недолгих размышлений его величество медленно кивнул и первым протянул ладонь.
— Будь по — твоему, — сказал он с совершенно неожиданной ноткой смирения.
Глош кивнул и сжал протянутую ладонь. Судя по тому, как скривилось лицо Эддара, крепко. Очень крепко. И на этом мужчины разошлись.
Проходя мимо бесчувственного тела Устранителя, Глош приказал тому проснуться и поторопил меня в портал. Мы уже стояли на середине темной лестницы, когда в прямоугольнике проема показалась высокая и отчего-то мрачная фигура короля.