Газака
Шрифт:
Тагер еще раз строго посмотрев на него, с неодобрением покачал головой.
Вазар и Сахлаб всю ночь, поглядывая на яркую полную луну, долго шли по лесу, пока не решили сделать привал у дороги. Они так торопились, что не захватили ни денег, н еды. Все, что положили в мешки, это были плотно закрытые баночки с ядом и черпаки для их размешиванияи. Донельзя проголодавшийся обжора Сахлаб , поводив рукой по своему бурчащему животу, сказал:
– Ну, если все так пойдет, то мы помрем с голоду.
Вазар был на год старше своего товарища. Поэтому, изображая из себя взрослого и опытного мужчину, сказал:
– Не горюй, Сахлаб. Уж очень рано ты проголодался. Потерпи немного, сейчас я что-нибудь придумаю.
Только они уселись на камень, лежавший возле одного дерева, до них донесся звук копыт и деревянных колес. Вглядевшись, они заметили, что к ним приближается арба, в которую был запряжен осел. Рядом с телегой шла одна дряхлая старущка в лохмотьях. Даже в полумраке, едва разгоняемым лунным светом, можно было заметить ее лицо, сплошь изборожденное морщинами. Подгоняя осла, может не менее дряхлого, чем его хозяйка, она изредка ударяла его по спине плетью. На арбу был погружен хворост. Когда старушка проходила мимо Вазара и Сахлаба, она, заметив их, остановилась. Вазар живо вскочил с места и, подхватив осла за уздцы, сказал ей:
– Барышня, позвольте вам помочь.
Старушка, во рту которой не было ни одного зуба, расхохотавшись, начала смеяться:
– Барышня, ха-ха-ха, барышня, ха-ха-ха!
У продолжавшей смеяться женщины вдруг изменилось лицо. Несколько раз ударив Вазара плетью, она вырвала повод из его руки и со злостью сказала :
– Насмехайся над собой, дурак! Какая я тебе барышня? Я всю жизнь была обыкновенной служанкой и никто меня так не называл. Понял?
Хотя в глазах повидавшей виды старушки и мелькнуло сомненение, не является ли они существами из какого-то недоброго мира, она не подала виду. А Вазар не собирался оставлять ее в покое. Как пиявка вцепившись в уздцы и не думая отказываться от такого обращения, он отпустил их и сказал :
– Барышня, ну зачем вы так гневаетесь? Помочь такой прекрасной особе наш долг.
Она еще несколько раз хлестнула его плетью и швырнув в него повод, сказала:
– Хорошо, на. Веди осла и пошли. Поможете мне разгрузить дрова. Но с самого начала предупреждаю, что за это вы от меня ничего не получите.
– А нам ничего и не надо. Мы просто хотели вам помочь.
– Ну и наглый же ты парень, – сказала старушка. Вглядевшись в них, она заметила: – До чего же вы бледные, как будто света дневного не видели.
Помявшись, он добавила:
– Ладно, идите за мной. Только поменьше болтайте.
Сказав это, волоча ноги, она прошла немного вперед и зашагала по дороге.
Скоро они пришли в одну лесную деревушку, где она жила. Ее избушка с двором, покосившийся плетень которого был сооружен из чего попало, стояла на окраине села. Когда они сюда подходили, Вазар, держа за повод, тащил осла за собой, а Сахлаб толкал арбу сзади. Введя осла во двор, Вазар тихо показал товарищу на ее дом:
– Погляди на эту развалюху. А на ней самой такие лохмотья, что можно испугаться. Вряд здесь найдется, чем нам разживиться.
Старушка с подозрением взглянув на них, спросила:
– Чего вы там шепчетесь? А ну давайте разгружайте дрова и пошли отсюда!
Хотя эта ее грубость и задела Вазара и Сахлаба, они скрепив сердце, промолчали, потому что не теряли надежду, что она чем-нибудь их угостит.
Схватив за повод, она подвела осла к своей полусгнившей деревянной избушке и указала на место возле крыльца:
– Вот, соберете их здесь.
Сказав это, она поплелась в дом.
Выгрузив хворост из арбы, они начали укладывать его на небольшой штабель таких же дров, лежавших у крыльца.
Вдруг Вазар услышал, что за кучей дров кудахтают курицы. Отбросив охапку хвороста, которую собирался положить сверху остальных дров, он на миг призадумался и переглянулся с Сахлабом. Словно прочитав его мысли, тот подмигнул ему и с нарочитой серьезностью спросил:
– Что это ты задумал, Вазар? Ай-ай-ай!
Вазар, не ответив, оглянулся по сторонам. Вдруг он заметил, что на заборе висит на палке какая-то старая полотняная сума.
Он тихо сказал товарищу:
– Видишь тот мешок? Беги скорей и принеси его сюда. Смотри, как бы тебя не заметила старушка.
– А зачем он тебе понадобился?
– Не твое дело, скорей неси его сюда.
Сахлаб пригнулся и, поглядывая на оконце и дверь избушки, побежал туда. Схватив мешок, он снова, пригибаясь, перебежал двор и протянул его Вазару. Отряхнув с него пыль, Вазар с интересом заглянул внутрь мешка. Обнаружив, что он пустой, Вазар прошептал товарищу:
– Сахлаб , встань у входа во двор, не дай им убежать.
Но куриц он нашел в сарае. Через пару минут он их переловил и вернулся на прежнее место. Затем, связав им ноги веревками, которыми были перевязаны вязанки хвороста, бесшумно положил в мешок.
Тут послышался скрип деревянной двери избушки и раздался дребезжащий голос хозяйки:
– Что тут за шум?… Почему так громко кудахтали курицы?
Вазар невозмутимо держа в руказ вязанку, ответил :
– Да так, пустое . Наверно завидели чужих, вот и переполошились.
Старушку было не узнать. Даже в полумраке можно было видеть, что она прихорошилась и переоделась. Хотя надетое на нее платье и выглядело поношенным, было ясно, что она наряжалось в него по праздникам и по особым случаям, и было ее единственной выходной одеждой. Возможно, что это было связано с тем, что после того, как она сначала рассердившись на то, что они назвали ее барышней, а потом в ней пробудились воспоминания молодости.
Опасаясь, что старушка может начать искать своих куриц и, не найдя их, поднимет крик, Вазар решил побыстрей сменить тему. Он сказал:
– Очень хочется пить. Не могли бы вы нам дать воды, барышня?
– А больше вы ничего не хотите? – с недовольством спросила она. – И вообще, что это вы делаете в лесу в такое время? Кто вы такие?
Вазар и Сахлаб прикусили языки. Эта старушка оказалась не такой простой, как они думали сначала. Если она расскажет сельчанам о каких-то неизвестных, разгуливавших ночью по лесу, то это рано или поздно дойдет куда надо…