Чтение онлайн

— Ну, иди! — подтолкнул меня Оскард, — только лишнего не болтай.

И я пошёл к Эсте, она стояла на месте и смотрела по сторонам. Её лицо не выражало никаких эмоций. Я сразу заподозрил неладное. Её словно подменили, а может это какие-то биомагические штучки или всего лишь её реакция на происходящее. В любом случае я уже не боялся подойти к ней и заговорить, страх или какая-то нерешительность исчезли без остатка.

Очень скоро она заметила меня в толпе. Я один уверенно двигался в её сторону по прямой. Остальные же хаотично бегали туда-сюда. То и дело я таранился в них или они в меня. Столкнувшись с очередным мужиком, я едва устоял на ногах, затем улыбнулся и махнул Эсте. Она всё прекрасно видела, но ни единой эмоции не мелькнуло на её лице. Спокойно стояла и смотрела на меня. Причём, этот взгляд напомнил мне то презрение, каким я был награждён на площади.

Пробравшись через толпу, я подошёл к ней достаточно близко, чтобы заговорить.

— Привет, — сказал я, чувствуя, что всякая уверенность меня покидает.

— Крис, — сказала она с каким-то равнодушным отторжением, — я сейчас не в настроении, уйди лучше подальше.

— Чего?.. — опешил я.

— Сейчас я видеть тебя не хочу! Но возьми это, — она протянула мне бумажку, затем отвернулась и ушла не оглядываясь.

— Что всё это значит?! — крикнул я ей вслед.

— Прочтёшь и поймёшь, тугодум, — крикнула она и скрылась за домом.

Пару секунд я стоял, как вкопанный и ни о чём не думал. Совсем. В голове не было места для мыслей, только эмоции. Непонимание, отчаянье и страх потерять её. Но тут подскочил Оскард:

— Она тебя отшила? Вот стерва, а я говорил: не надо с ней связываться!

— Тихо, не болтай. Она дала мне записку, — попытался я хоть как-то утешиться.

— Сожги нахрен и забудь её, — посоветовал Оскард.

— Нет, прочту. Но позже, — мне страшно хотелось поскорее развернуть бумажку и узнать, что в ней написано. Но лучше немного подождать, может там не самое приятное послание. Собственно только это и сдерживало меня.

— Крис, в мире полно других!

— Ты знаешь кого-то красивее Эсты? — со злобой спросил я, — ты знаешь кого-то настолько же милого и застенчивого, как она на первом свидании?

— А ты и злиться умеешь, — только и смог ответить он.

— Умею, Оскард, представь себе. Ещё я умею ставить цели и добиваться их. Эста будет со мной. Всё.

— Будет-будет, не сомневайся, — Оскард хлопнул меня по спине.

Надоел, снова попытался меня успокоить. Я ему как младший брат. Хотя это скорее хорошо. Ещё пару минут мы простояли молча. Я не желал говорить, а Оскард, видимо, не знал о чём. Может он и догадался, что не нужно сейчас болтовни, всё-таки друг-то он хороший и человек далеко не глупый. Это я вспылил, а он просто хотел помочь. В своей привычной манере конечно же.

— Ну дуйся, я… это всё эмоции.

— Какой дуться? Я тебе не монгольфьер*, да и зад мой никакой огнемаг не поджаривает, — отшутился друг.

[Воздушные шары(монгольфьеры) в мире Лонэхов летают за счёт силы игнимагов. То есть, маг, находящийся в корзине, пускает огонь в отверстие шара. Таким образом воздух нагревается и появляется вертикальная тяга.]

— Джулия бы могла, — ответил я, чуть улыбнувшись.

— Нет, уж спасибо. Не хочу превратиться в Мистера Уголька.

Затем мы увидели, что девчушка попала в руки к стражникам. Она по-прежнему улыбалась, больше ей не грозила опасность. Практически все мракобесы были связаны. Некоторые ещё носились по площади, плевались в прохожих, расталкивали их и что-то кричали про ведьмочку да проклятья. Но и тех стража быстро словит, не беда. Хоть с людьми защитники города могли совладать, это радует.

— Крис, Крис, Крис, смотри, — дёрнул меня за рукав друг.

Я увидел, что девчушку передали старосте. Тот, держа её на руках, кричал:

— Где родители? Кто её отец и мать?

На площади находилось очень много людей, но никто из них не отзывался. Может родители работали, а может занимались делами дома. В любом случае никто не пошёл к старосте, чтобы забрать ребёнка. Как вдруг из толпы вылезла какая-то бабка. Именно вылезла, именно бабка. Других более подходящих слов и не сыщешь. Впечатление она производила не самое приятное. Сморщенное лицо, кривая спина с горбом. А наряд, так его лучше бы выкинуть или сжечь вместе с клопами, которые, я уверен, забились в тканевых складках тысячами, а не носить на людях.

Нет, я, конечно, понимаю, что не все люди могут позволить покупать каждый год новую одежду, но ходить в откровенно грязном рванье, это уже перебор.

— Давай её сюда, — бабка гаркнула на старосту:

— Вы её бабушка? — вежливо спросил Хирульд.

— Нет, хрен в обед, сводный дядя троюродной тётки по отцовской линии, — прокряхтела старушенция.

— Ладно, — ответил староста и обратился к девчушке, — девочка, вставай на ноги, тебя заберёт бабушка.

— Не мели, она глухая, — прояснила бабка.

После того, как внучка увидела её, то перестала улыбаться. Это уже говорила о многом, понятное дело, что только плохом. Бабка тут же схватила девочку за ухо и куда-то поплелась, еле волоча больные ноги. Мерзкая старая карга, ну нельзя же так с детьми. Я чуть было не крикнул ей, но Оскард помешал.

— Крис, не вмешивайся… — научись не переживать за всех подряд.

— Эй, грымза, — крикнул староста в след мерзкой бабке, — дай мне построить приют! И, я клянусь, с девочкой ты попрощаешься навсегда.

— Когда достроишь, ослиная твоя голова, я уже и крякну! — ответила та, продолжая дёргать девочку за ухо.

Я посмотрел Оскарду в глаза и сказал.

— Знаешь, когда я выбирался в город только за едой, я не знал, что люди бывают настолько мерзкими и тупыми.

— Крис, не все… Давай уйдём, нам нужно готовиться к золотодобыче! — воскликнул он, мотнув головой и задрав брови. Думал, что меня это воодушевит и не ошибся.

— Да, сваливаем.

Пока мы пробивались через толпу, староста забрался на лестницу, которую держали его помощники. Взяв громкоговоритель, воронку из железных листов и ручкой у основания, он заговорил.

— Тихо! Тихо! Народ, замолчите! — разнеслось почти по всей площади.

Те, кто не захотели подчиняться, а вместо этого ворчали и что-то выкрикивали получили от стражи мягкий, но прозрачный намёк, что тишину соблюсти все-таки придётся. Вскоре вся площадь стихла. Люди в ожидании смотрели на Хирульда, но лишь некоторым действительно хотелось послушать его речь. Остальным не терпелось заняться своими делами, но они боялись проблем с законниками, а особо буйным — получить новый удар крепкой дубиной.