Глаз

========== 1. Пленник темноты ==========

Прозрачная ледяная вода забирала тепло моих пальцев, заставляя их неметь и ныть. Но я продолжала терпеливо тереть их с мелким сверкающим на солнце песком, чтобы избавиться от грязи и крови. В конце концов, не выдержав, склонилась к самой воде и сделала несколько жадных глотков. На миг стало больно, а затем внутри разлилась приятная прохлада.

Как хорошо. Единственное приятное ощущение за последние несколько часов.

Я отдышалась и снова склонилась, чтобы сделать ещё несколько глотков. Опираясь о крупный шершавый валун, торчавший из воды, осторожно умыла лицо, отводя в сторону кривую чёлку.

Кожу на правой половине лица неприятно саднило. Умывшись, я вновь занавесила своё уродство слегка намокшими прядями волос и быстро выпрямилась, прислушиваясь к звукам леса.

Подозрительная тишина. Неуютно становится на открытом пространстве.

Нужно идти. Дальше. Прочь от столицы, если хочу жить…

А действительно, хочу ли я жить теперь, превратившись в калеку? Безумно хочу как ни странно.

Перед моим внутренним взором видятся тёмные волны фьорда, лижущие скалистый берег со скоплением игрушечных домиков над ним. Там, где под синью небес мой родной дом. И пусть из родных уже никого не осталось, не прогонят меня.

С этой мыслью я шагала вперёд, не обращая внимания на усталость и сильную боль в правом колене. Ничего. Это не смертельно, а значит, справлюсь. Переживу. Перетерплю.

Вот так, неумело себя подбадриваю. Шаг за шагом, иду к заветной цели. Пожалуй, это лучшее, что может сделать в данной ситуации молодая женщина, избалованная годами комфортной городской жизни.

Впереди раскинулся только лес. Позади осталась охваченная смутой и пожарами столица.

Видящая, которая больше не может видеть.

Выбыла из игры.

Бесполезна.

Но я жива. Даже несмотря на страшный магический удар, мне удалось выкарабкаться. Уйти с малыми потерями. И это чудо. Шанс, который я буду ценить.

Пусть нет правого глаза, но руки и ноги целы. Буду жить и радоваться тому, что ещё есть.

Вдох. Выдох. Выбросить прочь переживания и просто идти. Домой.

Под ногами мягко шуршит опавшая листва, над головой шумит ветер в высоких кронах.

Какой же воздух сладкий! Почти как в детстве…

Я иду не по главному тракту, а забираю левее. Порой крадусь и замираю, напоминая себе дикого зверя. Но мне везёт и на пути не попадается лихих людей.

Наверное, многие подались в столицу мародёрствовать.

Голод настойчиво даёт о себе знать, и найденные по пути заросли ежевики помогают утолить его не слишком хорошо. Охотиться я не умею, да и из оружия только ритуальный нож имеется.

Мне вообще не до сборов было. Кроме одежды, что была на мне, удалось прихватить только плащ. Ещё удалось забрать все наличные сбережения и что не менее ценно — свою аптекарскую сумку. Там у меня хранилась драгоценная мазь, благодаря которой, потеряв глаз, я не получила заражение крови.

Зеркала не было, и я не представляла, что там творилось. Но подозреваю, что вид у меня ещё тот…

Внезапно послышался стук копыт.

Я затаилась и сквозь листву увидела, как проносятся мимо силуэты всадников. Трое. Гонцы со срочным посланием? Погоня, идущая по моим следам? Не понять. Слишком быстро промчались.

По-хорошему следовало бы ещё дальше отойти от дороги, но я побоялась заблудиться и, проявляя осторожность, продолжила путь.

Через некоторое время, когда уже начинало темнеть, до меня донёсся знакомый неприятный запах. Кровь. Где-то рядом её пролили много. А ещё слабо пахло жжёной сырой листвой.

В лесу неестественно тихо. Повинуясь внезапному внутреннему порыву, я пошла на этот запах. Стыдно признать, но я подумала о том, что если там впереди кого-то убили, это может сыграть в мою пользу.

Я вышла из леса на небольшую прогалину. Внизу ещё тлели листья и лежали тела. Трое мужчин. Видимо, решали свои разногласия не только при помощи оружия, но и с применением магии. И теперь все мертвы.

Лошадей поблизости не видно. Наверное, испугались и разбежались, куда глаза глядят.

Убеждая себя в том, что путь ещё предстоит неблизкий, я спустилась в прогалину и направилась к первому трупу. Чувствовать неприязнь по отношению к мертвецам я разучилась ещё в Ордене. А совесть быстро заткнуло желание выжить в этом бреду.

У первых двух трупов нашлись кое-какие деньги и оружие, которое подумав я оставила. Кто знает, когда я смогу его продать. Скорее, я вымотаюсь, если буду таскать такие железяки с собой по лесу.

Третий убитый лежал у большого валуна, о который, судя по слипшимся от крови тёмным волосам, основательно приложился. Желая быстрее покончить с этим, я принялась его обыскивать.

Когда сунулась за пазуху, моё запястье вдруг крепко перехватили бледные пальцы того, кого я считала покойником. Закрытые глаза распахнулись, и на меня устремился страшный невидящий взгляд.

— Темнота… — ошарашено прошептал он хрипло и даже ослабил хватку.

Я воспользовалась его замешательством, чтобы вырваться и отскочить в сторону. Хотелось убежать прочь, но увидев, как вздрогнул и замер в нерешительности раненный мужчина, я остановилась.

Было ещё не так темно, но он слепо зашарил руками вокруг себя, будто действительно находился в полнейшей темноте.

— Кто здесь? — спросил он, повысив голос.

Я молчала и замерла, не решаясь себя выдать ни единым движением.

— Кто здесь? — повторил он и раздражённо выкрикнул: — Ответь же! Неужели ты раненого испугался?! Только трупы обирать и способен?

— Сейчас каждый выживает, как может, — бросила я.

Он резко вздёрнул голову на звук моего голоса.

— Так значит, ты женщина, — он как будто немного успокоился. — Понятно.

Отчего-то рядом с ним у меня холодок по спине гулял. Совсем неуютно становилось. Я развернулась, собравшись уходить. Раненый попытался подняться и, запнувшись, с размаха полетел на землю.