Чтение онлайн

Это было слишком быстро для меня, я не могла за ними уследить, но Андаис был богиней войны и она видела больше. В холодном воздухе раздался ее крик:

— Мрак, умоляю, не убивай его!

Мгновение Дойл колебался, Кел попытался использовать преимущество, но внезапно его лезвие взвилось в воздух, а кончик меча Дойла уткнулось в горло Кела, уже лежащего на земле и задыхающегося.

Кел дышал с трудом, но при это улыбался. Он высокомерно улыбался Дойлу, как всегда, когда я видела подобные улыбки. Его мать снова его спасла. У Королевы Воздуха и Тьмы была власть.

Дойл стоял с Черным Безумием, прижатым к горлу Кела. Андаис шла к нам через поле.

— Нет, не опять, — это все, о чем я могла думать.

Я посмотрела на Мистраля, стоявшего на коленях, сжимая бок и опираясь на яркое копье. Его меч, все еще оголенный, был зажат в другой руке. Гален был ранен в руку. Он с трудом дышал, сжимая меч в здоровой руке, на его лице, обычно таком улыбчивом, сейчас был гнев. Лицо Риса кровоточило, и я поняла, что Кел пытался выколоть его единственный здоровый глаз. Глаз был цел, но то, что попытка такая была, говорило о серьезности отношения Кела к бою. Он хотел причинить нам боль, не обязательно убить. Он хотел искалечить.

У Ясеня и Падуба тоже были раны, после того, как я приказала не беречь Кела, они присоединились к бою. То, что Кел смог их ранить так быстро, говорило только, насколько я недооценила его как воина.

— Нет. — Произнесла я.

Корона светилась темным ореолом. Я посмотрела на Шолто, стоявшего вместе со слуа на краю поля, и крикнула ему:

— Почему ты не участвовал в бою?

— Королева запретила мне это, — ответил он.

Я посмотрела на идущую Андаис.

— Андаис, ты видишь корону на моей голове? — Крикнула я ей.

Она поколебалась, затем ответила:

— Да. — Слово дохнуло, казалось, по всему полю

— Что это за корона?

Ее рука напряглась на мече, Смертном Ужасе, который мог принести истинную смерть любому.

— Это — Корона Лунного света и Теней. Когда-то это была моя корона. — В ее последних словах была слышна горечь.

— Теперь она моя.

— Это так только кажется, — сказала она.

— Ты поклялась при всем дворе, что первый из нас, кто зачнет ребенка, станет твоим наследником. Если ты не собиралась сдержать свое слово Вы, то волшебная страна сдержала его вместо тебя. Богиня и Консорт короновали меня.

— Ты носишь Корону Лунного света и Теней, — сказала она.

Кел закричал:

— Она моя! Ты мне обещала!

Острие меча Дойла вжималось в горло Кела, выдавив капли крови, сверкавшие в лунном свете.

Андаис стояла, укутанная плащом из тьмы и теней. Свой шлем она зажала под рукой. Мы смотрели на друг друга.

— Ты обещала ему свою корону? — Спросила я.

— Да, — сказала она.

— После того, как дала мне шанс стать королевой, — сказала я.

— Прежде, — сказала она.

— Ты — клятвопреступница, тетя. Цель для Дикой охоты.

— Я знаю, что ты и моя извращенная тварь можете вызвать Дикую охоту. Я знаю, что ты убила свою кузину и других заговорщиков Благого Двора.

— Что бы ты сделала, чтобы мы не охотились на тебя? — Спросила я.

— Это спасет жизнь моему сыну?

— Нет, — сказала я.

— Но тем не менее, я — клятвопреступник. И я буду целью для охоты.

Андаис была последний королевой. Была только одна причина, почему она хотела умереть.

— Прежде, чем Шолто и я начнем твое преследование, я хочу смерти Кела, — сказала я. — Наше преследование не даст ему времени убежать, и не думаю, что у него достаточно друзей при дворе, чтобы спастись.

— У меня есть союзники, — кричал Кел, продолжая лежать на земле.

Отвечая ему, я смотрела только свою тетю:

— Сиобхан мертва, а твои так называемые союзники сбежали, пока у них был шанс. Единственным, кто пришел сюда спасти тебя, была твоя мать. Если умрет она, уверена, что ты, кузен, убедишься в отсутствии у тебя союзников. Они следуют не за тобой. Они следуют за ней.

— Они не последуют за тобой, Мередит, — сказал Кел. — Корона или не корона, но если на троне буду не я, то они убьют тебя и выберут собственного правителя. Мои шпионы слышали, что они готовят это.

Я рассмеялась и наконец посмотрел вниз на Кела. Не знаю, что он увидел на моем лице, но его глаза распахнулись и он начал глубоко дышать, как будто он увидел что-то страшное.

— Ты никогда не понимал меня, кузен, или ты, тетя, — сказала я. — Я никогда не хотела править. Я знаю, что они ненавидят меня, и не смотря на то, сколько у меня силы, они никогда не будут связывать свое будущее сидхе со мной. Они воспринимают меня ниже себя. Они видят во мне то же, что они видят в Шолто, что сидхе слабеют. Они скрылись бы в своих холмах и чахли бы, нежели изменились бы и вышли наружу, чтобы встретиться с миром. Я надеялась на наших людей. Мой отец на них надеялся.

— Он надеялся на тех, кто убил его, — сказал Кел.

Я посмотрела на него, лежащего на земле с мечом Дойла у горла, но сейчас он не выглядел напуганным. Он думал, что Андаис спасет его. Даже теперь он был уверен в ее власти защитить его.

— Откуда ты знаешь, что именно такая надежда убила моего отца? — Спросила я.

Что-то проскочило в его глазах, какая-то мысль или эмоция. Я улыбнулась ему.

— Это — только выражение, — сказал он, но теперь его голос не был столько уверен.

— Нет, — сказала я, — не так.

Я опустилась на колени рядом с ним.

— Кел, — сказала Андаис, — Кел, не надо…

На моем лице осталась улыбка. Я продолжала улыбаться, хотя не была радостна.

— Я не видела раньше, как ты воюешь. Не понимала, насколько ты хороший воин.

Кел попытался сесть, но меч Дойла вынудил его лежать.

— Я рад, что ты наконец поняла, что я могу победить наших людей.

— Ты его убил. Ты убил Принца Эссуса. Ты сам. Вот почему мы не могли найти убийцу. Вот почему сколько бы по приказу Андаис не мучили людей, они ничего не смогли сказать о смерти моего отца.