Чтение онлайн

— С чего мы начнём? — спросила Аврора.

Зефир рассмеялась.

— А что, если я вообще не хочу, чтобы ты участвовала? Ты просто ещё одна Бурерождённая, которая растопчет всех нас. Это моя революция. Если ты хочешь быть частью этого, тебе нужно будет доказать свою ценность.

Аврора вздёрнула подбородок и встретила взгляд Зефир своим жёстким взглядом.

— А если я решу, что будет лучше начать свою собственную революцию? Тавен будет на моей стороне, не так ли? — солдат выглядел смущённым, но он бросил на Зефир один серьёзный взгляд, а потом кивнул головой.

— Моя обязанность защищать вашу жизнь, — ответил он.

— Не говоря уже о том, — продолжила Аврора, — что я провела восемнадцать лет, исследуя залы и комнаты этого дворца. Никто не знает его лучше меня, и небесный огонь, который течёт по моим венам, откроет ворота дворца.

Этот пункт был немного блефом. Она надеялась, что небесный огонь в её груди сработает так же хорошо, как и обычное родство с Бурерождёнными, но она не знала наверняка.

— Ты и правда ведёшь жёсткую игру, — сказала Зефир, её красивые, тёмно-красные губы изогнулись.

— Я ещё не предложила тебе сделку. Но я готова к этому.

Брови Зефир поднялись, и ленивая, незаинтересованная сутулость исчезла из её позы.

— Расскажи мне.

Аврора глубоко вздохнула.

— Помогите мне спасти моё королевство, помогите мне получить трон Павана, и ты сможешь вновь открыть Глаз, на этот раз как законное предприятие, защищённое от судебного преследования.

Все в комнате уставились на Аврору, как будто у неё выросла вторая голова.

— Вы, конечно, всё ещё будете рисковать привлечением к ответственности за тёмные дела, которые иногда совершаются на рынке. Головорезы и воры, а также любые другие лица, совершившие насильственные преступления, подлежат суду в соответствии с законом. Но я обещаю, что магия больше не будет рассматриваться как преступление.

На мгновение Зефир казалась почти ошарашенной, но она быстро пришла в себя и протянула руку в перчатке.

— Ты заключила сделку, принцесса.

И вот так… Аврора присоединилась к революции.

Не наш король. Не наше пристанище.

— Написано мятежником на городской стене.

8

В ту ночь Аврора рассказала всей команде о своей личности и намерении участвовать в восстании. Она была готова к худшему, к тому, что все они возненавидят её за то, что она солгала и заманила их обратно к Павану. Но, к её удивлению, никто не кричал и не бушевал так, как Киран.

Бейт был первым, кто выступил в её поддержку.

— Значит ли это, что мы будем драться? С помощью магии? Вы не представляете, как долго я ждал, чтобы применить всю эту магию бурь хоть во что-то, что не касается питания Скалы или ослабления другой бури. Если мне удастся что-то взорвать, считайте, что я в деле.

Аврора была крайне удивлена, когда следующим со своего места поднялся Дьюк. Он не был шокирован её заявлением, но странно смотрел на неё, словно увидел перед собой совершенно другого человека.

— Не знаю, насколько полезен будет старик, но я никогда не участвовал в революции. Кажется, я должен это сделать до того, как умру.

Аврора проглотила комок в горле, внезапно осознав, каким хрупким показался мудрый старик. Он положил руку на её плечо, и она накрыла ладонью его руку. Он сжал её плечо, затем посмотрел на охотника, маячившего у дальней стены комнаты.

Киран выглядел ещё более сердитым, чем накануне вечером. Это отражалось на его лице столь же ясно, как гроза на горизонте.

— Ты, правда, планируешь узаконить магию помимо магии Бурерождённых? — спросила Джинкс. — Всю магию?

— Всю магию, — подтвердила Аврора. — Я видела, на что ты способна, Джинкс. И хотя я, возможно, знаю об этом не так много, как хотелось бы, я уверена, что вся ложь, которой меня учили в детстве, просто пуста. То, что ты делаешь, не является злом и не идёт в разрез с природой, как и то на что способна я. Так что независимо от того, исходят ли наши способности от богини или от чего-то совсем другого… отношение к тебе и ко мне должно быть одинаковым.

— Тогда я тоже в деле, — сказала Джинкс.

Удивительно, но следующей была Слай. Она по-прежнему не проявляла дружелюбия к Авроре, как и к Роар, и поставила условие о своём участии.

— Больше никакой лжи, — потребовала Слай. — С этого момента мы заслуживаем твоего доверия и всей правды.

— Вы получите это, — пообещала Аврора.

Рансу заговорил последним и тоже взглянул на Кирана, прежде чем ответил:

— Я всё равно немного заскучал, — сказал он. — Небольшие перемены не будут лишними.

Она ждала, не зная, хочет ли она обратиться к Кирану перед всей группой, или подождать, пока они смогут поговорить наедине. Но он удивил её, шагнув вперёд и обратившись к группе в целом.

— Ну, теперь, когда вы все согласились. Вы должны знать, что я добровольно пожертвовал наши оставшиеся магические припасы во время встречи с Зефир прошлой ночью.

У Авроры отвисла челюсть.

— Что ты сделал?

Он был категорически против её участия, а теперь добровольно предложил свои услуги? Она не думала, что он может быть более раздражающим, чем тогда, когда он впервые начал обучать её, но это превзошло даже то раздражение. Все те мучения, через которые он заставил её пройти прошлой ночью, а теперь он просто был в деле?

Но когда он посмотрел на неё тем же холодным, бесчувственным взглядом, она поняла, что он делает это не для неё.

— Я долго ждал, чтобы наказать Локи за то, что они сделали с моей сестрой. Чтобы наказать Бурерождённых за то, что они сделали с тысячами таких же семей, как моя. Похоже, это может быть моим лучшим шансом.

Если бы сердце Авроры уже не было разбито — это бы её добило. Он посмотрел на неё так, словно она была заодно с Локи. И после того, как она поступила, думая только о себе, а не о том, что будет с её матерью, Новайей или охотниками, которых она сделала своими невольными сообщниками, возможно, она это заслужила.