Год Дракона
Шрифт:
– Никаких кукол. Пластилин, краски, кисточки, в крайнем случае – что-нибудь плюшевое…
– Я поехала в центр. В доме, кстати, нет ни одной конфеты…
– Я не ем конфет, – удивился Майзель.
– А я и не собиралась тебя ими кормить, – нахмурила брови Елена. – С тобой все ясно. Пока, дорогой. Цветы я тоже сама куплю.
– Елена, канун Рождества, в городе черт знает…
– Занимайся своими делами. Я справлюсь.
– Ты чудо. Ты прелесть. Ты лучшая.
– А ты…
Договорить у Елены не вышло, потому что пришлось целоваться. Он всегда так делал. Стоило Елене нахмуриться, он хватал ее в охапку и начинал целовать. Еще до того, как она успевала рассердиться или понять, что собирается. И это всегда, – всегда! – на нее действовало. Хотя она когда-то думала, что она не из тех. А оказалось, что она просто слишком много о себе воображала…
ПРАГА. РОЖДЕСТВО
Он встретил Корабельщиковых, как всегда, сам, повез домой. Сонечка, едва поздоровавшись, обрушила на Майзеля град накопившихся новостей:
– А у нас теперь есть Павлуша!
– Павлуша?
– Это папин помощник. Он такой смешной, у него голова, как солнышко… Он меня теперь в школу возит на старой нашей машине. Знаешь, он сильный какой? Как ты, может меня вообще одной рукой поднять!
– Не обижает он тебя?
– Ты что, он мне как братик, – улыбнулась снисходительно Сонечка. – А еще Олеся…
– А это кто?
– Павлушина невеста.
– Ну, прямо уж сразу и невеста, – усмехнулась Татьяна. – Ей восемнадцать только летом будет…
– Невеста, – упрямо повторила Сонечка. – Мне Павлуша сам сказал. Они поженятся обязательно. Она знаешь, какая красивая? У нее глазки, как блестящие вишенки, очень красивая, и учится на одни пятерки в институте!
– И как это она на Пашку посмотрела, просто удивительно, – улыбнулся светло Андрей. – И вправду не ошибся я в этом мальчишке, что-то есть в нем… Действительно чудесная девочка у него, это правда. Только высокая, как на каблук встанет…
– Итальянская пара, – важно, со знанием дела сказала Сонечка.
Майзель захохотал, Андрей фыркнул. Улыбнулась и Татьяна, а Сонечка надулась:
– Думаете, если я маленькая…
– Все правильно, милая. Все будет хорошо. Главное ведь, чтобы они любили друг друга, правда? – улыбаясь, проговорил Майзель, глядя на Сонечку в зеркало.
– Правда…
– Помогает тебе? – он посмотрел на Андрея.
– Клад, – кивнул Корабельщиков. – Образования ему не хватает, но старательный и исполнительный. Просто сокровище, а не помощник. Я так устаю от умных разговоров и полемики с этими всеми… А он просто делает работу.
– Что, достала тебя сумленная интеллигенция?
– Ох…
Едва ли не за сто метров от дома он вдруг затормозил, заглушил двигатель. Андрей удивленно посмотрел на него. Майзель вздохнул:
– Вы, ребята, не пугайтесь… Я не один живу сейчас…
– Ну, наконец-то…
– Да погоди ты еще аллилуйничать, – вздохнул опять Майзель, покосившись на Андрея. Татьяна на заднем сиденье хмыкнула, и Сонечка притихла.
– Кто она?
– Елена Томанова.
– У-у-у… Да-а-а-н… – протянул Андрей. – Та самая?!
– Та самая.
– Ну, ни фига ж себе пасьянс…
– Так вот, дружище.
– Это… серьезно?
– Это… ужасно.
– Кто это? Погоди, погоди, – Татьяна нахмурила лоб. – Это та, что «Ярость пророка»… Да?
– Ну, да…
– Так вот кто тебе нужен-то был, оказывается…
– А сколько ей лет?
– Она чуть нас моложе, Андрей.
– Да? Интересно… Я думал, она старше…
– Вы это про что? – Сонечка явно заинтересовалась разговором.
– Дождалась ты, дочуша, – снова хмыкнула Татьяна. – У дяди Даника наконец-то тетенька завелась…
– Какая чеканная формулировка, – прищелкнул пальцами в воздухе Майзель.
– А как ее зовут?
– Елена ее зовут.
– А она по-русски понимает?
– Не только понимает. И разговаривает.
– Ух ты! А она красивая?
– Софья! – рявкнул Корабельщиков. – Что за допрос?! Я тебя предупреждал, кажется…
– Дома будешь воспитанием заниматься, – одернул его Майзель. – Мне нравится, милая. Надеюсь, тебе тоже понравится.
– А вы уже поженились?
– Софья!!!
– Нет еще.
– А когда?
– Да что это за безобразие-то, в конце-то концов!!! Соня, прекрати немедленно!!!
– Оставьте ребенка в покое, – жестяным голосом проговорил Майзель. – Милая, так просто и быстро не всегда бывает.
– Но ты же ее любишь?
– Да.
– А ты ей сказал?
– Нет. Пока нет…
– Ты глупый, – вздохнула Сонечка. – Надо тетенькам всегда говорить, что их любишь. Тетеньки тоже глупые, только по-другому, чем дяденьки. Ты ей скажи, она обрадуется очень…
– Боже ты мой, да где ж она набралась-то этого… Таня!
– Что – «Таня»?!
– Тихо вы… Предки, – усмехнулся Майзель. – Милая, давай мы пока не будем этой щекотливой темы касаться, про жениха с невестой, хорошо?
– Хорошо, – кивнула Сонечка, победно оглядев родителей. – Но ты же нас на свадьбу пригласишь? Я еще ни разу на настоящей свадьбе не была…
– Обещаю тебе, милая, торжественным обещанием Дракона, – усмехнулся Майзель. – Если до этого когда-нибудь дойдет… Я велю посадить тебя по левую руку невесты.
– А по правую?
– Со-о-ня-а…
– По правую буду я сам.
– Ладно. Ты обещал! – Сонечка встала на сиденье и обняла Майзеля за шею. – Вы только очень долго не думайте, а то я вырасту, мне уже не так интересно будет…
Майзель тихонько похлопал ее по руке:
– Давайте договоримся. Никаких вопросов о планах и о детях. Я особо оговариваю не касаться именно этих тем, поскольку последствия могут быть непредсказуемыми. Особенно про детей. Слово?
– Ну, понятно.
– А почему?