Чтение онлайн

В горячке он даже не успел пожалеть об этом. «Где же второй?» — напряженно думал он. Через какое-то время, судорожно сжимая в руке обломок катаны, Алексей осторожно высунулся из своего убежища. Рядом еще сучила ногами пораженная тварь с торчащим из груди кусочком сломанного лезвия. Оглядевшись вокруг, Алексей обнаружил, что вторая уже превратилась в точку над горизонтом, отдаляющуюся в сторону болот.

Отбросив в сторону бесполезный уже обломок меча, Алексей обессиленно прислонился к стенке, поскольку почувствовал, что вот-вот упадет. Предательские колени непроизвольно согнулись, и он сполз вниз. Он чувствовал себя настолько мерзко, что казалось, душу вывернули наизнанку. И не боль от ушибленной головы и разодранные локти вызывали такое состояние. Его вырвало, и не было сил даже отодвинуться в сторону от лужи с мерзким запахом.

Без всяких мыслей он и просидел до тех пор, пока не вернулся Будивой с монгами. Только одна-единственная мысль изредка всплывала в опустошенном мозгу: «Как же я теперь без меча-то?»

Когда возвратившиеся с Будивоем монги увидели у руин останки истерзанных тел своих соплеменников, то один из них тут же выхватил саблю, а второй поднял лук на изготовку. Их перекошенные злобой лица обратились к сидящему Алексею, который пребывал в прострации. К счастью, разъяренные кочевники всё же обратили внимание на то, что среди тел убитых монгов лежат два тела в белых туниках.

— Что здесь произошло? — закричал Будивой.

У Алексея не было даже сил ответить жрецу. Он ощущал себя настолько разбитым и опустошенным, что голос жреца доносился до него глухо и отдаленно, словно с большого расстояния.

— Я ведь почуял, что здесь что-то происходит. Ты ранен? — допытывался Будивой.

Алексей покачал головой. Жрец несколько раз провел руками над его головой, после чего Алексей смог медленно подняться. Не говоря ни слова, он подобрал саблю одного из мертвых монгов и пошел в руины, дав знак остальным следовать за ним.

Громадный плотоядный «жук» уже перестал дергаться. «Видно, я попал ему в один из брюшных ганглиев. Насекомое», — отрешенно подумал Алексей и несколькими ударами отсек голову чудища.

С трудом подняв двумя руками страшную голову с ужасающими жвалами, он обратился к монгам, чьи силуэты расплывались у него перед глазами:

— Возьмите мой бунчук. Скачите в Анком. Представитесь послами Кудай-хана. Башку этой твари и голову того златовласого человека, который убил ваших соплеменников, отдадите королю Браннии. Если он еще сомневается, то… — Последние силы покинули его и теперь он потерял сознание, растянувшись рядом с обезглавленным телом твари.

Следующим кадром было серьезное лицо с темными усами, обрамленное седыми прядями.

— Пора назад. Воды совсем не осталось, — произнес жрец, когда Алексей снова обрел способность ощущать окружающий мир. — Я тебя немного «подтянул». Поехали.

Какое-то время Алексей молча покачивался в седле Соловушки, склонив голову, и не отвечал на вопросы жреца. Но когда ему стало чуточку лучше (уж что там над ним «наколдовал» Будивой), он рассказал хмурящемуся и мрачному жрецу о стычке с новоявленными златовласыми «богами».

Даже в степи немилосердно хотелось пить. Но путникам пришлось себя пересилить и набраться терпения, ведь почти с половины обратного пути им пришлось возвращаться назад, к развалинам древнего города. За всей суматохой с визитом обриев они забыли в руинах найденный ларец из легкого металла. К тому времени Алексей уже почти оклемался от встречи со златовласыми и, если бы не мучительная жажда, чувствовал себя вполне сносно. Болела только голова.

— Эти «боги» уж очень сильно давят на мозги, — с трудом ворочал Алексей шершавым сухим языком по пересохшему рту. — Я еле смог удерживать их силу снаружи. А из монгов только одного они не смогли полностью подавить.

— Я почувствовал их силу. И мы быстро поскакали назад. Да немного не успели, — ответил жрец.

— Да, тяжеловато нам будет с ними сражаться. — Будивой кивнул.

По возвращении Алексей первым делом бросился к ближайшему колодцу и вдоволь напился прохладной воды. Он пил и пил, зачерпывая кружку за кружкой до тех пор, пока, казалось, живот не лопнет от переполняющей его живительной влаги. А потом долго купался в реке, стараясь смыть грязь и пот с тела и окончательно избавиться от неприятного чувства вмешательства златовласых в его рассудок. «Нельзя, любой ценой нельзя позволить им завоевать эту землю, — натирая себя речным песком, думал Алексей. — Что там у нас с пушками?»

— Мастер, твой меч снова выручил меня в трудную минуту. Но на сей раз он сломался… — поведал Алексей Крафу.

— Жаль, — расстроился тот. — Ну ничего. Закончим с этим оружием, закончится война — и я продолжу ковать для тебя меч, который не сломается.

— Мастер, мне уже не нужен меч. Теперь моим клинком будет армия. Армия Самьнавских народов и ящеров, которую я поведу в битву. И нам нужно то оружие, над которым ты сейчас работаешь.

— Мы уже готовы отливать первую пушку.

Ночью Алексей почти не мог уснуть, несмотря на то что изрядно устал и измучился. Думы, думы, ДУМЫ… Если бы он сейчас, буквально сию минуту, мог вернуться в свой мир, на Родину. Вернулся бы он? Алексей не знал. Связь с тем миром постепенно становилась всё более призрачной и оставалась всё больше в виде знаний, которые пригождались в нужный момент. Да еще в виде песен и всплывающих время от времени въевшихся в память фраз из любимых кинофильмов.

Что ждет его там? Работа, карьера, суета мелочной жизни. Болезни и повседневные проблемы. А ведь и здесь хватает проблем. Да еще каких! Мирового масштаба, можно сказать. Сколько раз он уже находился на краю гибели. Сколько шрамов появилось на теле. А сейчас надвигается страшная война с неизвестным исходом. Но, несмотря на все невзгоды, здесь он — Человек. Не биоробот, у которого день проходит по расписанию: 6.00 — подъем-зарядка-завтрак-работа-пиво-телевизор-отбой — 23.00; и завтрашний день будет почти таким же самым, как и предыдущий. Здесь он не знает, что будет завтра. В этом мире он человек, от которого зависит многое. Недаром же его пытались захватать эти хреновы «боги» обрии, мать их так.

Может, это сбываются фантазии, в которых он представлял себя мудрым полководцем, ведущим армии в битвы? Теперь у него всё происходит на самом деле. Но сейчас почему-то ему совсем не хочется участвовать в сражениях и командовать воинами. Мечты мечтами, а здесь у битвы совсем другой, отнюдь не романтический окрас, здесь царит реальная смерть. Тут он отвечает за жизни как своих воинов, так и целых народов. Не говоря уже про то, что может сам сложить голову.

Но иного пути у него нет. Внезапно Алексей понял, что уже не сможет бросить тех, кто ему доверяет, кто на него надеется. Он будет с ними до конца, каким бы он ни оказался.