Гора

«Вставай! еда стоит денег!» звучало каждое утро в доме на безымянной улице на самой окраине старой деревни, близ Сеула. Через десять минут из этого дома выходил парень, чтобы полить грядки и покормить бездомных кошек, собак, приходивших к его дому. Еще через двадцать минут он садился на велосипед и ехал по безлюдной песчаной дорожке вдоль опустевших и разрушившихся домов.

В течение двух часов парень ехал на работу в небольшой частной стоматологической клинике, которой управлял он сам и его друг. Родители коллеги были весьма обеспечены, даже богаты и помогали своему сыну во всем, а так как доходов клиники еле хватало покрыть расходы на кредит по технике и закупку необходимых лекарств, то хотя бы часть аренды оплачивали его родители. Они искренно надеялись на успех своего сына. Рядовым, квалифицированным стоматологом был парень, живший в безлюдной деревне. Он выполнял работу, а сын богатых родителей был менеджером, бухгалтером и зубным хирургом, однако последнее ему было нужно меньше всего.

– Ну что? Снова пломбу тебе ставить? – вновь прозвучала эта обычная утренняя фраза от потного парня, затаскивающего велосипед в помещение.

– Вот из-за того, что ты так говоришь, все так и есть! – заныл коллега, подавая стакан воды. – Сегодня у нас есть клиент, Чжу Хван.

– На сколько? – спросил Чжу Хван, сделав три больших глотка.

– Через полчаса. Им срочно надо.

– Сколько заплатят? – он снял потную футболку и жадно стал пить воду.

– Два миллиона вон, – Чжу Хван поперхнулся.

– Два миллиона вон? Что им сделать надо?

– Вот таким ты должен быть всегда! Радость! Энергия! Глаза горят! Им нужно поставить пломбу после прочистки.

– Легкая работа, а они столько платят?

– Говорю же! Им надо срочно! Они через Сеул проезжают на самолет, но зубная боль, видимо, замучила.

– Я тогда пойду приготовлю кабинет.

– Футболку надень! – коллега кинул в Чжу Хвана футболку.

– Спасибо, что заботитесь обо мне, господин Мин Хен Е, – Чжу Хван саркастично поклонился в пол.

Вечером, когда парни уже убирали помещение, к ним зашли три человека. Время работы уже закончилось, так что и Чжу Хван, и Хен Е сильно удивились. Хен Е подошел к ним, протянув визитку.

– Простите, мы уже закрыты. Назначьте время на завтра по номеру на визитке либо сейчас, если вы уже определились.

– Мы тут не зубы лечить пришли, – один из мужчин выдернул визитку из рук Хен Е и кинул ее куда-то в сторону. – Владелец банка попросил нас навестить каждого должника. Вы брали кредит в банке «Фудзияма», – Хен Е молчал, дрожа.

– Да, брали, – Чжу Хван вышел вперед. – Нам нужны были деньги на покупку оборудования.

– Если мы пришли по адресу, то вы не платили уже три месяца.

– Мы платили, но не всю сумму. Выплата уж больно велика, господин.

– А чем вы думали, когда подписывали контракт? Или думали, что раз головной офис находится в Японии, то избежите расплаты?

– Вовсе нет, мы оплатим долг сегодня же. Не волнуйтесь.

– Не волнуйтесь? Ты хоть представляешь с кем говоришь? – мужчина чуть ли не рычал. Он подошел ближе и оголил торс. Все тело было в татуировках японских иероглифов и пейзажей, на каждом из которых была гора.

– Нет, не знаем, – Чжу Хван нервно сглотнул.

– Мы – сятеи крупнейшей якудзы «Гора». Наш прошлый оябун плевать хотел на дела в Корее, но новый оябун будет держать вас в ежовых рукавицах, если не выплатите долг сегодня же.

Мужчина развернулся и вышел, и его свита вышла за ним. Парни вздохнули с облегчением.

– Я оплачу долг сегодня же, – Чжу Хван взял деньги из стойки и вышел, вытащив свой велосипед. – До завтра, Хен Е.

– Чжу Хван, погоди! Это наши общие деньги! Отдай часть мне! Я хотел купить на них кое-что важное.

– Ты сейчас серьезно? Нам только что угрожала мафия, а ты хочешь купить что-то важное? Да что может быть важнее наших жизней? – Чжу Хван уехал.

Порой он очень удивлялся эгоцентричной глупости своего друга. С их жизнями можно будет попрощаться, если они не заплатят долг. Однако Хен Е не считал это достаточно важной причиной, чтобы лишиться денег. Чжу Хван поехал в банк и оплатил часть кредита. Однако этого не хватило, и они все еще должны были банку сумму, превышающую погашенную в два раза. А ведь такие клиенты, как в тот день, бывали редко.

Чжу Хван медленно ехал домой. Как назло, пошел дождь. Проезжающие мимо машины обливали Чжу Хвана с ног до головы. Промерзший и промокший до нитки он свернул с трассы на дорогу к деревне. Было почти полночь. Вдруг он резко свернул, чуть не врезавшись в машину, стоящую на обочине. Чжу Хван остановился, чтобы посмотреть, что это за чудаковатый человек. В шуме дождя он услышал, как дверь машины открылась. Чжу Хван направил фонарик на машину.

– Хей! – уставший девичий голос позвал Чжу Хвана. – Моя машина сломалась, и телефон разрядился. Вы не могли бы мне помочь, господин?

Девушка подошла ближе. Она насквозь промокла, как и Чжу Хван. Она прикрывала лицо рукой от дождя, как козырьком. В слабом, тусклом свете фонарика Чжу Хван смог увидеть лишь очертания девушки.

– Вы не могли бы открыть капот?

– Он уже, – девушка подняла крышку. – Я сама тоже пыталась. Но тщетно.

– А что происходит, когда вы заводите?

– Ничего не происходит. Жужжит, а потом тишина.

– Так у вас ремень ГРМ порвался, – Чжу Хван довольно разбирался в машинах, так как два года работал помощником мастера, и мог одним взглядом понять, что не так.

– И что делать? Здесь поблизости нет ничего.

– В километрах пяти в сторону Сеула есть мастерская. Но вряд ли они приедут в такую погоду, – Чжу Хван задумался.

– И что же делать? – девушка тряслась от холода.

– Сядьте пока в машину. Я сам починю.

– Ладно, – девушка села в свою дорогую низкую машину, а Чжу Хван снял ремень с брюк и заменил им ремень ГРМ.

– Попробуйте завести, – сказал он, постучав в окошко.

Девушка завела машину, и свет в салоне тут же загорелся. В ярком свете ламп Чжу Хван смог увидеть ее радостное лицо, мокрый горбатый нос и короткие волосы. Она повернулась к Чжу Хвану. На ее тонкой шее красовались три страшных шрама, будто кто-то ножом исполосовал ее.