Чтение онлайн

– Хочу, – ухватился он за возможность поговорить с актрисой наедине.

– Кофейня «Лангуст», в час дня, – тихо проговорила Авиэтта и изящно поправила локон, упавший ей на щёку.

Следователь повернулся к ним и спросил:

– Кто первым обнаружил Ингрид Марлин?

– Я, – Роберт поднял руку на уровень груди, показывая на себя. – Роберт Белугин, писатель.

– Я вас внимательно слушаю, – следователь пристально уставился на него.

– Я принёс цветы для Ингрид, – Роберт снова ощутил эту неизъяснимую грусть в сердце. – Белые розы. Хотел поздравить до начала спектакля, вошёл через чёрный ход, а когда открыл дверь в гримёрку, то увидел её висящей в воздухе. Через несколько минут пришла буфетчица Лина.

– Мне надо было забрать чашки, – к девушке вернулась способность внятно говорить.

– Потом появились все остальные: режиссёр Ванадий Синец, Изольда и Авиэтта, потом к нам присоединился посыльный Фэд.

– Можно мне уйти? – вмешался в разговор паренёк. – Я же только доставил посылку!

Следователь передал его третьему полицейскому, а сам вновь обратился к Роберту.

– Вы попадаете под подозрение, я обязан вас обыскать.

– Хорошо, – устало ответил Роберт и снял свой плащ. – Но будь я убийцей, то навряд ли стал бы дожидаться приезда полиции.

– А вдруг вас застали врасплох? – усмехнулся следователь, выворачивая карманы на его плаще.

– Чёрт, я этот момент не учёл, – Роберту пришлось согласиться с доводами мужчины.

К ним подошёл полицейский с аппаратом цилиндрической формы, в котором клубился чёрный туман. Обнаружитель магии навели на Роберта, и он ощутил лёгкое покалывание на коже.

– Чист, – произнёс эксперт и направился к режиссёру.

– Прошу вас не уезжать из города, – попросил следователь и вернул Роберту плащ.

– Всегда к вашим услугам. Я могу идти?

– Да, – отпустил его следователь.

Роберт сделал два шага, а затем вернулся.

– Простите, как вас зовут? Хочу знать, к кому мне потом можно будет обратиться.

– Даниил Акулов, – представился мужчина. – Если хотите сознаться в преступлении, то я рад буду вас выслушать.

– Не сегодня, – покачал головой Роберт и ушёл.

Туман наполнился тяжёлыми, солёными каплями, весь город оплакивал сладкоголосую сирену. Роберт медленно продвигался сквозь плотную пелену, застилавшую глаза. Он хорошо ориентировался в городе, поэтому не боялся пройти мимо ресторана «Кобальт», куда и направлялся. Сейчас меньше всего Роберт желал оказаться дома и увидеть белоснежный лист бумаги. «Кобальт» был его любимым местом, где среди музыки, сиреневого дыма дорогих сигар и звона бокалов к нему приходило вдохновение. К тому же в ресторане недурно кормили гостей. Искрящаяся синяя вывеска проступила сквозь серый туман, Роберта встретил швейцар и услужливо открыл двери. Сразу послышалась музыка, печальная и убаюкивающая. Роберт снял плащ, стряхнул с него влагу, перекинул через руку и прошёл в зал.

Длинная барная стойка полукругом опоясывала кирпичную стену с навесными шкафчиками, где были расставлены бутылки. Вдоль неё тянулся ряд высоких стульев без спинок, обитых тёмно-синей кожей. Дальше шли столики, покрытые белыми скатертями, приглушённый свет скользил по бокалам и сервировочной посуде. Большинство уже были заняты, впрочем, Роберт больше любил сидеть за барной стойкой. Сцена находилась в глубине зала, синий прожектор выхватывал из сумрака музыкантов и микрофон на стойке, стоящий ближе к зрителям.

– Добрый вечер, Жорес, – поздоровался Роберт с барменом.

Мужчина с серебристыми висками и добродушной улыбкой без лишних слов поставил перед гостем бокал с морским коктейлем.

– Тяжёлый день?

– Ужасный, – честно признался Роберт и сделал глоток. – Убили Ингрид Марлин.

Бармен выронил из рук бокал, который натирал полотенцем, послышался звон, видимо, разбился вдребезги. Музыка на мгновенье стихла, а затем послышался восторженный ропот. Роберт повернул голову к сцене, певица в изумрудном платье вышла к микрофону, провела по металлической стойке, на которой он крепился, пальцами, словно бы обнимая его. Тягучая грустная мелодия полилась в зал, надрывно запела виолончель, и густой, бархатистый голос приливной волной обрушился на зрителей. Певица покачивалась в такт мелодии, а её песня была похожа на зачарованный зов, заставляющий дрожать струны души.

Роберт сделал глоток коктейля, скользнул взглядом по залу, все зачарованно слушали песню. Девушка в серебристом платье и соболиной меховой накидке присела рядом с ним. Лебединая шея, горделиво вздёрнутый подбородок и потемневший взор голубых глаз. Роберт заметил ожерелье, две тоненькие золотые нити переплетались и держали в своих хрупких объятьях белые жемчужины. Буква «Лъ» была выгравирована на золотом листочке.

– Добрый вечер, – улыбнулся Роберт девушке. – Прекрасное украшение. Позвольте узнать, а где вы его приобрели?

– Это подарок, – многозначительно промолвила девушка, ещё минуту на него безучастно смотрела, а потом её зрачки расширились, значит, узнала. – Это ювелирная мастерская господина Леопольда. Скажите, Роберт, вы уже начали писать новую книгу?

– Да, – соврал Роберт,чуть склонив голову.

Музыка стихла, девушка улыбнулась и явно хотела что-то ещё спросить. Роберт положил деньги на барную стойку и поторопился уйти, сейчас душа просила одиночества и уединения. Он вышел на улицу и вновь оказался в полной власти тумана. Роберт побрёл домой, мимо пронёсся трамвай, звякнув колокольчиками, где-то в темноте громко вскрикнула чайка. «Она была прекрасна», – подумал он и перед мысленным взором появилась ослепительная нимфа.

Квартира Роберта располагалась на втором этаже и была угловой, что его очень радовало. Окна кухни и спальни выходили во внутренний двор, зажатый между тремя домами и заросший остролистными клёнами; из просторной гостиной и небольшой комнаты, служившей ему одновременно библиотекой и гостевой, открывался вид на улицу и проезжую часть, по которой в прошлом году проложили трамвайные рельсы. Две старых липы росли около дверей парадной, отчего ранней весной квартира Роберта наполнялась чудесным сладким ароматом.

Он вошёл в дом, дверь в каморку консьержа была приоткрыта и оттуда доносились хрипловатые голоса, динамики на радио барахлили и искажали звук. Роберт тихо прошёл к лестнице и понял, что находится в парадной не один. Он задрал голову и увидел свою соседку, девушка успела сменить серую шаль на лёгкий плащ нежного лавандового оттенка. Она медленно поднималась по лестнице, а её изящные, тонкие пальцы скользили по деревянной перекладине перил.

– Добрый вечер, – тихо произнёс Роберт, хотя и был погружен в печаль.