Чтение онлайн

– Госпожа Медоуз пока под подозрением, у неё нет надёжного алиби.

– Я бы хотел представлять её интересы во время следствия.

– Что же, вижу, мне от вас никак не отделаться. Результаты магической экспертизы будут ближе к вечеру, а сейчас у меня в планах был осмотр квартиры госпожи Марлин.

– Думаю, нам обязательно стоит заглянуть и в «Дикую утку», – промолвил Роберт. – Почту за честь отблагодарить вас за пирожки с капустой.

– Тогда прошу следовать за мной, – Даниил Акулов поднялся из-за стола, прикрыл окно, затем надел плащ цвета маренго и широко открыл дверь.

Роберт первым вышел из кабинета, следом за ним следователь. Даниил отдал распоряжения своему помощнику, после чего они направились в квартиру Ингрид Марлин.

Квартира актрисы располагалась в живописном районе, окна выходили на бухту, отчего она вся казалась пронизанной светом. Роберт ощутил неловкость, что бестактно вторгся в святую обитель Ингрид Марлин. Он стоял посреди гостиной и с любопытством оглядывался по сторонам. Два низеньких диванчика у стены, обитые мягким бархатом василькового цвета, пуфик для ног, низкий столик, вырезанный из красного дерева и тяжёлые, плотные шторы оттенка пряной ночи. Картины украшали стены, это были полотна известных художников, и стоили они немало. Роберт немного разбирался в живописи, но новые веяния в искусстве его немного пугали. Картины Ингрид отличались жемчужно-перламутровыми оттенками, создающими ощущение радости и лёгкости. Изящные женщины в полупрозрачных платьях позировали художникам, позволяя запечатлеть свою красоту и невинность.

– Чувствуете? – даже Даниил Акулов проникся утончённой обстановкой в квартире Ингрид и заговорил очень тихо.

Роберт шумно принюхался и уловил запах корицы.

– Почти выветрился, – промолвил он.

Следователь поманил его в спальню, Роберт ещё больше смутился, но всё же прошёл за мужчиной. Широкая кровать стояла под балдахином, ветерок развевал газовую тюль. Кто-то успел предусмотрительно приоткрыть окно, чтобы запах магии истончился. Небрежно отброшенное в сторону одеяло персикового цвета, будто Ингрид недавно поднялась с постели и прошла в ванную комнату. Смятые подушки, забытый на высокой спинке стула серый шарф. Роберт повернул голову и посмотрел на шкаф, подол чёрного платья выбивался из-под дверцы.

– Шарф принадлежит мужчине, – он подошёл к стулу и указал на него.

– Я заметил, – утвердительно кивнул Даниил. – Ингрид кого-то принимала у себя вчера.

– Любовник? – в голосе Роберта проскользнули нотки ревности, впрочем, Ингрид не была обязана хранить ему верность, ведь он даже не осмелился ей признаться в своих чувствах.

– Помните, кто вчера был в сером костюме?

– Ванадий Синец! – потрясённо воскликнул Роберт.

– Вчера, когда я его опрашивал, он всё время пытался поправить на своей шее невидимый шарф. А когда речь зашла об Ингрид, то он жутко покраснел.

– Вспомнил, где оставил свой шарф. Но он мог случайно зайти к Ингрид.

– В спальню? – хмыкнул Даниил. – Вы всех с порога приглашаете в спальню?

– Насколько я знаю, Ванадий открыто встречается с актрисой Изольдой Линь.

– И это уже интересно, – Даниил сложил шарф и сунул его в бумажный пакет. – Приобщу к уликам.

– Ингрид была намного талантливее и обладала чудесным голосом.

– А Изольда Линь в дальнем родстве с генерал-губернатором, поверьте, это более выгодный брак, чем с госпожой Марлин. Вот вам и мотив убийства: Ванадий тайно встречался с Ингрид, она потребовала от него больше, чем он мог дать, и чтобы не потерять Изольду, решился на отчаянный шаг.

– Вчера он весь день был на глазах у всей труппы.

– Ванадий отсутствовал в театре во время обеденного перерыва, а также за два часа до начала спектакля отлучался, якобы за цветами.

– Изольда обеспечит ему алиби, – Роберт не сомневался, что влюблённая актриса всеми силами начнёт защищать режиссёра. – Вы хотите предъявить ему обвинение?

– Пока не будем торопиться, – печально вздохнул Даниил. – Дождёмся магической экспертизы, ещё раз всё проверим. Когда дело касается семьи генерал-губернатора, то всегда приходится быть предельно осторожными в формулировках.

Они покинули печальную квартиру Ингрид Марлин, оставив там полицейских, которые собирали отпечатки пальцев и прочие улики. Консьерж подтвердил следователю, что Ингрид во второй половине дня, когда вернулась из салона красоты, принимала гостей. Даниил приставил к мужчине художника, попросив запечатлеть образ того, кто наведывался к актрисе.

– В «Дикую утку»? – спросил Роберт, поправляя шляпу.

– Не откажусь, – ответил Даниил.

Они пересекли оживлённую дорогу по размеченной полосе и двинулись в сторону ресторана. Роберт любил «Кобальт» всем сердцем, да и к дому он был ближе, но порой заглядывал и в другие заведения города. Авиэтта правильно подметила, он был ценителем хорошей еды, настоящим гурманом. «Дикая утка» гостеприимно распахнула перед ними двери, обдав потоком тёплого воздуха и аппетитным ароматом копчёной дичи с изысканными специями. Зал был отделан тёмно-красными портьерами, верхний свет приглушён, дабы создать обстановку уединённости от шумной городской улицы. Роберт и Даниил выбрали столик около камина, с него хорошо просматривался ресторан. Молодой парень, облачённый в чёрную одежду, приблизился к ним и подал меню в кожаной папке.

– Вчера у вас обедала Ингрид Марлин, – Даниил показал своё удостоверение следователя.

– Я обслуживал её столик, – ответил парень. – Она скрывала своё лицо под вуалью, поэтому я предложил ей приватную кабинку, чтобы никто не побеспокоил её.

– Ингрид была одна? – продолжил спрашивать Даниил.

Роберт тем временем открыл меню и начал переворачивать страницы.

– Да, – официант достал из кармашка блокнот, полистал немного назад и зачитал: – Бокал свежевыжатого апельсинового сока, салат «Морской», поджаренные гренки без чеснока, запечённая грудка утки и груша в карамели. Она была очень вежлива и даже оставила свой автограф.

Парень указал на фотографию, висящую на одной из стен. Ингрид лучезарно улыбалась, игриво приспустив с правого плеча соболью накидку. Она словно бы говорила, что день соткан из радости и волнительного ожидания чуда. «Неужели человек, которому она всецело доверяла, отобрал у неё жизнь»? – подумал Роберт, ощутив прилив грусти.

Роберт уговорил следователя попробовать блюдо «Охотничья тарелка». Официант через несколько минут принёс жестяной поднос овальной формы, на котором была нарезана копчёная утка, лежали поджаренные хлебные лепёшки, стояли две глубокие тарелки со свежей зеленью и густым, ароматным соусом. Также к блюду прилагалась глиняная миска с молодым, отварным картофелем, посыпанным мелким укропом, и соленья: бочковые огурчики, размером с палец, дольки зелёного помидора и острые перчик. Роберт попробовал мясо утки и блаженно закрыл глаза, чувствуя, как изумительный вкус уносит его волной от грусти.

– Вкусно, – промолвил Даниил.

– Вкусно?! – возмутился Роберт. – Это потрясающая утка! Надо будет сюда заглянуть на выходных.

– Хороши живут писатели, – усмехнулся Даниил.

– У каждой профессии свои подводные камни, – заметил Роберт.

– И в чём же ваша проблема? – поинтересовался Даниил, подцепив вилкой дольку зелёного помидора.

– Мой роман «Потерянный рай» стал для меня якорем, – Роберт посмотрел, как следователь кривится от ядрёного вкуса солёного помидора, и улыбнулся. – А теперь я вынужден пожинать горькие плоды. В моей голове гуляет ветер, не могу сложить ни строчки. К тому же моё сердце оплакивает Ингрид. Знаете, я ведь почти решился признаться ей в своих чувствах, принёс белые розы.