Чтение онлайн

Около восьми вечера, горы остались позади, выплыли на равнину. Вместе с Карпатами, позади остались и леса. Равнинная часть края, вся давно распахана и покрыта полями и лугами. Как и планировалось ранее, остановились на ночёвку. На этот раз выбирали не полянку, а критическим стало наличие небольшой рощицы. Без дров костра не разжечь. Пока Витя возился с ужином, Рост решил немного порыбачить. Уж больно заводь рядом интересная. Пару раз копнув, набрал десяток аппетитных червей-выползков. Закинул удочку и молча воткнул в поплавок. Минут пятнадцать прошли спокойно, поплавок качался в такт волн. Вдруг, он на секунду замер, а затем стремительно ушёл в сторону и под воду. От неожиданности, Рост, чуть не проморгал поклёвку. Схватил удилище и поднял его вертикально, точнее попытался так сделать. Кончик выгнулся дугой. Лёска запела от напруги.

"Господи! Только не сорвись!"

Рыба, явно, тянула килограммов на пятнадцать-двадцать. Сильное животное отчаянно боролась за свою жизнь. То подплывала к берегу, то резко уходила на быстрину. Несколько раз, Ростиславу казалось, ушла, ан нет, хитрила, пыталась обмануть рыбака. Рука гудели от напряжения, пот заливал глаза. Не раз и не два, видать, выходила она победителем из подобных схваток. И сейчас победа была близка, но вмешалась судьба. Сам заядлый рыбак, Валентин решил проверить, как дела у друга.

— Что? Клюнула?

— Ага! Быстро лезь в воду! Я без подсака не вытащу!

Не раздевшись, сиганул в реку. Хорошо воды по пояс, а то, не ровен час, и утонуть можно.

Знаю такие случаи. Лето, жара, прыг, а с горными речками шутки плохи, вода и в июле холоднющая. Судорога вмиг скрутит. А там и музыка дома играет, и стол накрыт, только ты, не дай Бог конечно, в тапках белых не сидишь за ним.

Подвести добычу к товарищу удалось лишь со второй попытки. Валька вцепился ей в жабры со всей своей пролетарской ненавистью. Совместными усилиями выволокли рыбину на берег. Ею оказался сом, более чем метровой длины. Измученный, он неподвижно лежал и широко открывал рот. Рядом уставшие, но радостные, сидели парни.

— Вовремя подоспел. Сам, ни в жизнь, не вытащил бы. Ну и громадина.

— Матёрый сомище. Жалко кадров свободных в фотоаппарате не осталось совсем. Классные фотографии могли выйти. А так не поверят, скажут, сговорились.

— Да, жалко.

Отдышавшись, понесли улов в лагерь. Алексей и не понял сначала, чего там приволокли хлопцы. Удивлённый вскрик Виктора, заставил его обратить внимание на, принесённое, "бревно".

— Вот это да-а-а! Ну, ты даёшь, брат!

— Как ты его поймал?!

— Повезло. Хорошо Валька подошёл, как раз в тему. Самому такое не вытащить никогда.

— Я, сейчас, из этого такую уху сварганю, пальчики оближешь!

— По-моему, тут и на жаркое хватит. Килограммов, пятнадцать мяса!

— Замётано — мы ловили, вы — варите.

Готовить, конечно, помогали все. Разве усидишь, когда живот к спине прилипает.

Ужин удался на славу. Народ не наелся, нет. Народ объелся, причём самым свинским образом. Прошу не путать термин "свински наесться", с термином "по-свински есть". Звучание сходно, значение различно, принципиально, надо сказать, различно. Откушав, завалились спать. На полный желудок засыпается обалденно. Рост уже дремал, когда внезапно вспомнил, что оставил на берегу реки часы. Прихватив фонарик, отправился за ними. Они приветливо блеснули в свете лампочки, явно соскучившись по хозяину. Рука ещё закрывала молнию спальника, а он уже провалился в глубокий сон. Поздней ночью пришлось встать, приспичило. Ярко светила луна, освещая своим холодным светом стоянку. Укладываясь досыпать, Росту показалось, он слышит стон. Замер, прислушался. Где-то через минуту, стон повторился. Звук доносился со стороны Виктора. Он посмотрел в том направлении и заметил, над стонущим другом, облако тумана, как и в прошлую ночь.

"Точно простудится. Видать, от реки задувает. Вечно на сквозняке спать уложиться".

Он хотел встать и разбудить друга, но увидел, тумана нет, сдуло.

"Ладно, пусть спит".

Рост захрапел сам. Он спал и, во сне, видел берег южного моря. На песчаный пляж тихо набегают волны. Яркое, огромное солнце приветливо греет землю. Поднявшись с топчана, не спеша, заходит по колено в воду. Та нагретая, до температуры парного молока, не так освежает, как хотелось бы. Он идёт дальше и начинает плыть, рассекая воду мощными гребками. Отплыв подальше от берега, переворачивается на спину и лежит, мерно покачиваясь на волнах. Затем одевает маску. Ныряет. Морская глубина встречает пловца буйством красок. Красные, розовые, бордовые кораллы, словно подводный лес, в котором, где стайками, а где по одиночке плавают разноцветные рыбки. Ростислав не знает их имён-названий, да это и не важно. Для того, чтоб восторгаться красотой, совсем не обязательно знать её по имени, достаточно видеть и чувствовать. Он протягивает руку и гладит чешуйчатые спинки и животики. Спокойствие и гармония царят на дне морском. Внезапно, живность исчезает. Затылком Рост чувствует чей-то тяжёлый взгляд. Сердце начинает биться в бешеном ритме. В страхе, он оборачивается. Прямо перед ним застыла огромная чёрная акула. Ужас сковывает, не позволяет шевелиться, не позволяет даже попытаться спастись. Оцепеневший, обездвиженный покорно ожидает своей участи. Монстр, заметив его реакцию, усмехается, насколько может усмехнуться акула, и с торжеством смотрит в глаза человеку. Он пытается закричать, но вода попадает в рот, в горло, в лёгкие, Рост захлёбывается и …просыпается. Открыв глаза, видит, перед собой, испуганные лица Лёхи и Вальки. По инерции, они продолжают трясти его за плечи.

— Вам, что, делать нечего? На кой чёрт разбудили?

— Ты так орал, что переполошил всех!

Слегка запинаясь, пояснил Вальке.

— А, да фигня всякая приснилась. А Витя где? Ему не помешал! Только вам! Шутники!

Все обернулись. Виктор спокойно спал, только лицо, при свете луны, казалось немного беловатым.

— Всё, пошутили и будет. Спите.

Повернувшись на другой бок, Рост снова заснул…

…Он помнил всё…

…Рейд по турецким тылам прошёл отлично. Вражеские полки разбиты, взят большой обоз. Десятки телег полны оружия, продовольствия и фуража. Удалось захватить даже казну Сулейман-паши. События сей ночи радовали Михаила. Наконец, он смог отбросить турок от своих рубежей. И, как всегда, помог Атил, со своими «волками». Мала дружина у болярина, да, по всему видать, великие в ней вои. Он быстро привык к этому странному болярину, несколько лет назад, осевшему в Валахии. Молчаливый, он незаметно стал незаменимым советником в военных и государственных вопросах, оттеснив на второй план старых соратников. Его острый ум и, какое-то, прямо, волчье чутьё не раз помогало господарю. За пять лет их знакомства, Атил совсем не изменился внешне. Ни войны, ни тяжёлые походы, не смогли стереть лёгкую, ироничную полуулыбку с его бледного, воскового лица. Лишь губы налились кровью и приобрели ярко-пунцовый цвет. В контрасте с лицом, они притягивали бы взгляд, но этого не происходило. Мешали глаза. Они доминировали во внешности. Пронзительные, проникающие в самую душу глаза. Всегда холодные, завораживающие. И умные, будто, их обладателю открыты все тайны мироздания. Михаил не любил встречать взглядом с Атилой, старался избежать этого. А тот, всеми силами, старался, только, усугубить неловкость сей ситуации.

Странно действовал на князя болярин. Михаил, часто, пытался понять его, но всё тщетно. Атил всегда любил оставаться в тени, как в прямом, так и в переносном смысле. Его появление, зачастую, заставляло содрогаться от неожиданности старого, закалённого в боях воина. Он вообще умел передвигаться полностью бесшумно и удивительно быстро, незаметно проходить сквозь двери. По старым лестницам дворца подниматься так легко, что деревянные ступени, своим скрипом будившие половину замка, оставались, молчаливы, аки рыбы. Сам, с советам к князю, не лез, говорил, токмо, когда обратятся непосредственно к нему. Но, ежели, уж говорил, то всегда в точку, всегда по теме, умно и хитро.

И, теперича, рать совершила сей предерзостный рейд к границе, хотя, поначалу, идея казалась совершенно глупой и безрассудной. Атил смог убедить Михаила, что Сулейма-паша, безнаказанно опустошавший восточное приграничье, не ждёт внезапного удара от противника, явно слабейшего и не подготовленного.

— Тем более, — говорил Атил: — сама природа встанет за нас. Под прикрытием тумана мы подойдём к лагерю турок и уничтожим их. Токмо, князь, налёт сделаю я, со своими «волками», а ты, со всей остальной ратью, возьми лагерь в кольцо. Так надёжней будет.

— Добро. Не дадим никому уйти живьём.

— А живых и не будет.

Живых и не было, сдержал слово болярин. Под утро туман рассеялся и Михаил приказал сжимать кольцо. Армия, не спеша, настороженно двинулась вперёд. Дойдя до лагеря, господарь не поверил увиденному. Атиле с дружиной удалось уничтожить, порядка, семи тысяч турок. Всех! Такая удача казалась непостижимой, даже, для таких умелых бойцов, как «волки». За последние годы, полк Атилы вырос, почитай, вдвое, но, между двустами и семью тысячами, разница огромна.