Чтение онлайн

— Учитель, там два вампира.

Клаус на секунду вынырнул из своих раздумий и, бросив на вампиров короткий взгляд, лишь рассеянно протянул.

— А, исчадия.

— И мы просто так пройдем мимо этих ночных убийц?

Инквизитор все так же равнодушно скользнул по вампирам отсутствующим взглядом.

— Если они пройдут просто так мимо нас, то и нам ничто не мешает поступить так же.

— Учитель, но они кого-то тащат с собой.

— Пусть их. Исчадий много, а борцов с исчадиями мало. Негоже рисковать собой по каждому пустяку.

Из тюка за спиной стоящих в боевой позе вампиров раздался полузадушенный стон, в котором при изрядной доле фантазии можно было разобрать что-то сходное со словом "помогите".

Получалась какая-то фигня. Тём уже настроился на бой, а Клаус его мягко садит на попу. Норд прикинул шансы. Одному безнадежно, вдвоем с Клаусом — это будет замечательный бой, и поскольку вампиры не вызвали у учителя никаких опасений, то и, наверняка, выигрышный. Как бы ещё прорваться сквозь это непонятное миролюбие учителя? Как бы правильно им проманипулировать?

— Учитель, я уверен, что вампиры украли девушку, я только что слышал её крик о помощи. Я не могу оставить её на поживу этим врагам рода людского. С вами, без вас, но я прямо сейчас иду её спасать. Лучше умереть за светлое дело, чем слышать потом всё время, как этот крик приводит в мои сны Тьму.

— Девушка, говоришь. — Клаус вышел из личного пространства и с новым интересом посмотрел на кровососов.

Полузадушенный крик — стон повторился.

— Похоже ты прав, и в тюке действительно девушка, а не барашек.

Инквизитор единым движением выдернул из ножен меч и плавно качнулся навстречу вампирам.

— Девушка это уже не пустяк, а если девушка там ещё и красивая девушка это совсем, совсем не пустяк. Стой за спиной, вперед не высовывайся. Тот, что справа матерый кровосос, ты ему на пару минут боя. Слева — Патриарх младшей Семьи. Подвернешься под руку, перекусит в мгновение и не заметит.

Патриарх вампиров был неимоверно быстр, смазанным, на грани восприятия, движением он метнулся к перекрывшему ему дорогу инквизитору. Встречного движения учителя Тём вообще не успел отследить, услышав только, как сталь звякнула о сталь и противники замерли друг против друга с обнаженными клинками. Тём сделал шаг ближе к противникам.

— Я же сказал, не высовывайся. Просто не дай им зайти ко мне со спины. Остальные три стороны я беру на себя.

Инквизитор был сосредоточен.

— Главное, не допусти, чтобы тебя поранили. Эти твари быстрее акул впадают в ярость от запаха крови. А глоток крови во время боя усиливает их регенерацию.

Тём кивнул, подтверждая, что услышал и принял к сведению. Возможно, то, что сейчас говорил Клаус, это прописные истины. Но где сейчас тот форум, на котором они прописаны? А вампиры — вот они, медленно расходятся в стороны с обнаженными клинками, чтобы атаковать наставника с двух сторон.

В атаку вампиры бросились одновременно, сразу и безошибочно определив для себя главного врага и решив покончить с ним одним сдвоенным ударом.

Такой желанной удачи им не хватило всего лишь малой крупицы на двоих. Инквизитор успел сказать свое Слово раньше.

Атаковавший слева Патриарх словно споткнулся и замер, увязнув в воздухе, как мошка в меду, не дотянувшись в рывке пару метров до Клауса. Палаш в его руке засверкал обжигающим серебром, заставив вампира с рычанием выпустить его из рук. Этой мгновенной остановки инквизитору хватило, чтобы ещё в момент произнесения последнего Слова, рвануться навстречу правому бойцу, и, приняв на свой кинжал палаш атакующего, вонзить под ним свой клинок в сердце вампира. Рана, в месте проникновения клинка, вспыхнула холодным, синим пламенем, и вампир отозвался высоким однотонным, полным боли воем.

Тём едва успел порадоваться союзу стали и святого слова в действии, как второй вампир под рвущий перепонки вой сородича, неимоверным усилием вырвался из вязкого кокона и в прыжке навалился на Клауса, сбив того на землю. Пальцы одной руки Патриарха мертвой хваткой вцепились в горло инквизитора, разом перекрыв и возможность говорить и возможность дышать. Когти второй остро резанули Клауса по груди. Кровь из-под ногтей брызнула в лицо вампира, доведя жажду боя Патриарха до безумия.

Отправляться на перерождение Тёму было не впервой, но вот через мгновение потерять уникального наставника, он отчаянно не хотел.

Тём без дальнейших раздумий метнул глевию в спину вампира, прижимающего к земле инквизитора. И попал.

Патриарх, взревев, отбросил от себя безвольное тело Клауса и шагнул к Тёму. Совсем без замаха хлестанул норда рукой по груди, тем не менее, не просто сбив того с ног, но и отбросив этим ударом далеко в сторону.

Тём, жизнь которого от одного удара сразу сползла в красный сектор, лежал не шевелясь, только сильнее сжимая рукоятку кинжала. За оружие, когда-то подаренное Мизуки, он в момент падения схватился инстинктивно. Свое квестовое оружие, как шанс выйти живым из под удара медленно наплывающего убийцы, до сего мига он не рассматривал. Оружие само напомнило о себе.

Едва теплая в момент когда Тём схватился за кинжал, рукоятка по мере приближения вампира холоднела все сильнее и сильнее, будто примораживая пальцы норда к костяной рукоятке.

Убийца остановился над нордом, непонятно медля с ударом. Тему так и не довелось узнать, наслаждался ли вампир в это мгновение беспомощностью жертвы или раздумывал о её гастрономических особенностях. Ударивший сверху в Патриарха столб белого света развернул вампира к приподнявшемуся на одно колено Клаусу и подарил Тёму полсекунды времени.

Даже в эти полсекунды вампир что-то почувствовал, вывернул голову в сторону норда, но полностью развернуться уже не успел.

Тём, отчаянно мечтавший о подобном шансе, своего не упустил. Коротко и немного неловко, но со всей возможной силой он ткнул острием кинжала в ногу Патриарха.

Кинжал, казалось, и не требовал, чтобы рука им ударившая была сильной, так легко, без сопротивления прошел сквозь кожаные штаны, рассекая твердые, словно камень, мышцы. И всё. Не было не воя, ни корчей, ни агонии. Патриарх замер с перекошенным беззвучным криком боли и ужаса ртом. Тём на грани сил продолжая удерживать кинжал, опустился в траву, безучастно отмечая плывущие над своей головой по красному небу кровавые облака.