Чтение онлайн

Она недоверчиво покосилась на него. «Подозрительная сука», – подумал граф и, пройдя через комнату к бару, налил себе стакан арманьяка. Поскольку все они сидели, он предпочел стоять, так как это давало ему некоторое превосходство.

– Дело приняло неожиданный оборот, – не спеша начал граф. – Нам требуется пересмотреть наши планы.

– Неожиданный оборот? Что, черт возьми, случилось? – изумилась З.З.

– Гор, – ответил граф. – Банкир.

– Что такое с банкиром? – поинтересовался д'Итри. – Он что, передумал? Не хочет продавать нам ее долю?

– Дело не в том, хочет или не хочет, – ответил граф, глядя на него. – Просто не может.

– Не вижу никакой разницы между «не хочет» и «не может». – Д'Итри был явно озадачен.

– Поверьте мне, разница существенная, – ответил граф.

– Вы хотите сказать, что ей удалось расплатиться? – скептически спросила З.З.

Тут загалдели все разом, но граф поднятием руки призвал их к тишине.

– Нет, она не расплатилась, – сказал он, – но получила недельную отсрочку.

– Отсрочку! – взвыла З.З. – Но у этого займа не может быть продления!

Граф мрачно улыбнулся:

– Сегодня без пятнадцати одиннадцать утра мистер Гор безвременно нас покинул. Он покончил жизнь самоубийством.

– Черт возьми! – воскликнул фон Айдерфельд, хлопнув ладонью по сфинксу. – Я знал, что доверять ему нельзя!

– И что нам теперь делать? – злобно спросил д'Итри.

– А что мы можем сделать?! – взвизгнула З.З. Она, словно обвинитель, уставилась на графа. – Вы заверяли нас, что все организовано! Что ничего не случится! – Дрожащими пальцами она вынула «Данхилл».

Граф остался совершенно спокоен. Он не позволит им довести себя до бешенства.

– Что поделать, – отозвался де Леже. – Мне, так же как и вам, не нравится происшедшее. Кажется, Гор растратил чужие деньги. Так уж случилось, что он выбрал для этого совсем неподходящий момент.

– О Господи! – простонала З.З. и залпом осушила бокал.

– Сейчас, когда Гора нет, – задумчиво начал фон Айдерфельд, – что мы можем предпринять?

Граф неопределенно пожал плечами:

– Кто-нибудь займет его место. Остается только терпеливо ждать. Потом попробуем найти к нему подход.

– А если он окажется неподкупным? – с раздражением бросил д'Итри. – Что тогда?

– Мой дорогой Марчелло, – холодно произнес граф. – У каждого есть своя цена. Вам это известно лучше, чем другим.

Д'Итри покраснел:

– Что вы хотите этим сказать?

– А то, что из всех нас у вас меньше всего оснований ненавидеть Элен. Без нее вы были бы никто или, может быть, имели какой-нибудь третьеразрядный магазин готового платья в каком-нибудь захолустье. Она вас вытащила, а сейчас, видите ли, вас не устраивает ваша цена. – Граф помолчал. – Марчелло, вы пилите сук, на котором сидите.

– Замолчите! – закричал д'Итри. – Замолчите! – Он в ярости вскочил на ноги. – А сами-то вы? – Его указующий перст прошелся по всем остальным. – А вы?

Граф добродушно рассмеялся:

– У нас совсем другие причины, Марчелло, и они куда серьезнее. Это не просто вопрос возвращения долга.

– Плевать я на вас хотел! – орал итальянец и, сделав неприличный жест руками, выскочил из комнаты.

В гостиной повисла напряженная тишина. Первой не выдержала З.З.: она громко расхохоталась.

– Ну и ну, – покачала головой она. – Как неприлично.

– Марчелло – деревенщина, – заметил граф язвительно, снова наполнив бокал арманьяком. – Может, у него и водятся деньжата, но породы у него нет. Терпеть не могу этих нуворишей! – Граф виновато посмотрел на фон Айдерфельда и улыбнулся. – Речь, конечно, не о вас.

– Хотелось бы надеяться, – надменно ответил промышленник и встал с кресла. – Вы дадите нам знать, когда войдете в контакт с новым банкиром?

– Конечно, – кивнул де Леже.

– Прекрасно. Сейчас, к сожалению, мне надо идти. У меня важная встреча, я уже опаздываю.

Когда они остались одни, З.З., передернув плечами, сказала:

– Всякий раз как его вижу, у меня мороз по коже. Эта до жути бледная кожа, красные глаза… Настоящий монстр. – Она содрогнулась.

Граф промолчал, и она приняла его молчание за согласие.

– Пожалуй, мне тоже пора. – З.З. вздохнула. – После всех этих новостей куплю что-нибудь у «Бендела», чтобы хоть немного взбодриться.

Дворецкий подал ей манто, граф же вежливо проводил до двери, так и не выпустив из рук бокал с арманьяком.

Уже на пороге З.З. остановилась и с интересом посмотрела на графа. Ее губы растянулись в злой усмешке.

– Вы никогда и ни единым словом не обмолвились, за что так сильно ненавидите Элен Жано, мой дорогой граф. Возможно, ответ отнюдь не для женских ушей. Я права?

Граф уставился на бокал. На лице его внезапно появилась гримаса боли, и З.З. искренне пожалела, что вообще затронула эту тему.

Он вдруг ласково, едва слышно произнес:

– Я… когда-то любил ее.

З.З. бросила на него быстрый взгляд. Жалость уступила место любопытству.

– Да что вы? И что же случилось?

Внезапно по телу де Леже пробежала судорога, а пальцы так впились в стакан, что тонкий хрусталь не выдержал и лопнул в его руке. Острые осколки стекла поранили его ладонь, из горла вырвалось глухое рыдание.

– Что случилось?! – закричал он.

По дому, словно раскаты грома, прокатился его истерический смех.