Чтение онлайн

За свою жизнь я дважды уходила не прощаясь. Бросала некогда дорогое и знакомое. Разрушала мосты. Я не жалела о своих поступках. Ни о первом, детском и безрассудном, ни о втором, горьком и болезненном. Я не желала восстановить мосты. Зачем, потратив столько сил на побег, плакаться и мечтать вернуться? Нет. Пускай останутся лишь камни. Только бы они не тянули меня ко дну. Я знаю каждый свой булыжник. А сколько их у тебя?

— Ким? — я потянула друга за край рукава. Он остановился. Мы простояли несколько мгновений.

— Нам пора, — произнес Ким, двинувшись с места. Рукав выскользнул из моих пальцев. Эти слова решили все.

— О-хо-хо, уезжаете? Жалко, я к вам уже привык. Ну, надо так надо! Вы ведь торчали здесь не по своей воле, — добродушно сказал хозяин лавки, увидев нас с вещами.

— Вы правы, нам пора. Спасибо за ваше гостеприимство, — поклонившись, поблагодарил Ким.

— Да что за гостеприимство! Грязный чердак? Бросьте!

— Ну, мы пойдем, — напарник поправил сумку.

— Ты иди. А я на минутку задержусь, — предупредила я друга.

Ким задумчиво посмотрел на меня. С одной стороны, ему не хотелось мерзнуть на улице, а с другой, он видел мое умоляющее лицо. Друг решил поступить деликатно. Махнув рукой, что значило «Фиг с тобой, но долго ждать не буду», он вышел. Мужчина с интересом посмотрел на меня.

— Я тоже хочу поблагодарить вас за доброту и кое о чем попросить, если можно.

— О чем же?

— Понимаете, я не успела попрощаться и отблагодарить хозяина «Театра». Времени у нас не осталось. Мы уезжаем. Не передадите ли вы ему мои слова? — с надеждой спросила я. Вначале мужчина недоуменно вытаращил глаза, а потом разразился громким смехом. С потолка посыпался мусор и паутина. Я обиженно надула губы. — И вовсе не смешно.

— Нет-нет, вы неправильно поняли, ох. Госпожа гренадер обиделась? Не обижайтесь, будет вам! Что со старика взять? Вы меня в лучших чувствах удивили, правда. Такая внимательность.

— И что плохого?

— Ничего. Напротив. Госпожа гренадер, вы, я вижу, знаете важность прощаний и благодарности?

— Обыкновенная вежливость, — смутившись, буркнула я. Что его так рассмешило?

— У вас замечательная привычка, — помолчав, проговорил мужчина, положив свою мозолистую руку мне на голову. — Она может сделать счастливыми многих людей. Лучше не изменяйте ей. Не беспокойтесь, я все обязательно передам. Хо-хо, вам, госпожа гренадер, пора в путь. Вашего друга, наверное, занесло снегом. Никогда не заставляйте ждать людей, которые готовы это делать.

— А?

— Не волнуйтесь, улыбайтесь и хорошо питайтесь! Вот мои вам пожелания! — Потрепав меня по голове, мужчина рассмеялся.

— С последним, боюсь, будут проблемы, — протянула я, шмыгнув носом. — Но спасибо, до свиданья!

— До свиданья, до свиданья! И будьте осторожны! Север бывает жесток и непредсказуем.

Последние слова застали меня в дверях. Я обернулась. Лицо мужчины было серьезным. Ветер задул в дверь, взъерошив волосы. Снег, воспользовавшись замешательством, влетел внутрь. Снежинки, покружив в тихом танце, безмолвно осели на пол. В воздухе можно было ощутить зародившееся ожидание.

— Да, я уже знаю, — сказала я, сделав шаг за порог.

— Лоси?! — в который раз вопросила я, не веря своим глазам.

— Лоси, лоси, успокойся. Откуда столько удивления?

— Но ведь это лоси!

— Акира, выпей машинного масла. Ты серьезно заедаешь, — посоветовал парень.

Будешь тут заедать! Лоси в санях! Собак — видела, оленей — видела, но лосей! Я оббежала «конструкцию» со всех сторон. Не смутилась заглянуть и под низ. Животные невозмутимо жевали, меланхолично наблюдая за моими выкрутасами. Жевание подстегнуло во мне удвоенный энтузиазм, и я чуть ли не залезла лосям в рот. Ким поспешил вытащить меня и отвести подальше.

— Я понимаю, ты у нас вечно голодная, но давай не будем объедать бедных зверей. Им нас еще везти.

— Разве лоси ездовые животные?

— Обычно нет, но на Севере, где климат суров, особо выбирать не приходится. Средств передвижения немного, исключая технические новшества, которых мало, и доступны они отнюдь не всем; остается всего несколько способов. Первый — пешком. Беря во внимание низкую температуру и снежный покров в несколько метров — не самый удачный вариант. Второй — на санях или в упряжках. Куда более эффективно, но опять возникают проблемы. В упряжки можно запрячь оленей или ездовых собак. Собаки удобны. Их легко разводить, и стоят дешевле оленей. Минус — они не настолько быстры и выносливы. Хотя отдельные породы могут состязаться наравне с оленями, но их мало. И опять же вопрос в цене. Но главная сложность — в содержании собак: их нужно кормить мясом. Дефицитный продукт. Даже несмотря на богатый промысел. Олени в этом плане лучше, сами питаются подножным кормом. Лосей используют в редких случаях. Они более грузные и, честно говоря, довольно медлительные. Зато более выносливые и могут перевозить тяжелые грузы. В седле лось способен нести больше ста килограмм, а запряженный в сани — до четырехсот. Госпожа Ильская предоставила нам экипаж. Для твоего понимания: перед нами зимний вариант кареты. Видишь, у нее вместо колес лыжи, как у саней? Сама конструкция весит немало, плюс багаж и пассажиры. Для оленей тяжеловато, зато для лосей в самый раз. Поняла? Еще будут вопросы?

— Только один.

— И какой?

— Откуда ты все знаешь?!

— Откуда? Хм, о поездке на Север нас проинформировали заранее. Было время подготовиться. Я сходил в библиотеку. Почитал необходимую литературу. Я решил, подобное не будет лишним.

— И сколько ты успел прочесть?

— Дай подумать. Ну, примерно штук двадцать книг и несколько стопок газетной макулатуры, — прикинув в голове, ответил парень.

— Обалдеть! Святые ватрушки, нам дали два дня! Когда ты все успел?

— Я быстро читаю, — пожал плечами Ким. Порой мне кажется, что он не человек.

— А ты, как я понимаю, не особо утруждала себя подготовкой?

— Неправда! — праведно возразила я. — Я тоже прочла кое-какую литературу.

— Что-то вроде «Традиционные блюда Севера» или «Кухня Севера»?

— Как ты догадался? — поразилась я. — Ты следил за мной?!

— Нет. Просто я знаю тебя как облупленную.

На том наш разговор прекратился. Нас стали рассаживать по местам. Госпожа Ильская с Юмой ехали в отдельном экипаже. Разумеется, столько багажа. Но я понимала — проблема в другом. Социальную лестницу никто не отменял. Безусловно, это не афишировали. И так понятно. Забавно, когда мы впервые встретились, госпожа Ильская казалась кроткой девушкой, боявшейся привлечь к себе лишнее внимание. Сейчас же она вела себя сдержанно и уверенно, соответствуя всем правилам хорошего тона. Я не перестаю удивляться, как легко и быстро могут меняться люди. Даже пугает. Думаешь, что знаешь человека сто лет, а потом за секунду все может измениться. Перед тобой вдруг возникает незнакомец. И ты его не знаешь.

Меня толкнуло вперед. Экипаж двинулся с места. Вначале совсем медленно, потом постепенно убыстряя ход. Смотреть в окно не было никакого смысла. Как я заметила раньше, пейзажи здесь не балуют своим разнообразием.

Честно говоря, я и сама не исключение. Мне не узнать себя пять лет назад. Три года. Два. Один. Человеческое тело обновляется через каждые семь лет. Я ускорила процесс. Только кажется, в голове я ничуть не выросла. Несмотря на все перемены, есть вещи, которые во мне остались без изменений: моя неловкость, мои страхи, моя привычка играть чужую роль. Жить под чужим именем. Надеяться, что не опознают. Не скажут: «Ой, а я вас знаю! В детстве вы…» Нет, не знаете. Да и не узнаете. Длинные локоны отрезаны. Платье давно выкинуто. Бледная кожа стала смуглой. Хрупкие плечи окрепли. Нет больше мозолей на пальцах. Теперь разбитые костяшки. Вам не придет в голову искать меня в журнале Отдела. Пытаться распознать среди сотни гренадеров. Звезда исчезла. Упала с небосвода. Какая жалость. Какой талант. Но как порой легче дышать на земле.