Чтение онлайн

Погоняв взмокшего мальчишку по салону автобуса, Сантера успокоилась. Задумчиво покрутила в руках довольно зажмурившегося голема, дернула за куцее крыло, лизнув его шершавую поверхность, чем вызвала дикий взгляд Геберта.

– Проблемы, Стафи? – приосаниваясь, с вызовом спросила девушка.

– Да, – честно признался тот.

Сантера чуть удивленно изогнула бровь:

– Ну выкладывай.

– Э-э-э… Я боюсь.

– Потрясающая честность. И что?

– Что «что»? – не понял Геб.

Девушка устало закатила глаза:

– Что мне с того, что ты боишься?

– Просто помоги. Как ты обычно борешься со своими страхами?

На миг Сантера опустила веки.

Маленькая душная комната, в которой нет ни окон, ни мебели. Оскаленные рыла, с которых тягуче капает слюна. Вкрадчиво шагают, цокая острыми, как кинжалы, когтями по паркету. Детская ручка, судорожно сжимающая обломок трубы. Удар. Удар. Удар.

Страшно. Очень страшно… И весело. Ее душит смех, а по щекам текут слезы. Когда монстры кончаются, она садится на корточки – изможденная, грязная, только чистые дорожки от слез на лице – и начинает раскачиваться, стараясь унять рвущийся наружу дикий истерический смех. Потом дрожащей рукой берет еще теплые внутренности, разбросанные по всему полу, как диковинные гирлянды, и вонзает в них зубы. Жадно вгрызается, глотает крупные куски, давится, терзает мертвую плоть, надеясь, что буря эмоций в груди угаснет.

Страх – это слабость. Нужно уничтожать любые проявления слабости у себя и внушать страх остальным…

– Тебе не подойдут мои методы. Постарайся справиться сам.

– Но почему? – недоуменно и немного обиженно спросил Геберт.

– Приехали, – перебила его ведьма. Проходя мимо, она несильно толкнула его плечом и выпрыгнула из салона.

Вокзал Инфанте-Аэруно был на удивление маленьким и запущенным. Центральный вестибюль оказался плохо освещенным помещением с двумя скамьями возле стены и билетной кассой. Рядом находилось крохотное кафе. Выйдя на перрон, Сантера поморщилась от резкого запаха. Железнодорожные пути выглядели заброшенными. Между рельсами прорастала трава, сами рельсы проржавели – казалось, прикоснись к ним, и они рассыплются от ветхости.

– Вы уверены, что это работающий вокзал?

– Все из-за того, что у нас открыли портал Эйсорха, – пожал плечами Фикус. – Теперь все предпочитают переплатить, но попасть в нужное место за две секунды. Вот многие транспортные системы и разорились.

– А почему мы не воспользовались этим порталом? – хмуро поинтересовалась ведьма.

– Чему вы удивляетесь, моя дорогая? Так гораздо дешевле.

– И к тому же ты сможешь полюбоваться красотами лесов Балирии, – поддержал своего учителя Геберт, с облегчением ставя сумки на серые шершавые плиты.

Постепенно на перрон стали подтягиваться люди. Молодая пара с большим чемоданом с кучей колесиков, напомнившим Сантере танк, женщина в смешной шляпке с пухлым ребенком на руках, высокий мрачный парень в широкополой шляпе и сигаретой в зубах, множество молодых людей, среди которых просматривались студенты в форме Горцении. Завидев эту форму, Геб машинально втянул голову в плечи.

Пока Сантера пыталась поймать голема и засунуть его в рюкзак, мастер Фикус завел со своим учеником разговор. Краем уха она слышала, как пожилой маг что-то пробормотал себе под нос, а мальчик устало ответил:

– И что в этом такого, мастер? Подобное зрелище – редкость. Вот они и пытаются всеми способами подзаработать.

– Зрелище? Вы о чем? – Сантера мгновенно насторожилась.

– Я о съемках испытаний. Гильдия имеет с этого представления немалый доход. Опять же популярность возрастает, ведь какая-никакая, а реклама.

Ведьма почувствовала себя полной дурой. Тихо скрипнув зубами, она схватила Геба за шкирку и вежливо поинтересовалась:

– Почему ты мне раньше об этом не сказал?

– Ты тоже боишься сниматься? – с надеждой спросил мальчик.

– Ты забыл, что меня… – воскликнула она и осеклась. Тень догадки мелькнула на ее лице маленькой морщинкой меж бровей. – Секундочку, ты переживал из-за этого – из-за того, что тебя будут показывать по телевизору? Издеваешься?

– Но меня же будут обсуждать, говорить: «А я помню его – это тот самый неудачник, который не мог сварить толковое зелье и однажды превратил стул преподавателя в ежа. Как хорошо, что его съел варалиск!» Разве это не ужасно?

Зеленоглазая ведьма озадаченно посмотрела на свою «игрушку». Ей-то казалось, что ее уже ничем не удивишь, но человеческая логика порой даже Сантеру ставила в тупик.

– То есть тебя уже не пугает собственная неизбежная кончина в лапах чудовища? – забыв про гнев, спросила она. – Прогресс налицо. Но с чего ты решил, что тебя именно съедят? Есть множество более интересных и мучительных способов умереть.

Геберт не успел ответить, поскольку по вокзалу разнеслось оглушающее ржание, и вместо поезда у перрона остановилась длинная платформа с впряженными в нее лошадьми. То были ослепительно-белые, широкогрудые, с короткими топорщащимися гривами волоокие гиганты. На самой платформе помещались удобные на вид скамьи с ремнями безопасности. Люди медленно проходили внутрь, отдавали билеты вознице и рассаживались по местам.

– Это… что? – неестественно высоким голосом спросила Сантера.

– Кадавры. Их гораздо выгоднее и дешевле использовать, чем полноценный поезд, – успокаивающе пояснил мастер Фикус. Карманница нервно хихикнула.

Лошади уверенно тащили тяжеленную платформу по рельсам, обвивающим скальную гряду. Слева был каньон Прайти, на дне которого змеилась мощная голубая речушка, терявшаяся среди темно-зеленых лесов. Над каньоном летали птицы – пестрые, большие, с хищно загнутыми клювами и острыми когтями. Издалека они казались нелепыми оперенными драконами, хотя последние давно уже стали не более чем красивой легендой. Но Сантеру не интересовали никакие птицы-драконы – ее голова была занята куда более насущными проблемами.

Ей совсем не льстила возможность быть показанной на всех экранах страны. Тем более что за ней велась охота. Карманнице хватило времени и ума, чтобы понять: чем меньше о тебе знают остальные, тем дольше ты проживешь. И пускай во многих мирах про нее ходили весьма утрированные слухи, а некоторые смельчаки просто грезили повесить ее чернокудрую голову над камином, это мало волновало Сантеру. Ведь тогда она могла просто сбежать через карман. Сейчас дела обстояли иначе.