Чтение онлайн

Мерси сказала это с такой гордостью, словно считала убийство Стивена Хэмптона не преступлением, а подвигом. А может, она и права, подумала Элизабет, вспомнив об Оливере.

— Надеюсь, ты не станешь распространяться о том давнем инциденте. Леди Маргарет вряд ли понравится, если ее прошлое станет предметом сплетен.

Мерси оскорбленно поджала губы:

— Я не сплетница. И потом, чего старое ворошить?

— Это верно. К тому же, я думаю, его светлость не хотел бы, чтобы обсуждали его сестру.

Мерси промолчала. Несколько минут спустя она вышла, оставив Элизабет наслаждаться ванной в одиночестве. Однако полностью расслабиться Элизабет не могла. Всякий раз, когда взгляд ее падал на собственное тело, она представляла, как смуглые руки Николаса ласкают его. Она вспоминала, как он целовал ее, до сих пор ощущала в себе его плоть.

Как это ни странно, но Элизабет теперь казалось, что она по праву принадлежит Николасу, и то, что он после той незабываемой ночи с такой холодностью ее отверг, причиняло ей острую боль. Поездка домой оказалась сплошным кошмаром. Ник за всю дорогу и двух слов не сказал, и напряжение, возникшее между ними, действовало Элизабет на нервы. Она понимала, что за эту ночь любви придется платить, однако представить себе не могла, что так скоро и такой ценой: терпя его угрюмое молчание.

Но почему он так себя ведет? Быть может, одной ночи хватило, чтобы удовлетворить его желание? А может, он возмущен ее бесстыдством? Или просто испытывает чувство вины?

Элизабет этого не знала.

И боялась узнать.

— Итак, братишка, ты не расстроен тем, что я без предупреждения вторглась в твою жизнь?

Ник улыбнулся и поглядел на Мэгги. Она сидела высоко подняв голову и выпрямив спину. Раньше она любила сидеть поджав под себя ноги, но в монастыре, похоже, у нее искоренили эту привычку. И Нику стало грустно оттого, что их молодость прошла и эти безмятежные годы уже не вернуть.

— Несколько месяцев назад я бы предпочел, чтобы ты меня все-таки предупредила, хотя и тогда был бы счастлив твоему возвращению.

— Несколько месяцев назад… — задумчиво повторила Мэгги. — То есть до того, как приехала твоя подопечная?

— По правде говоря, я веду приличный образ жизни всего несколько недель, и причина этого именно в Элизабет. — Подняв стакан с бренди, он сделал глоток. — Только после ее приезда я понял, как низко пал.

— Она очаровательная девушка, — заметила Мэгги, наблюдая за братом из-под длинных золотистых ресниц.

Казалось, как и раньше, она видит его насквозь, и Николас поспешил принять равнодушный вид.

— Элизабет красива и умна, — проговорил он, стараясь не вспоминать, какой она была очаровательной, когда, обнаженная, лежала в его кровати. — Сидни Бердсолл ищет ей мужа. Как только она выйдет замуж, Бэскомб поневоле будет вынужден оставить ее в покое.

Он сказал это по возможности непринужденно, словно слова эти давались ему легко, а не причиняли острую боль.

Наклонившись к стоявшему у софы столику, Мэгги взяла с него чашку с золотым ободком «и сделала крохотный глоток.

— А как Рейчел? — спросила она, сменив тему разговора, однако Ник не сомневался, что сестре удалось прочитать его мысли, — если не все, то наверняка большую часть.

— Понятия не имею. Со времени моего приезда в Англию я виделся с ней всего один раз, чтобы подписать договор о ее проживании в замке Коломб.

Мэгги вздохнула. Она была такая же хорошенькая, как и прежде. Нежное лицо сердечком, вьющиеся золотистые волосы, только не длинные, как раньше, а коротко подстриженные, как полагается монашкам. Ник до сих пор ругал себя за то, что вовремя не догадался, какой соблазн она представляет для Стивена Бэскомба.

— Значит, твоя жена не собирается возвращаться домой. А ведь самое меньшее, что она могла бы сделать, — это подарить тебе наследника.

Слова эти заставили Николаса вздрогнуть. Сестра принадлежала к числу тех немногих, кто знал, как страстно он хотел иметь сына.

— Времена эти прошли. Ни я не испытываю к Рейчел никаких чувств, ни она ко мне.

— Но это несправедливо, Ники! Ты так хотел иметь семью. Я часто об этом думаю. Я сама виновата в том, что со мной произошло. Если бы я не позволила Стивену…

— Прекрати. Ты ни в чем не виновата. Абсолютно ни в чем. Стивен был взрослым мужчиной, а ты еще ребенком. И вообще, это — дело прошлое.

Мэгги покачала головой:

— Может быть. Но есть еще бедняжка Элизабет. Я молю Господа о том, чтобы Бэскомб не поломал ей жизнь, как сделал это со мной его брат.

Ник промолчал, но сердце его больно сжалось. Бэскомб не крал у Элизабет невинность. Он сам это сделал. И ему уже не раз приходило в голову, что, в сущности, он такой же подонок, как и Стивен Хэмптон.

Спустя три дня Мерси Браун прибежала к Элизабет с новостью о том, что приехал Сидни Бердсолл. Днем Элизабет позвали в кабинет Николаса. Когда она вошла, граф сидел за столом, как всегда, изысканно одетый. Полосатый сизо-серый жилет, красный фрак и белоснежная рубашка, выгодно оттенявшая его смуглую кожу. Как только дворецкий закрыл за Элизабет дверь, Николас поднялся. От нее не укрылось напряженное выражение его лица. Похоже, встреча со своей подопечной далась ему нелегко. Да и сама Элизабет нервничала.

— Добрый день, Элизабет. Рад, что вы смогли к нам присоединиться.

Как будто у нее был выбор, с горечью подумала Элизабет. И как будто он и в самом деле рад, что она здесь. Николас показался ей таким красивым и таким далеким, что у нее сжалось сердце.

— Добрый день, милорд, — сказала она, стараясь говорить как можно спокойнее, чтобы он не догадался о ее истинном состоянии.

В этот момент к ней подошел Бердсолл и, взяв ее за руки, воскликнул:

— Элизабет, дорогая моя, как я рад вас видеть!