Чтение онлайн

Энн разбудило тихое воркование голубей на деревьях, росших за окнами ее комнаты. Она машинально протянула руку в поисках Мартина, но нащупала лишь скомканные простыни и подушку. Энн распахнула глаза. Я одна, смущенно подумала она. Одинокая и обнаженная в собственной постели.

Ее кожа пропиталась запахом Мартина, по ее телу разливалась блаженная лень – значит, ей не приснилось, что они занимались любовью. Это было реальностью, восхитительной, захватывающей дух реальностью! Но где же Мартин?

Тори. Конечно, он не мог остаться в этой постели, боясь, что дочь проснется и застанет их вместе. Но почему не разбудил ее, прежде чем уйти? Почему не обнял покрепче и не поцеловал, прежде чем оставить одну?

Ночная рубашка все еще лежала на полу, и тысячи воспоминаний нахлынули на Энн. Ей пришлось проделать длинный путь на этот маленький тропический остров, чтобы узнать, каким потрясающим и прекрасным может быть акт любви. И именно Мартину суждено было стать ее наставником.

Внезапная мысль царапнула ее, как коготки ящерицы. А почему бы Мартину и не быть более чем искушенным в постели? У него большой опыт. У него были богатые и изысканные любовницы. Она, Энн, должно быть, показалась ему невероятно наивной и неискушенной.

Что там говорила Келли в один из своих редких приездов домой после свадьбы?

– Конечно, женщины буквально виснут у него на шее. Его трудно винить в том, что он берет то, что предлагают… В конце концов он всего лишь человек.

Тогда Энн сочла Келли слишком снисходительной. А теперь чувствовала, как лицо до корней волос залила краска стыда; Прошлой ночью она предложила себя Мартину. Он имел милосердие и твердость отказаться. Но позже, в ее постели, воспользовался тем, что она с такой легкостью сделала доступным. И в самом деле разве можно винить его в этом?

Прошлой ночью она стала одной из множества женщин, о которых раньше думала не иначе как с презрением. Она низко пала в собственных глазах, не говоря уж о глазах Мартина. Если бы она с такой страстью не ответила на его поцелуй, если бы не ринулась ему в объятия с легкостью волны, набегающей на песок, он бы ушел, сдержав свое обещание.

Эти мысли были ей невыносимы. Энн выпрыгнула из постели, засунула ночную рубашку под подушку и поспешила в ванную. Включив горячую воду на полную мощность и встав под душ, она принялась с ожесточением тереть себя мылом, словно стараясь уничтожить все воспоминания о прикосновениях Мартина.

Но как ей вытравить его из своей памяти? Из своего сердца? Как забыть его хрипловатый, прерывистый голос, его смех, и страсть, и удовольствие, которое он доставил ей в постели?

Она забудет его. Со временем. Она должна.

Быстро надев светлую хлопковую юбку и блузку в деревенском стиле, Энн открыла дверь и вышла в залитый солнцем холл. Растянув одеревеневшие губы в улыбке, она вошла в столовую.

– Доброе утро, Мартин… Где Тори? – прощебетала она. – О, хорошо, опять папайя. А это, кажется свежие круассаны?

Стоя спиной к нему, она налила себе чашку кофе.

– Тори на пляже с Мелани и ее мужем, – ответил Мартин. – Как ты спала?

Он говорил так спокойно! Так спокойно и отстраненно, словно ближе чем на десять футов и не подходил к ее постели. Энн обернулась с застывшим лицом.

– Когда ты ушел из моей комнаты?

– Около пяти. Я не знал, когда проснется Тори.

– Нам не следовало…

– Мы сделали это, Энн, – перебил он с угрожающей мягкостью. – Вопрос в том, что нам делать сейчас?

– Ты отвезешь меня домой. И мы распрощаемся.

– Просто так?

– А как бы ты хотел?

Мгновение он колебался, а затем отрывисто сказал:

– Я говорил, что у меня есть для тебя предложение.

– Ты осуществил его прошлой ночью, – цинично ответила она.

– Не нужно так, Энн. Не принижай того, что случилось между нами.

Она отложила вилку.

– А что случилось, Мартин?

– Мы занимались любовью. Дважды. – Его подбородок отяжелел. – Для меня это был незабываемый опыт.

– Так же, как и другие твои опыты.

Его глаза сверкнули, словно лезвие ножа в луче солнца. Энн инстинктивно отшатнулась.

– Ты решительно настроена думать обо мне самое худшее.

– Как и о себе, – с горечью проговорила она.

– Хочешь сказать, что сожалеешь о случившемся?

– Конечно!

– Я тебе не верю! Я был с тобой. Я держал тебя в объятиях, и целовал, и слышал, как ты выкрикиваешь мое имя… Ты была в высшей степени самой собой. Как ты можешь об этом сожалеть?

– Это было приключение на одну ночь! – воскликнула она. – Я никогда не делала этого прежде и не буду делать впредь!

Мартин повел плечами. Энн не открыла ему того, чего бы он не знал: она – человек принципа. Итак, время решать. Если он будет держать рот на замке, случившееся так и останется приключением на одну ночь, и он больше не увидит ее. Никогда. А еще можно затеять игру. Нешуточную игру, потому что в нее будет вовлечена Тори. Мартин попытался разобраться в своих мыслях. Тори нуждается в Энн. Эти три коротких слова вдруг всплыли в его сознании, и он понял, что это правда. Не давая себе времени на дальнейшие размышления, Мартин невыразительным голосом произнес:

– Может быть, ты выслушаешь меня? Я имею в виду, мое предложение. – Он глубоко вдохнул. – Я хочу, чтобы ты пожила с нами, в качестве гувернантки Тори. Ты будешь по утрам провожать ее в школу, заниматься ею, когда она возвращается домой, заботиться о ней в мое отсутствие или во время болезни. Уик-энды будут свободными, когда я дома. Но, разумеется, я жду, что ты оставишь работу в полиции. – Мартин назвал сумму, которую будет платить ей, и Энн захлопала глазами. Она сказала первое, что пришло в голову: