Хакер Астарты
Шрифт:
Дурацкое чувство. Вот же осталась без мужа, и ничего с ней не случилось, печальна, тоскует, но старается приспособиться к новому опекуну. Очень хочется заслужить право быть ее настоящим Немой. Раздражают ее комплименты: «Вы, наверно, хороший человек…» Конечно, хороший человек. Каким еще быть в моем положении?
12 ноября 08.
Сидели на балконе, была вежлива, тактична, спрашивала, откуда я, почему «пошел на эту работу», кто родители. Ответил:
— Они умерли.
Посочувствовала. Тосковала о Неме, но не упоминала о нем, по-женски чувствуя, что мне неинтересно слушать о другом мужчине. Что-то ее тревожило, спросила прямо, по-детски:
— Кто ты?
Не знал, что сказать. Часа два спустя вдруг в какое-то мгновение что-то у нее в мозгу совместилось, снова стал Немой, и она радостно приветствовала:
— Где ты весь день был?
И стала рассказывать о «парне», который приходил «работать». Поразила своей сложностью: он, оказывается, старался разжалобить, сказал, что родители умерли, и она сделала вид, что поверила. Вежливость это или кокетство? Или просто время побежало вспять, и теперь она на полпути к детству?
15 ноября 08.
Нервозность началась днем. Сам ее и создал по неуклюжести: уговаривал прилечь отдохнуть, потому что вечером была заключительная серия «Тяжелого песка», который она кое-как смотрела, и знал, что если она не отдохнет, у нее не хватит сил на телевизор. Она же упрямо не хотела. Довела себя до нервного истощения, и когда начался сериал, смотреть не смогла. Нервозность быстро возрастала. Заторопился, пока не разгорелось, дать лекарства, она отказалась. К этому был не готов. Это была настоящая катастрофа — отвергала то единственное, что могло остановить развитие психоза. Если не станет принимать лекарства, путь один — в больницу. Нервничал. Нервность тотчас передавалась ей. Возник замкнутый круг. Уже никто не мог ее успокоить, она почти не соображала, замкнувшись в упрямстве.
Заходила Марина, сказала:
— Надо немедленно в больницу. Сама она с этим не справится.
Я сказал:
— У тебя столько знакомых психиатров…
— У них у всех один диагноз.
(Имеет в виду, что Дуля должна быть в «Мальбене».)
— Диагноз я сам вижу. Пусть кто-нибудь выпишет рецепт на лепонекс.
16 ноября 08.
Много гуляли утром и вечером. После утренней прогулки легла. Лежала на спине с открытыми глазами и плакала. Спросил, что случилось.
— Ничего, — успокаивающе погладила рукой по голове, заметила: — Какой ты седой.
Позвонила Марина:
— Одна знакомая, очень компетентный врач, сказала, что лепонекс в домашних условиях нельзя.
— Но рецепт тебе могут выписать?
— Кто?
— Тот, кто сказал, что в домашних условиях нельзя.
— Зачем тебе? Тебе его не продадут.
Я сказал, что это уже мое дело, что в России лепонекс называется клозапином и там можно давать в домашних условиях. В крайнем случае, мне достанут в России и пришлют.
Час спустя снова перезвонила:
— Я со вторым психиатром разговаривала. Он говорит, что в России амбулаторно можно, а в Израиле нельзя.
Я ответил, как мафиози из кинофильма:
— Ты не рассказывай о тех, кто говорит «нельзя», ты рассказывай о тех, кто говорит «можно».
Через несколько минут позвонила еще раз:
— Завтра будет рецепт и лепонекс.
Кажется, я тоже потихоньку становлюсь деловым.
С утра весь день ждали «Минуту славы» в 20.10 — самую подходящую для нее передачу и на целый вечер. Весь день уговаривал поспать, не хотела. Ближе к вечеру начала волноваться, где Нема. Требовала, чтобы позвонил Неме. Положил перед ней телефонную трубку, а сам ушел с мобильником в ванную и позвонил оттуда на домашний. Она как-то справилась с аппаратом (вот что значит интерес!) и, услышав голос, закричала:
— Нема, где ты?
— Я сейчас приду.
— Скорее приезжай!
Появился — ничего этот цирк не дал, продолжала ждать Нему, грустная, как вдова. Как только началась «Минута славы», пошла в кровать и сразу уснула.
17 ноября 08
Марина привезла две упаковки лепонекса, сто таблеток.
18 ноября
Речь бессвязная, плохо понимала, что ей говорят. Были галлюцинации. В шесть вечера получила свой тразодил, а через два часа — половинку лепонекса (12,5 мг). По Машковскому дозу следует поднимать очень медленно, все лечение — 18 недель. Результат будет заметен через месяц.
Полтаблетки ее сразили. Заснула, как в обморок упала. Это еще Ульвик и Ида заметили — чрезвычайная реактивность на лекарства. Через час услышал покашливание — сохло горло. В инструкции к лепонексу есть предупреждение, что это бывает в начале курса. Будил, чтобы пила, водил в туалет.
Проспала 12 часов. Сознание ясное. Нельзя давать и тразодил и лепонекс. Одно усиливает другое, вместе — сваливают наповал, так она превратится в лежачую.
19 ноября 08.
Впервые за много месяцев проснулась с желанием работать. Сразу прошла на «кухню», что-то переставляла в холодильнике, что-то мыла под краном.
Снизил себе бондармин, вместо таблетки стал принимать половинку, чтобы не заснуть слишком крепко. Сам потерял концентрацию внимания. Все время пропадают очки, зажигалка, сигареты, кошелек. Так можно напутать с лекарствами. Надо все записывать. Прикрепил магнитиком к холодильнику распорядок на день, даю лекарство и тут же вычеркиваю на бумажке.
20 ноября 08.
Среди ночи проснулся — горит свет, она роется на полках, ищет сережки. Коробка с лекарствами вынута и поставлена на стол.
Все надо предусматривать. Но кто мог предположить? Ужаснулся:
— Что-нибудь принимала?!
— Да, полторы таблетки из бутылочки.
Успокоил себя — этого не могло быть, она не смогла бы разломить таблетку. В голове ее была полная путаница:
— Кто-то в комнате был.
— Не было никого.
— Ты откуда пришел?
— Я спал. Видишь же, я в трусах.
— Ах, да.
Сильно дрожала. Сушило во рту, пила воду.
21 ноября 08
Втыкала карандаш себе в ухо и недовольно говорила: