Чтение онлайн

— Хочешь это? Хочешь это? Это вкусно, пожалуйста!…

Волновалась. Дал дополнительно тразодил.

5 декабря 08.

Лепонекс 1/2 + 1 +1, Синемет 1+1+1, Тразодил 1/2 .

Проявляет удивительную тактичность в самых бредовых обвинениях. Например, не говорила, что я украл часы, а намекала (у нее отродясь не было часов, не любила их):

— Куда делись часы, ты не знаешь?… Ах, ты не знаешь… А мне кажется, ты знаешь…

Воспитанность в ней глубже того пласта психики, где разделяются безумие и разум. Неужели разница между слабоумием, безумием и разумом так поверхностна и, в общем, случайна?

Была возбуждена. Уговаривал лечь. Вдруг горько заплакала. Тут же и сам всплакнул. Довел до кровати, положил — мгновенно уснула. Через полчаса проснулась хорошая, ласковая, на что-то пеняла без обиды, пыталась выразить, не смогла, но понял: просила быть хорошим. Поняла, как мало от нее зависит, и просто попросила: будь хорошим.

6 декабря 08.

Лепонекс 1/2 + 1 + 1, Синемет 1+1+1

Проснувшись, искала Нему в складках пододеяльника во время разговора со мной.

Пыталась смотреть телевизор, но «замерзла», дрожала, сделал горячую ножную ванну, помогло.

10 декабря 08.

1+1+1, 1+1+1, 1/2 + 1/2 . Ножная ванна, грелка для рук. Горячий душ на шею.

13 декабря.

1+1+1, 1+1+1, 1/2 + 1/2 .

Дрожь сильно уменьшилась. М.б., оттого, что снял ципролекс, а может быть — сама: она рефлекторно освобождается от всяких усилий сконцентрировать внимание, потому что они увеличивают дрожь.

14 декабря.

Концентрация внимания (интенция?) — это и есть человек, место, время и инстинкт выживания. Дуля запоминает программы Малахова, фильмы, узнает в лицо всех знакомых, помнит их прошлое и все, что с ними связано. При этом не может запомнить названия и дозы трех лекарств, которые принимает: не «синемет», а «желтенькая». Она запоминает то, что интересно, людей, и не концентрирует внимания на лекарствах: все равно за ними слежу я, так что ей не надо напрягаться. Память — это не только кора головного мозга, но прежде всего — гормоны, эмоции, чувства, любовь.

Она личность, и ее концентрация внимания — это она. В людях, она подмечает те же черточки, которые подмечала всю жизнь, и судит людей по ним.

21 декабря 08.

1+1+1, 1+1+1, 1/2 + 1/2 . Ножная ванна, грелка для рук.

Вошел, встретила радостно:

— Ты сумел открыть тюрьму?

— А ты в тюрьме?

— Да.

— За что же тебя посадили?

— Я боролась за свободу.

— Ты боролась за свободу? С кем?

— Со всякими мужиками.

31 декабря.

1+1+1, 1+1+1, 1/2 + 1/2 .

Живем без ципролекса и, кажется, исчезла дрожь. Есть прямая зависимость между дрожью и разумностью. Увеличение разумности сопровождается усилением дрожи. Насколько от меня зависит, я выбираю слабоумие, лишь бы не мучилась. Так же выбираю положительные эмоции. Ей иногда снятся кошмары. Лепонекс их снимает. От нее требуется минимум: понимать смысл слов. Без этого муки от непонимания не меньше, чем от дрожи.

Сегодня жуткий день не по ее вине. Марина кричала на Гая, поднимаясь к нам. Открыла дверь и продолжала кричать вниз. Кажется, Гай отказался ехать с ней в гости.

Она явилась с подарками, конфеты, цветы. Дуля начала дрожать:

— Марина, что случилось?

Марина давно уже не отвечает на ее вопросы. Не может себя заставить. Но я так посмотрел, что она сказала:

— Все в порядке, не волнуйся. Я пришла поздравить вас с Новым годом, мы с Гаем уезжаем встречать в компании. Нина будет в своей.

Гай крикнул снизу:

— Я буду с папой!

Я показал Марине, чтобы не кричала. Ушла, но уже на лестнице снова заорала, чтобы Гай собирался.

Я искал вазу для цветов и не заметил, как Дуля поднялась с кровати сама, без моей помощи. Зашел в спальню, и увидел, что ее нет. Побежал за ней.

Марина одевалась к вечеру, торопилась, залетела в свою спальню. Дуля остановилась перед дверью и тихо сказала:

— Марина, это я. Можно войти?

Марина, наверно, не ответила.

Дуля нерешительно отошла. Не знала, что делать. Марина выскочила, дернула дверь Гая:

— Быстрее собирайся!

Он крикнул (уже успел понять, что криком в этом доме можно многого добиться):

— А почему Нине можно не идти, а мне нельзя?!

— Гай, не надо ссориться с мамой, — сказала Дуля, направляясь к нему, — все вопросы можно решить по-хорошему.

— Бабушка, я тебя люблю, — ответил Гай тоном «отвяжись».

— Мама, иди наверх, — попросила Марина.

— Марина, пожалуйста, не кричи на меня.

— Я не кричу.

— Я тоже имею право высказать свое мнение.

— Ты поняла, о чем я тебя попросила?!

— Я все понимаю. Ты не всегда права.

Марина увидела меня, крикнула:

— Забери ее отсюда!

Дуля расстроилась:

— Зачем ты так, Марина, это нехорошо.

Я тоже сорвался, закричал на дочь:

— Ты успокоишься или нет?!

Дуля упрекнула:

— Какой ты стал нервный, ужас.

Я увел ее наверх. Она была очень тихой. Положив в кровать, присел рядом, взял за руку. Она открыла глаза и поделилась:

— Гай сказал: «Я люблю тебя, бабушка». Какой хороший мальчик. Как некстати я заболела.

Разум появляется у нее, когда концентрируется внимание, а оно концентрируется, когда мучает любовь. С Новым годом Вас, Анри Валлон.

Я догадался:

Дуля три года назад не могла назвать адрес, но дорогу домой знала. Точно так же разучилась манипулировать предметами, но полностью сохранила совесть. Адрес и манипуляции это, как сказал бы Локтев, инженерия, а реальная дорога и совесть — образы. Дуля, пожалуй, не отличит треугольник от квадрата, но это как раз связано с инженерией. А совесть — в другом измерении. Внечувственный образ. Может такое быть? Наверно, что-то еще проще. Или… Нет, не знаю. Я люблю тебя, Дуля. Прости меня за нервность и за все.