Чтение онлайн

– - Почему же невозможно?
– - Михаил размешал сахар и положил ложку рядом с чашкой, всем своим видом показывая, что внимательно слушает.

Никита не мог не заметить этого.

– - Ну, посудите сами, -- продолжил он.
– - Если у меня нет богатых родителей и если я -- как это мягко можно выразиться -- провинциал, то в таком большом городе как Петербург мне будет сложно добиться наличия собственной квартиры, автомобиля и ещё зарплаты, удовлетворяющей более-менее мои потребности. Да, если у меня будет стабильный средний заработок, я могу приобрести квартиру в ипотеку и до конца лучших своих лет горбатиться не покладая рук, только чтобы выплатить этот долг перед банком. То есть квартиру-то я получу, но вместе с ней -- и огромное чувство вины: я кому-то что-то должен.

С другой стороны, я могу этого элементарно не замечать и просто работать и платить долг банку, особо не расстраиваясь из-за нравственных мелочей. Но тогда большая часть моей зарплаты будет уходить на эту ипотеку, и мне, чтобы как-то оплачивать нужды в городе, придётся задуматься о куда более оплачиваемой работе. По принципу: если зарплата высокая -- то и нечего беспокоиться. Но здесь открывается уже новый вопрос. А как найти такую работу, чтобы ещё и получать много, и при этом проявлять свои способности лучшим образом? Ведь очень часто, если у тебя нет влиятельных знакомых, то устроиться в хорошую фирму (я имею в виду именно в одну из самых хороших, где можно реально зарабатывать такую сумму, чтобы платить и за квартиру и, если хочется, за машину, да ещё и жить нормально) -- практически невозможно. Там везде места уже забронированы.

Но можно пойти по другому пути: быть очень смелым и открыть своё собственное дело. Но и в этом случае нужен хороший вклад. Ведь создать и запустить производство -- тоже затратный процесс. Тут вообще все пути обрезаются на самом только подступе к ним. И вот мне кажется, что некоторым людям просто не суждено жить так, как они хотят. Ведь для государства я, по сути, -- пустое место. Мои интересы и желания попросту не учитываются. Я -- никто, потому что у меня нет денег. И при этом я могу видеть, как кто-то -- кто. И ещё какое Кто!
– - с деньгами, связями и хорошими возможностями. То есть государство обходит стороной тот факт, что я могу задумываться о своем ущербном положении перед другими и расстраиваться по этому поводу. Никого это, в общем-то, особо и не волнует.

Михаил несколько мгновений помолчал.

– - Я хотел бы сказать, -- начал он, -- что, на самом деле, так было всегда. Но ты, Никита, как я погляжу, действительно умный парень и рассуждаешь очень даже здраво. Это вообще бесконечная тема в нашем обществе -- как пробить себе дорогу в нормальную жизнь. Иногда для этого ничего не нужно делать, если имеются, как ты выразился, связи, богатые родители. Но бывает, что и просто везёт, как, например, тебе с этой самой квартирой. Это же везение, согласись? Раз -- и у тебя своя жилплощадь в Петербурге. А скоро ещё появится неплохой капитал. Теперь тебе не нужно задумываться об ипотеке, теперь ты можешь переключиться на что-то другое.

– - Так-то оно так, -- проговорил Никита, но всем своим видом показывая, что не может согласиться до конца.
– - Но мне кажется, что даже наличие этой квартиры и хорошей суммы денег не сильно изменит мою жизнь... Тут всё зарождается от осознания собственного местонахождения в обществе. Если нет основы внутри, то и снаружи её не построишь. Хотя согласен -- положение дел в моем случае очень даже позитивно изменилось. Правда, я просто не осознал этого. Скажу проще -- я этого не заслужил и не знаю, смогу ли в полной мере принять такой подарок судьбы...

– - Но разве те, у кого есть богатые родители, заслужили то, что у них есть?
– - удивлённо спросил Михаил.
– - Ведь это досталось им просто так.

– - В том то и дело: у них есть осознание того, что они это заслужили, потому что они росли с этим с самого начала. Это их мировоззрение, что они на материальном уровне стоят выше других людей. В них с детства взращивается семя этого понимания, которое потом вырастает в огромное неприступное дерево, и его не так-то просто срубить.

– - И ты хочешь быть как они?

– - Ни в коем случае.
– - Никита покачал головой.
– - Я считаю, они в ещё более ущербном положении, чем бедные. Если нет осознания необходимости собственного движения, собственного развития, если человек стоит на месте и у него уже всё есть -- то это болото. Но в то же время сплошные страдания из-за бедности -- это тоже болото. Как не угодить в это с обеих сторон болото -- вопрос для меня актуальный. Я нахожусь где-то посередине и боюсь, что вот-вот рухну в какую-то из этих половин.

– - Как метафорично ты поставил эту ситуацию!
– - Михаил восхищённо улыбнулся.
– - Мне непривычно видеть людей в твоём возрасте, которые бы так рассуждали.

Никита давно ждал подобного момента, когда сможет выговориться. Именно эта тема не давала ему покоя всё последнее время.

– - Хорошо.
– - Парень положил свои ладони на стол и встал.
– - С этой минуты предлагаю больше не разбираться во всех этих деталях, как и почему я здесь оказался. Я живу в этом доме и приглядываю за Лизой, раз этого хотела тётя Света. Родителям обо всём расскажу, когда поеду домой на Новый год. По телефону не объяснишь, что ты теперь владелец квартиры на пару со своей двоюродной сестрой, о существовании которой прежде и не знал...

– - Молодец, -- кивнул Михаил и снова улыбнулся. Но в следующую же секунду нечто примагнитило его взгляд. На кромке стола совсем мелко и криво было что-то высечено. Так, что и заметить-то практически невозможно. Однако дерево старательно хранило память прикосновения острого предмета. Два слова, точно крошечные шрамики. Первое:

Соня

А рядошком -- зачёркнутое несколько раз:

Лиза

Не подавая виду, нотариус незаметно прикрыл клеёнкой эту область стола, приложил сверху свой локоть и задумчиво поморщился. За весь оставшийся день он ни разу больше не улыбнулся.

VII

На календари пришла зима. А вместе с ней -- продолжение спокойной и размеренной жизни в квартире номер "50" в тихом петербургском дворе.

В первое декабрьское воскресенье Никита сидел в своей комнате за столом и сосредоточенно глядел на экран ноутбука. Пытался что-нибудь написать. Да, для того он и поступал на филологический, в надежде, что в будущем начнёт наконец-то писать свои книги. Но с последним у него почему-то всегда не складывалось: то времени не хватало, то просто не мог себя заставить начать. Лишь иногда выпадали редкие вечера, когда после просмотра какого-нибудь окрыляющего сознание фильма он вдруг чувствовал в себе что-то необычное -- и садился сочинять.