Чтение онлайн

Ближе к концу полета отец Леонид рассказал Кевину, что летит на Виолу в качестве официального спецпредставителя Энолы.

— Такое собрание проходит раз в год, — пояснил он. — Съезжаются главы всех входящих в Федерацию планет или их представители. Я представляю интересы императора Августина, правителя Энолы.

— Император — тоже джар? — поинтересовался Кевин?

— Нет. Он просто очень хороший человек, волею случая взошедший на трон. И, как у всякого хорошего человека, у него слишком много врагов и завистников. Впрочем, все это никак не касается нашей нынешней миссии. Наша с тобой задача сейчас — не допустить новой войны.

— Новой войны? — удивился Кевин. — И кто с кем собирается воевать?

— Ты слышал когда-нибудь об Индре? — в свою очередь поинтересовался отец Леонид.

— Да. Говорят, их император еще та сволочь.

— Да, я тоже читаю газеты. — По губам отца Леонида скользнула улыбка. — Думаю, ты знаешь, что Индра уже больше двухсот лет стремится войти в Федерацию. Против этого возражает Виола. Когда-то, больше пятисот лет назад, Индра была колонией Виолы. Потом произошли две войны, Индра де-факто обрела независимость. Ее экономика бурно развивается, вместе с еще восемью неприсоединившимися к Федерации планетами Индра представляет весьма внушительную силу. Главное богатство Индры — редкий минерал экдонит, использующийся в металлургии и электронной промышленности. Он встречается еще на нескольких планетах, но в неизмеримо меньших количествах. Лишь на одной из них возможна рентабельная добыча, залежи экдонита на этой планете принадлежат горнорудной компании «Аргус» — ты имел честь познакомиться с ней на Вероне, когда добывал для нее алмазы. Руководители Компании очень тесно связаны с правящими кругами Виолы. Если Индру примут в Федерацию, то в отношении нее будут сняты все таможенные барьеры, на рынок хлынет поток дешевого экдонита, в итоге «Аргус» понесет огромные убытки. Поэтому руководство Компании, имея огромное влияние — попросту говоря, покупая всех и вся, — стремится не допустить вступления Индры в Федерацию. Мало того, пытается развязать против нее новую войну. Для Компании это выгодно во всех отношениях: экдонит входит в состав корабельной брони, с началом войны он резко подскочит в цене. При этом «Аргус» не проигрывает в любом случае: если одолеть Индру не удастся, Компания останется монополистом на рынке экдонита. Если в этой войне удастся победить, сместить императора Индры и вновь взять власть на этой планете в свои руки, Компании достанутся и все залежи экдонита. Одним словом, Кевин, здесь переплелись интересы множества игроков. И каким будет финал, не может предсказать никто.

— И вы один хотите со всем этим справиться? — не поверил Кевин.

— Ну почему один? Нас теперь двое. — Отец Леонид внимательно посмотрел на Кевина, потом засмеялся: — Шучу. Разумеется, мы не одни. Кроме нас с тобой над этим делом сейчас работают еще двое моих коллег. Может быть, ты даже с ними познакомишься.

— Адживы? — спросил Кевин. — Они тоже как-то во все это замешаны?

— Самым непосредственным образом. Я уже говорил тебе, что темные джары стремятся к разрушению. Дело в том, Кевин, что при разрушении выделяется особая энергия. Речь идет не о чисто физической энергии, а о так называемой энергии структуризации. Вот смотри. — Отец Леонид взял со стола газету. — Что будет, если я сожгу эту газету?

— Она сгорит, — пожал плечами Кевин.

— Верно. Газета сгорит, выделится немного тепла. Но скажи мне: куда денется информация, заключенная в газету?

— Просто исчезнет, — предположил Кевин.

— Вот тут ты как раз и ошибаешься. Запомни важную вещь, Кевин: на то, чтобы структурировать хаос, тратится энергия структуризации. Когда что-то разрушается или переходит в другое, менее сложное агрегатное состояние, эта энергия выделяется. Представь, что ты художник и пишешь картину. Работая над ней, ты вкладываешь в нее энергию структуризации. В тебе самом ее очень мало. Но когда ты творишь, ты становишься проводником этой энергии. Эта энергия — энергия Джары, энергия созидания. Божественная энергия. Но вот кто-то взял и сжег твою картину. Энергия, которую ты вложил в нее, выделяется. И эта энергия, Кевин, может быть поглощена и использована. Если мы, джавы, пользуемся идущим к нам потоком созидательной энергии, то дживы берут ее на стадии разрушения. Выйди на цветущий луг — ты ощутишь радость. Все наполнено жизнью, все растет. Энергия структуризации поглощается растениями, преобразуясь в живые ткани. То же самое и с животным миром — всякий рост является потреблением энергии структуризации. А скорее, ее накоплением. Но вот другая ситуация — жара, засуха. Все живое сохнет и гибнет. Мы с тобой при виде всего этого испытаем тоску и боль. Темный джар будет наслаждаться торжеством смерти, потому что эта смерть его питает.

— А разве он сам не погибнет от жары? — поинтересовался Кевин.

— Разумеется, он может погибнуть, ведь тело джара тоже создано энергией структуризации и подчиняется общим законам. Но мы в данном случае говорим о характере взаимодействия с потоками энергии. Светлые джары — созидатели. Будучи проводниками энергии структуризации, они питаются этой энергией и помогают ей отвоевывать у хаоса новые пространства. Темные джары — разрушители. Они питаются энергией, выделяющейся при разрушении. Поэтому дживы стремятся к тому, чтобы в мире было как можно больше бед, как можно больше войн и разрушения. Когда светлый джар видит что-то гибнущее, он грустит. Темного джара вид гибели, разрушения приводит в эйфорию. Мы — проводники жизни. Они — слуги смерти. Когда-нибудь ты поймешь все это на еще более глубоком уровне, но пока тебе достаточно знать основы. Все понял?

— Более-менее, — согласился Кевин. — А эта энергия, она производится только во время творчества?

— Кевин, она не производится, она просто есть. Представь, что она рассеяна в воздухе вокруг тебя. Любая неоднородность пространства — это информация. Любой предмет — скопление информации. Чем сложнее что-то устроено, тем больше в нем энергии структуризации, тем больше информации. При разрушении эта информация опять выделяется. Например, когда ты растворяешь кусочек сахара, выделяется энергия структуризации. И наоборот: когда сахар при выпаривании воды кристаллизуется, энергия структуризации потребляется. Эта энергия не зависит от человека, она просто есть. Но мы можем ее использовать. Джавы структурируют энергию, направляют ее на созидание. А дживы снова выпускают ее на волю. Понятно?

— Да, — ответил Кевин.

— Замечательно. А теперь давай немного отдохнем — скоро посадка.

Кевин никогда не был на Виоле. И уж тем более не предполагал оказаться в Алькуте, ее столице. Располагаясь всего в шести часах полета от Земли, Виола с ее крепкой экономикой, мощным флотом с некоторых пор заняла в Федерации лидирующее положение. Все знали, что с правительством Виолы лучше дружить. Неудивительно, что Президентом Федерации стал не кто иной, как президент Виолы Роберт Фергюссон. Его уже пятнадцать лет регулярно переизбирали на этот пост, и все говорило о том, что он сохранит свою должность и на ближайших выборах.

— Для начала, Кевин, мы съездим ко мне, — пояснил отец Леонид, как только они сошли с трапа. — Тебе нужны новые документы. Причем настоящие.

— Но у меня и эти неплохие, — попытался было возразить Кевин, но отец Леонид не стал его даже слушать. Двадцать минут спустя они уже входили в маленькую квартиру на тридцать восьмом этаже высотного дома.

— Вы здесь живете? — поинтересовался Кевин, оглядывая квартиру.

— Скорее, бываю здесь пару раз в год. Об этом месте никто не знает. Я запрограммирую сканер замка на отпечатки твоих пальцев, ты сможешь приходить в любое время. Но жить здесь долго нельзя: это место только для того, чтобы при случае спрятаться или просто провести несколько дней. Оно тайное, а постоянное проживание здесь выдаст его нашим врагам. Все понял?

— Да, — кивнул Кевин.

— Замечательно. Займемся делами, а потом уже немножко отдохнем. Для начала я покажу тебе, что здесь есть.

Отец Леонид уже не раз удивлял Кевина. Теперь старику удалось удивить его снова.

— Вот тут хранятся чистые карточки документов, — сказал он, открыв один из шкафов, — и аппаратура для ввода в них информации. Каждый джар, Кевин, должен хорошо разбираться в подобных вещах.

К огромному удивлению Кевина, компилятор — прибор для подделки документов — оказался встроен в корпус обычной дешевой видеокамеры.

— Это очень удобно, — пояснил отец Леонид. — Видеокамеру можно возить с собой, ни один полицейский не обратит на нее внимания.

Чтобы сделать документы, понадобилось минут десять. Сначала старик несколько раз сфотографировал Кевина, использовав для этого все ту же видеокамеру — она оказалась абсолютно работоспособной. Потом, выбрав подходящую фотографию, открыл отсек для видеокристаллов и вставил в узкую неприметную щель чистую карточку паспорта. Прошло не больше минуты, и в руках у отца Леонида оказался готовый документ с фотографией Кевина.