Чтение онлайн

Невысокий и кругленький, с продолговатой, словно регбийный мяч, головой, Биберс метался по кабинету и восклицал:

– Ну как вы посмели?! Нет, как вы посмели? И это в тот момент, когда здесь находится глава департамента. А? Я же вам сказал, что надо подождать до завтра. А вы вломились, как медведь в посудную лавку. Да еще в этом одеянии заявились. Не зря вас охрана не хотела пропускать. – Он остановился и брезгливо повел носом. – А? Где вы его выкопали?

– Если бы я заявился в том, в чем пробирался по коллектору, вам бы это понравилось еще больше. Мой смокинг, видите ли, остался в зубах одной общительной твари.

– Какой еще твари? Погодите, вы сказали, что пробирались по коллектору? То есть под землей?

– Вы, как всегда, все поняли с полуслова. Да, именно по канализационному коллектору. Там, кстати, сейчас оживленно и временами даже весело. Муляжи поют песни, крысы-мутанты им активно аплодируют.

– Хотите сказать, что муляжи проникли в коллектор? Черт возьми, это очень плохо! А что за мутанты?

– Здоровенные крысы, крупнее известных вам тварей раз в десять. Совершенно не боятся света и очень интересуются свежим человеческим мясом.

– Какая мерзость! – Шеф крутнулся на месте и подбежал к шкафу, где у него находился бар.

– Мне, пожалуйста, тоже плесните, – попросил Дергач. – Денек сегодня уж больно нервный.

– Это верно. В том числе – благодаря вам, – пробурчал Биберс, разливая по стаканам виски. – Постойте. Вы сказали – мутанты? Но это невозможно! Мутанты, порожденные Зоной, обитают только в Зоне. Это научно доказано.

– Так уж доказано? – Дергач усмехнулся. – Применительно к явлениям Зоны подобное смелое заявление звучит, мягко выражаясь, некорректно.

– Ну пусть не доказано. Но серьезно обосновано. Никто еще не видел, чтобы какие-то аномальные существа, связанные с Зоной, появлялись вне ее. За исключением муляжей.

– Я успел об этом подумать. Правда, не особенно глубоко. Первым делом, едва я вылез из коллектора и отдышался, я подумал о том, что случайно забрел под землей на территорию Зоны. Граница Зоны местами проходит здесь очень близко, а ответвления коллектора порой выписывают странные загогулины. Но почти сразу отбросил такую версию. Я несколько раз проходил по этому маршруту, сверял его с планом улиц. Нет, я не мог так ошибиться.

И тогда я подумал о другом. А вдруг границы Зоны на поверхности и под землей не совпадают?

– Хотите сказать…

– Хочу сказать, что под землей территория Зоны, вернее, даже не территория, а ее объем, конфигурация, могут не совпадать с границей, проведенной по поверхности земли. Мы ведь привыкли рассматривать Зону как некое плоскостное явление. Провели линию по горизонтали и решили, что территория очерчена. А по вертикали: вверх, вниз? Ведь известны случаи, когда вертолеты беспрепятственно пролетали над местностью, которая непосредственно на поверхности земли определялась, как гравитационная аномалия. Правда, это происходило на относительно большой высоте и до сегодняшнего дня случаи списывались на свойство аномалий перемещаться, меняя расположение. А вдруг дело не только в этом?

Теперь заглянем под землю. Что там? Бурение скважин на территории Зоны никто не проводил. Но и исследованием подземных сооружений, непосредственно граничащих с Зоной, тоже никто не занимался. Да и не было до недавнего времени подобных сооружений. Искитимский коллектор – первый подобный объект.

Но это – в качестве теории. Так, на будущее. У меня есть куда более обоснованное объяснение появления в коллекторе мутировавших крыс.

– Ну-ну, – бормотнул Биберс, делая крупный глоток виски. – Ну-ну, любопытно.

– Уверяю вас – очень любопытно. И на эту идею меня натолкнул опыт общения с детьми-дифферентами. Болезнь Руффа – это ведь тоже следствие мутации, верно?

– Верно.

– И не единственное. Мы же с вами ЗНАЕМ, что есть и ОСОБЫЕ случаи мутации.

– Знаем. – Шеф прищурился. – Но вы к чему?

– Секунда, сейчас поймете. – Под неодобрительным взглядом Биберса Дергач приблизился к бару и наполнил опорожненный ранее стакан. – Кто такие дети-мутанты?

– Ну как кто? Это дети. Больные дети, у которых произошло изменение генома.

– Это понятно. Чьи они дети?.. Дети сталкеров, верно? А также других людей, посещавших Зону. И в некоторых случаях, правда, весьма редких, людей, соприкасавшихся с артефактами. А почему бы не предположить, что животные (и не только они) могут производить мутировавшее потомство?

– Но мы знаем, что в Зоне практически отсутствуют живые существа. Они там погибают.

– Вы уверены? А медведи-шатуны?

– Это сталкерские легенды.

– А двухголовые собаки ростом с теленка? – Дергач выразительно провел рукой на уровне груди.

– Из этой же области. Ни одну подобную собаку поймать не удалось. Даже трупа никто не находил. Я имею в виду документально зафиксированные случаи, а не пьяные рассказы в «Радианте» и прочих местных забегаловках.

– Какой вы недоверчивый! То есть вы считаете, что животное, побывавшее на территории Зоны, родить не может?

– Не может.

– Но ведь люди же рожали. И неоднократно!

– А животные и птицы – погибают. Ученые неоднократно проводили эксперименты.

– Это они у себя в клетках проводили, – с насмешкой произнес Дергач. – В пробирочках своих, в резиновых перчаточках. А возможности природы неограниченны. Тараканы спокойно переносят огромные дозы радиации. И крысы, к слову, тоже.

– В Зоне радиации нет. Там есть нечто особое, что пока не удалось идентифицировать. Но животные это чувствуют и на территорию Зоны не идут. Или погибают.

– Бросьте, Тобин! – фамильярно вскричал Илья. – Откуда вам знать о возможностях крыс?! Тем более, как можно говорить за всех животных? А пресмыкающиеся? А жучки-паучки? Возьметесь утверждать, что наша гребаная наука во всем этом разобралась?

Биберс недовольно пожал плечами.

– Ну не знаю… Чего вы раскричались? Хотите сказать, что мутанта родила крыса, убежавшая с территории Зоны? Или побывавшая там?