Чтение онлайн

– Хочешь сказать, проявил самоуправство?

– Инициативу, товарищ полковник. В конце концов, оперативное руководство операцией осуществляю я. А до утра я ждать не хотел. Идти вслед всегда хуже. Мы могли потерять группу в Зоне, это ж все-таки не городской парк. И, наверное, я был прав. Ночью разыгрался сильный шторм и жуткая гроза. До сих пор еще не успокоилось. Если бы мы дожидались утра, неизвестно, как бы все сложилось.

– А ты уверен, что поступил правильно, не захватив Нагаева в Тальменке?

– Мы же вчера обсуждали этот вопрос. Нагаев – единственная ниточка к «Будде». А терять ему, судя по всему, теперь нечего. Спугнем – может все сорваться. По нашим данным, он готов на крайние меры.

– Какие еще меры?

– Вплоть до самоубийства при задержании. Лучше сесть ему на хвост, и он сам приведет к цели.

Полковник помолчал, озадаченно двигая бровями.

– То было вчера… Ладно, посмотрим. Высадка наших парней прошла нормально?

– Нормально. Связь установлена, они находятся на берегу у границы Зоны и ждут группу Нагаева.

– Я считаю, что надо внести коррективы. Если «друзья» действительно готовятся перехватить Нагаева, то надо их опередить. Пусть наши парни выдвигаются к Сельской и уберут эту «сладкую парочку», или сколько их там. Кстати, почему вы считаете, что их лишь двое? А те шестеро, что высадились у Маяка? Вдруг они из одной группы?

– Не думаю. Маяк – слишком далеко. Зачем тащиться десять километров по Зоне, когда можно высадиться в одном километре от станции? Ну или немного дальше.

– Тогда почему не высадить прямо у станции? Например, у железной дороги?

– Во-первых, слишком близко тоже нельзя. Вертолет привлечет внимание. Например, той же группы Нагаева. Во-вторых, там нет подготовленной площадки и более-менее безопасного маршрута. В общем, считаю, что это отвлекающий маневр для того, чтобы сбить нас с толку. Опасны именно эти двое.

– А почему тогда было не высадить на площадке у станции всех восьмерых? Я имею в виду – отправить туда всю группу из восьми человек?

Майор покачал головой:

– Чем больше людей, тем меньше секретности. Уверен, что Биберс не ставил в известность руководство батальона особого назначения и использует операцию против наркоторговцев в качестве прикрытия. Он проводит секретную комбинацию. Настолько секретную, что в курсе ее может находиться один-два человека, не более. Они ведь не собираются вывозить Нагаева на базу UFOR, там слишком много глаз и ушей. Они хотят добраться до «объекта», но вряд ли для того, чтобы вернуть его в Институт. Иначе бы этим занимался не Биберс, а служба безопасности. И делала бы это в открытую.

– Думаешь, «друзья» готовы на тайное похищение «объекта»?.. Что же, это резонно. Хотя и нагло. Давайте команду парням, пусть они перебазируются к башне. И работают по этим «спецам».

– Я уже дал команду. Как только получил сообщение о сегодняшней высадке «спецов».

На этот раз головой закачал полковник. «Ишь, как из постромок рвется, – подумал с иронией. – Хочет перед московской шишкой блеснуть. Неужто на мое место метит? Рано вроде еще. Или сразу в Москву нацелился?»

– Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь? – спросил спокойно, без интонации.

– Так точно. Вопрос о том, кто в подобной ситуации первым окажется на месте, жизненно важен. Рассчитываю, что ребята встретят «спецов» на подходе к башне и сработают под ноль.

– Рассчитываешь? Ну что ж… Это было твое решение. Все? Мне надо доложить генералу.

– Не совсем. – Майор Коноплев закрыл свою папку и встал у стола. – Возникло одно непредвиденное обстоятельство, товарищ полковник. Видите ли, группа Нагаева исчезла.

Полковник враз посерел и потянулся рукой к бутылке нарзана. Но она была пуста.

Август 2016 г. Суббота

Новосибирская Зона Посещения

Они вышли в путь часа через два: перекусив, обсохнув и обсудив невероятную и загадочную ситуацию, в которой очутились. Объяснение, как ни странно, оказалось достаточно простым, и предложил его Нагаев – как и положено ученому. Когда Колян и Лукич рассказали о своих наблюдениях, старик сначала ахнул и побледнел.

– Вы чего, Равиль Салихович? – спросил Варнаков.

Такой реакции от многоопытного Нагаева он не ожидал. Ладно еще Михалыч с его «комплексом Зоны». Или Закир, чуток понюхавший Зону в юности, когда короткое время работал под присмотром отца в Институте. Но Нагаев?

– Хреново это, Коля. – Старик с каким-то обреченным видом покачал головой. – Это, считай, километров двенадцать лишних только по прямой. День уйдет, не иначе. Это с моей-то ногой.

– Дотопаем как-нибудь. Рюкзак ваш разгрузим. В крайнем случае – носилки сделаем. И вообще. Куда нам гнать? Пойдем себе тихонько.

– Нет, Коля, тихонько нельзя. Опоздать можем – в том-то и проблема.

Лукич взглянул с любопытством, но ничего не сказал. Продолжил дымить своей вонючей «Примой». Остальные тоже промолчали. Варнаков подумал, что Нагаев намекает на Цветок – тот ведь вроде плодоносит не каждый день. Еще момент поймать надо. Может, это старик и имел в виду? Но вести речь о Цветке в присутствии Лукича Колян не собирался.

– Все проблемы – решаемы. – Стеблов решил добавить энтузиазма. – Нам, главное, дойти до места. Обратно легче будет. Это всегда так – когда сделаешь дело, то птицей летишь.

– Ага, ласточкой белокрылой, – подхватил Лукич. – Дураки на обратной дороге всегда и гробятся. А мы, считай, уже в самом начале чуть к праотцам не отправились. Равиль, ты чего обо всей этой хреновине думаешь? Как мы около Берди могли очутиться?

– Да что тут думать, – сказал Нагаев. – Слышал я уже о таком. Правда, это только после Скачка началось, в прошлом году. Раньше на Территории такого не замечали. Не чудила так Зона, чего уж говорить.

– Так о чем речь-то? – спросил Михаил. – Как она чудит?