Чтение онлайн

И даже им приходится нелегко под гнетом брючного большинства. Осенью 2003 года статистическое управление Евросоюза не позволило Шотландии зарегистрировать килт как основной предмет мужской одежды, что вызвало настоящий международный скандал. Великолепный Шон Коннери, не признающий печатных машинок, пригрозил оторвать яйца всему Евростату. И в конце концов оскорбленные шотландцы отстояли свою здоровую мужскую одежду — но не без труда. Вот где реальная клиника-то!

Ну что, читатель, ты снял штанцы? Или опять засомневался в сексуальной ориентации автора? Реакции-то предсказуемые. А ведь это лишь буковки, буковки…

Альтернативная медицина тоже бывает разная. Не успела отгреметь в прессе история о российской «девочке-рентгене», способной видеть насквозь даже англичан, как наша страна подбросила мировому сообществу новую сенсацию. Оказывается, людей с такими способностями у нас — пруд пруди. 9-10 июля 2004 года «Комсомольская правда» провела 1-й всероссийский съезд «людей-рентгенов». Центральным мероприятием стал конкурс, выявивший трех самых способных последователей Ивана Грозного.

Представьте огромный зал московского Дома ученых, но заполненный не учеными, как раньше, а самой противоположной публикой — от цыганок в темных платках до седовласых мужчин в военной форме. Эти люди рассказывают друг другу разные удивительные вещи: здесь и методы электронного зондирования души, и лечение чумы с помощью песен и плясок… Многие тут же проверяют ауры и чакры окружающих. Некоторых излечивают на месте.

Жюри конкурса «рентгенов» возглавляет доктор медицинских и технических наук, профессор Андрей Ли, руководитель Фонда парапсихологии имени Васильева. От него, известного московского «охотника за привидениями», я узнал основную статистику. Из 300 заявок со всей России по результатам анкетирования выбрано 50. Далее началось соревнование: каждому целителю предлагалось 3 пациента с разнообразными патологиями, которые с виду никак не проявляются. На диагностику каждого — не более 15 минут. Расспрашивать и трогать пациента руками запрещено.

По словам Ли, в финал вышли те, кто «хотя бы в чем-то попал». Однако и этим, по его признанию, далеко от сенсации. С людьми-«рентгенами» есть своя проблема — воспроизводимость результатов. За время мероприятия каждого экстрасенса успели проверить только на трех пациентах.

Но если Андрей Ли представлял собой более-менее научный «полюс» съезда, то ведущий мероприятия, глава центра народной медицины «Эниом» Яков Гальперин, оказался ярким символом противоположного, или, как принято говорить, альтернативного подхода. Из выступлений профессора Гальперина мы узнали, что один из участников конкурса с помощью своих экстрасенсорных способностей помог студентке журфака найти потерянный фотоаппарат; что в далекой Колумбии растут невероятно лекарственные травы; что в Санкт-Петербурге налажен массовый выпуск магических «жезлов фараона», которые практически неотличимы от настоящих и тоже приносят радость.

Время от времени профессор Гальперин давал слово «товарищам целителям». Они рассказывали, как велика была роль альтернативной медицины в культурах прошлого и как тяжело целителям в наше время, когда бюрократы от медицины не дают им работать. Все выражали надежду, что съезд «людей-рентгенов» поможет им легализоваться.

В то же самое время в фойе Дома Ученых все желающие могли наблюдать, как работают целители. Там проходил финальный тур конкурса: десять целителей диагностировали пациентов, сидящих перед ними в креслах. Кто-то внимательно осматривал пациента и морщил лоб, кто-то водил над телом рукой или рамочкой из проволоки.

Я решил взять интервью у «рентгена» Сергея Лысечко, который закончил диагностику одним из первых — и позже занял в финале третье место. Мне удалось узнать у него, что толпа и камеры вовсе не мешают диагностике; что в медицинских учреждениях нужно ввести должность биоэнергетика; что сам человек-рентген — по образованию летчик. Здесь интервью пришлось прервать, поскольку вокруг человека-рентгена собралась толпа немолодых женщин, громко скандирующих «Дайте телефончик!».

Когда мы с Катей собрались уходить, судьба послала нам еще одного кандидата для интервью. На выходе из Дома Ученых мы столкнулись с женщиной, которая громко возмущалась тем, что экстрасенсу Сергею Лысечко дали третье место. Женщина тоже была участницей съезда — но она выступала как добровольный подопытный кролик для проверки способностей людей-рентгенов:

— Он сказал, что у меня сердце справа и протез ноги. А у меня ничего такого нет! У меня только ампутирована одна грудь!

Вы все еще не согласны, что настоящие врачи ненавидят СМИ? Тогда я добавлю: это работает даже для представителей альтернативной медицины — но настоящей, непопсовой. А кто проводил съезд людей-рентгенов? «Комсомольская правда». Вот вам и протез ноги вместо груди. Гвозди бы делать из этих людей, как верно сказал поэт о комсомольцах.

Итак, хороший врач должен уделять основное внимание персональной работе с пациентом. Можно ли делать это дистанционно? Не видя человека, поставить точный диагноз нельзя. Но если хотя бы организовать прямую связь с конкретным человеком, вместо новостного «Макдоналдса»… Так? Ну, теоретически.

Метод онлайновых консультаций я осваиваю быстро. В нашей редакции — целый взвод людей с хорошим медицинским образованием, и они регулярно дают окружающим полезные советы. Дима Ларченко проводит ветеринарные консультации по телефону:

— Ну посмотри ей под хвост. Не можешь? А почему? Хм, первый раз вижу человека, который стесняется посмотреть кошке под хвост… Нет, течка у кошки и менструация у женщины — это совсем противоположные вещи…

Чтобы научнее пояснить разницу, Дима обращается к «Яндексу». «Яндекс» сообщает, что «кошки прекрасно помогают женщинам переносить менструацию» и еще много полезной информации, которую Дима задиктовывает в телефон. В ходе этого консилиума я узнаю, что у кота на члене находятся рога, а кошку для прекращения течки лучше запирать в шкаф, создавая у нее иллюзию сокращенного светового дня. Надо же! У кошек все совсем как у орхидей!

На сайте «Медмедии» есть сервис онлайновых консультаций. За каждым разделом закреплен врач-специалист, так что любой желающий может задать вопрос — и вскоре получить ответ. Письменный, конечно. Я их иногда редактирую.

Ну, вы уже догадались? Это еще одна форма литературы. Но какая захватывающая! Какое обилие всего человеческого! И какая чудесная схема соавторства! Ильфа и Петрова однажды спросили, как они умудряются работать вместе. Те ответили, мол, ничего особенного: один бегает по издательствам, другой сторожит рукопись. А тут ни сторожить, ни бегать не надо. Один пишет вопрос-зачин, другой отвечает. Фактически, та же японская игра «хайкай-но-рэнга», она же «буриме». Но безо всякого оторванного эстетства. Все реальное, все живое!